Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– Ты понял, что ты сделал? – спросил Фэб.
Ит отрицательно покачал головой.
– Знаешь, я, кажется, отключился, – признался он после долгого молчания. – То есть я помню, конечно… но… Фэб… что-то не так?
Голос Ита звучал испуганно, жалко.
– Не так? – переспросил Фэб. – Нет. Это не «не так». Это «так» до такой степени, что я даже не знаю, как тебе правильно об этом сказать.
– То есть? – окончательно растерялся Ит.
– Ты никогда не слышал о таком понятии, как «золотая кровь»? – Фэб отстранился от Ита, развернул его к себе лицом.
– Нет, – отрицательно покачал головой Ит. – Никогда. Хотя… ты говорил, что был какой-то праздник, который так назывался.
– Терминал, – в пространство приказал Фэб. – Вывести… ммм… Для начала – «Легенду о Ди-Къера и золотой крови». С пояснениями.
Пространство перед ними подернулось рябью, и в воздухе возник текст, темно-фиолетовые буквы на песчано-желтом фоне.
– Читай, – приказал Фэб. – Надеюсь, кое-что станет понятно.
«Легенда принадлежит миру, населенному расой рауф, локация восемнадцать в степени одиннадцать, принадлежность Индиго, кластер контролируется Безумными Бардами, самоназвание мира – Трикстена-солде. Время возникновения легенды – десять тысяч восемьсот двенадцать лет от нынешнего момента по летосчислению Орина. Легенда подтверждена историками, выявлена генная карта участников событий, а также род, к которому принадлежал Ди-Къера. Найдены останки самого Ди-Къера, внешность восстановлена».
Текст сменила на полминуты картинка – портрет гермо.
– Интересный подвид, правда? – спросил Фэб.
Ит кивнул. Гермо и впрямь выглядел несколько непривычно – тонкое, чем-то похожее на когни, лицо, серые глаза с круглым, а не вертикальным зрачком, светлые мелко вьющиеся волосы до плеч. Внешность в большей степени женоподобная, по крайней мере, Иту показалось, что женские черты в ней превалируют. Красивый, по меркам рауф – очень красивый представитель вида.
– Это Ди-Къера, – пояснил Фэб. – Сейчас он причислен к лику святых мучеников. Читай дальше.
«Ди-Къера, потомок правящего рода Анатори Лутио Борэ, гермо, годы жизни – 1434–1471, по праву рода – средний член венценосной семьи, происхождение – дворянство, в семью принят как носитель «памяти золотой крови»…
– В том мире и на том этапе развития о генетике, конечно, никто не знал, – хмыкнул Фэб. – Но замечать закономерности это не мешало. Дальше…
– Что такое «золотая кровь»? – Ит остановил запись.
– Пояснения, – тут же ответила система. – Гермо способны на три степени контакта. Первая степень доступна всем без исключения, ею пользуется большинство представителей мужского пола и пола гермо. Вторая степень – так называемый «замо€к», встречается значительно реже. Контакт в этом случае занимает более длительное время и сопряжен с некоторым риском для обоих партнеров…
Ит нахмурился и посмотрел на Фэба. Тот смущенно хмыкнул.
– То есть… – начал было Ит, но Фэб покачал головой.
– И это тоже, но это еще не все, – еле слышно произнес он. – Если бы только это… Ит, для информации. Я за пятьсот лет в «замок» попадал всего раз шесть. Кажется, шесть. Или пять?.. Сейчас уже не вспомню. По сути дела, даже «замок» – уже почти стопроцентная гарантия того, что гермо передаст женщине именно твои гены… но «золотая кровь» – это еще больше. Это…
– Третья степень контакта – «двойной замок или замок золотой крови» – доступна очень немногим гермо, – продолжила система, но Ит снова ее остановил:
– Насколько немногим?
– Гермо, способный на подобный контакт, встречается в среднем один на триста – пятьсот тысяч представителей пола, – охотно пояснила система. Ит ошарашенно посмотрел на Фэба. Тот кивнул. – Во время подобного контакта половая система гермо блокируется. После него гермо уже никогда не примет чужой генетический материал, он всю жизнь будет носить только одни гены – того мужчины, который был с ним первым. Во время такого контакта материал попадает в зону, внутренняя среда которой является так называемой щадящей…
– Что это значит? – спросил Ит.
 
– Это значит, что возобновление материала не требуется. Даже если ты вообще больше никогда не будешь заниматься сексом, – пояснил Фэб. – И будь я проклят, если…
– Так, – Ит нахмурился. – Ты хочешь сказать?..
– Ит, читай, пожалуйста, – попросил Фэб. – Это очень серьезно, поверь.
«…носитель «памяти золотой крови». Ди-Къера, по сути, был в свои тридцать семь лет одним из тайных правителей Риулы, страны, которой управлял род Анатори Лутио Борэ. Гермо, имевших отцов, способных к подобному контакту, забирали в правящий дом еще детьми, растили, а потом они, вне зависимости от способности передавать «золотую кровь», входили в королевскую семью».
– Понимаешь, да? – спросил Фэб. – Ди-Къера был, если подойти непредвзято, не просто представителем правящего рода. Он был носителем этого самого рода. Он был «золотым». Его любил и король, и три королевы, и дети, рожденные от него, были априори королевской крови. С этим ясно?
– Ясно, – покивал Ит.
– Ди-Къера относился к так называемым «просвещенным», – продолжил Фэб. – Для своего времени он был очень продвинутым. Очень. Сохранились его труды в области астрономии, биологии, математики. Неординарная, сильная личность…
«В 1471 году в стране произошел государственный переворот, – сообщила система. – В результате к власти пришли Гераты, народное правление, а королевский дом был свергнут. Король и три его жены в сопровождении части свиты сумели бежать, а пятеро гермо, в том числе и Ди-Къера, прикрывавшие их отход, не успели скрыться. Их подвергли надругательству, оскопили и, привязав к столбам, оставили умирать на городской площади».
– Пояснения! – потребовал Фэб.
– Зачем? – не понял Ит.
– А это к вопросу о невозможности гомосексуализма для большинства подвидов рауф, – Фэб нахмурился. – Помнишь, мы об этом говорили?
– Что говорили – помню, но…
– Все просто, – Фэб взмахом руки остановил систему и повернулся к Иту. – Микрофлора. Для рауф заброс бактерий из нижнего отдела кишечника в верхние – это смерть. Мы так устроены. Ит, ты можешь не волноваться об этом, для тебя это не смертельно, и для Рыжего – тоже. Во-первых, мы живем все-таки в гораздо более продвинутом мире, согласись, во-вторых, вы подготовленные агенты, и у вас исключена даже теоретическая возможность такого заражения, и, в-третьих…
– Мы частично люди, – продолжил за него Ит. – Так?
– Так. Поэтому ничего, кроме омерзения и боли, ты не испытал бы, окажись в подобной ситуации. Читай.
«Ди-Къера был освобожден одним из тайных сочувствующих королевскому роду, но к тому моменту он отлично сознавал, что дни его сочтены. Вернее, даже не дни, а часы. Однако он, превозмогая боль, сумел добраться до своей семьи».
– Ит, на секунду представь себе, что он чувствовал, – тихо произнес Фэб. – Трое суток ехать верхом, когда вместо паха – кровавая рана, а кишечник разлагается… Это невероятные муки. Но он это сделал.
– Зачем? – не понял Ит.
– Затем, что во время переворота были убиты все дети королевского рода. А он был «золотым». Мало того, он был достаточно образован. И… у королевских родов всегда есть свои тайны. Он знал, что делает. Дальше.
– Подожди, – попросил Ит. – Я не понял.
– Читай, читай…
«Умирающий Ди-Къера догнал свою семью. И потребовал, чтобы придворный врач, находившийся в свите, незамедлительно извлек из его тела оба «ростка жизни», содержавшие семя».
– Не забывай, он был ко всему еще и политиком, – заметил Фэб. – Он понимал, что время дорого и что если спустя год у семьи не будет наследника мужского или женского пола…
– А что получилось в итоге?
– В итоге род через полтора года вернул себе власть, – Фэб потер висок. – Гераты были свергнуты. Род, кстати, существует по сию пору.
– Вот даже как… – протянул Ит. – Постой, ты ведь…
– Дочитай, там осталось немного.
«Речь Ди-Къера, называющаяся «Стоя на краю неба», является обязательной к изучению до сих пор. Он умер, держа за руки свою возлюбленную жену и мужа, одновременно говоря с ними и руководя врачом и его помощником – те знали, что надо делать, лишь в теории. Через год все три жены родили по наследнику: мальчик, девочка, гермо».