Ветер перемен (СИ)

Гости стали выкрикивать разные имена.
— Разрубающий!
— Буревестник!
— Коготь Льва, — это имя не так уж и плохо, но я продолжал оглядывать зал.
— Смерть врагам!
— Утешитель! — реплику от сира Таллада я проигнорировал, хотя, говоря по совести, она заслуживала внимания.
— Яростный рёв, — тоже неплохо, намек на девизы Ланнистеров и Баратеонов.*
— Вдовий плач! — это имя выбрал Джоффри, но мне хотелось, чтобы меч явился символом чего-то большего, чем убийства, и это предложение я отверг.
— Благодетель!
— Последний вздох!
— Королевская милость!
Гости выкрикнули еще пару дюжин имен. Меня все это не устраивало.
— Поцелуй смерти!
— Шелест!
Народ снизил активность и призадумался.
— Ветер перемен!
— Кто это сказал? Покажитесь! — я повернулся на голос.
— Это я, милорд, — за самым дальним столом поднялся высокий, статный рыцарь.
— Кто вы, сир?
— Герольд Орм, из дома Ормов на службе у лордов Хайтауэров.
— Благодарю вас, сир, и принимаю для своего меча имя Ветер Перемен, — имя мне понравилось. Оно выступало символом всех тех перемен, что могут состояться в Вестеросе. Меч, каким бы дорогим он ни был, всего лишь вещь. Но эта вещь может положить начало чему-то новому и правильному…
Я сделал пару шагов вперед и резко взмахнул клинком. Никогда ранее я не держал в руках такого дивного, идеально сбалансированного, острого как бритва, оружия.
— Осторожней, ваше величество, — предупредил меня сир Аддам Марбранд. — Валирийская сталь смертельна остра.
— Она великолепна, — я взмахнул еще раз и с некоторым сожалением спрятал меч в ножны. Да, подарок действительно королевский. Интересно, сколько он может стоить?
Легкий завтрак, который продолжался более двух часов, закончился. Гости стали расходиться. Кто-то просто хотел размять ноги и пройтись. Многие с огромным удовольствием желали отлить.
Меня же отвели в летнюю беседку, где я встретился с Маргери и ее свитой. Девушка выглядела ослепительно и прекрасно. У неё были густые, очень длинные волосы каштанового оттенка, скромные, как у голубки глаза, нежная кожа с едва заметным румянцем, аккуратный носик и восхитительная грудь, которую очень выгодно подчеркивал лиф платья. И от тугого корсета, а может и от природы, очень узкая талия, весьма приятные бедра и соблазнительная попка.
В её красивых глазах сияло солнце и по их внимательному, умному взгляду было видно, что и с головой у нее полный порядок.
Одета она была очень элегантно. Тонкое платье бледно салатового цвета, с вырезами на рукавах и плетеным пояском. На груди неброское, но наверняка чертовски дорогое колье. А в ее прекрасных волосах еле заметно мерцала маленькая диадема. Изящные руки и тонкие пальцы, наверное, вызывали зависть у множества других женщин.
Я смотрел на неё и не мог оторваться. Она чувствовала мой взгляд и немного покраснела.
— Вы восхитительны, — я наклонился и еле слышно прошептал ей это в маленькое, розовое ушко. Не знаю, принято или нет, так говорить, но девушка была просто прекрасна и мне захотелось сказать ей множество приятных слов.
— Спасибо, мой король, — она улыбнулась, как мне показалось, немного недоверчиво, и задержала взгляд на моём лице.
Мы обменивались какими-то словами, что-то рассказывали, шутили. Разговаривать с ней было очень легко. Я словно увидел давным-давно знакомого человека. Страх прошел, появилось любопытство и даже интерес.
Я мельком упомянул, что было бы довольно полезно и интересно выучить валирийский язык, а затем спросил, не захочет ли она учить его вместе со мной?
— Почему бы и нет, — она улыбнулась со странным выражением на лице.
Через некоторое время я настолько осмелел, что опустил руку и взял ее прохладную ладошку.
Я видел, что ей было приятно внимание, но кажется, она не верила в мою искренность. Придурок Джоффри, как можно было не обращать должного внимания на такую красавицу и умницу?
Главное, чтобы она меня не ненавидела и не боялась. Остальное поправимо. Мне уже захотелось изменить наши отношения к лучшему.
 
Я спросил, какие подарки она получила. Маргери также никто не обижал. Ей подарили не меньше, а возможно и больше, чем мне. Но там акцент был на различную ювелирку, наряды, ковры, певчих птиц. От Ланнистеров ей подарили изумительный паланкин, отделанный драгоценными металлами и слоновой костью.
Даже за этот час я понял, что Маргери — живая, обаятельная, веселая. Не знаю, быть может все дело в том, что в Вестеросе мне подсознательно хотелось найти хорошего, доброго человека, но девушка успела мне очень сильно понравиться.
Свидание, если так можно сказать, закончилось, и в сопровождении двух рыцарей Королевской Гвардии и сира Таллада слуги повели меня в личные покои, переодеваться.
Королевские гвардейцы остались снаружи. Сиру Талладу я также не позволил зайти внутрь.
Когда в комнату закрылась дверь, я повернулся к Джекобу Лиддену. Он был более взрослый, к тому же казался мне достаточно сообразительным. И плевать, что вероятней всего он все обо мне рассказывает либо Серсее, либо Тайвину, либо им обоим или еще кому-то.
Внимание на подобные детали мне сейчас обращать некогда — других-то людей у меня просто нет.
— Вот что, Джек, хочу дать тебе поручение.
— Слушаю вас.
— Ты должен быстренько найти человека, который согласится стать личным стольником и чашником. Справишься?
— Э-э… — наверное, он хотел что-то сказать о том, что не все так просто, но вспомнив нрав Джоффа, лишь кивнул. — Постараюсь все это сделать. Когда он вам нужен?
— После церемонии в Великой Септе.
— Это не так просто, ваше величество, — все же заметил парень. — Нужный человек соответствующего положения, условия его службы, преданность…
— Найди его! — мне понравилась рассудительность стюарда.
— Хорошо.
Джекоб ушел. Я сходил в туалет, умылся в ванной, а потом Роб принялся переодевать меня.
Я же все время раздумывал.
Королевский чашник — должность очень почетная и ответственная. Такой человек, мне, безусловно, нужен. Без него шансы выжить не высоки. Но это в перспективе. На предстоящем пиру я могу вполне обойтись и без чашника. Это сложно, но вполне выполнимо, ведь все блюда, подаваемые на королевский стол, так и так проходят многоступенчатую проверку. Сначала их, в присутствии дворецкого, пробует повар на кухне. Затем пробуют слуги, переносившие его в комнату рядом с пиршественной палатой. Последним снимает пробу стольник или чашник, или человек, который соединяет эти должности. И вот этого-то последнего у Джоффри почему-то нет.
Главное не пить вино из непроверенных фужеров. А лучше пить только из тех, из которых уже отведали другие гости за столом.
Чем мне не нравилась идея с чашником прямо сейчас? Прежде всего, я, конечно, понимал, что в таком мире выжить слабовольному, доверчивому и глупому королю очень и очень непросто. Поэтому такой человек нужен. Но, во-первых, он, скорее всего, погибнет. Я, конечно, не буду слишком мучиться совестью, и, наверное, могу себя оправдать тем, что погиб один человек, но я, за свое правление постараюсь спасти тысячи…
В общем, с этим понятно.
Но есть и вторая причина — более весомая. Если на свадьбе погибнет чашник, то многие сочтут данное происшествие плохим знаком, как для молодоженов, так и для всего начинающегося правления Джоффри. А это удар по репутации. Серсея будет взбешена и начнет чудить в попытках найти изменника. Свадьба пойдет насмарку. Поползут слухи о гневе богов. И вероятней всего, Серсея постарается обвинить в произошедшем Тириона…
Такой вариант совсем не привлекателен. Так что пока нет чашника, я склоняюсь к мысли в первый свой день выжить самостоятельно. Зная когда, и главное как меня собираются травить, всё вполне выполнимо.
Хотя, с другой стороны, мои опасения немного наивны и глупы на фоне простой истины — мне банально надо выжить. А для этого почти все средства хороши. Не думаю, что в тот момент, когда я начну задыхаться от яда, меня будут заботить вопросы престижа королевства и нехороших примет на свадьбе.