Зеркало любви
Часть 9 из 113 Информация о книге
– Ты мешаешь мне, – достаточно мирно произнес Хурмах. – Я был бы уже в Равеле, если бы не твой отряд. Рид пожал в ответ плечами. Вины за собой он не знал, он в своем праве. – Равель – это Аллодия. Это не степь. Ты пришел на мою землю. – Вы слабы и не можете ее удержать. – Пока что мы тебя удержали. – Не войска короля. Ты со своими людьми. – Это одно и то же. – Волк может охранять стадо. Но что делать, если остальная охрана – зайцы? Разорваться? – На сотню волков и вцепиться в глотку врагу, – кивнул Рид. Идиотский вопрос. Зайцы, лисицы… все он понимает, и в другом состоянии даже поговорил бы часика два на отвлеченные темы. Но здесь и сейчас – неохота. Просто – не хочется. – Ты уйдешь с нашей земли? – Нет, – пожал плечами Хурмах. – Тогда для чего ты все это затеял? – Ты можешь умереть, а можешь сдаться. – Когда ему хотелось, каган отлично умел говорить без красивостей и завитушек. – Сдаться, а потом умереть? – Хм-м… обещаю тебе жизнь, если сдашься. Рид насмешливо фыркнул. Жизнь? О да! К примеру, с отрубленными руками и ногами. Или в клетке на цепи. Или в качестве раба… да все возможно. Жизнь? А она нужна – такая жизнь? Рид знал, сколько народу ответило бы: «ДА!!!» Это – жизнь! И плевать, что это желание жить даже на коленях. А вот жить человеком и умереть человеком… Это намного сложнее. Простые люди и не думают о таком, но в том и отличие аристократа от холопа. Титул ведь не только за красивые глаза и право рождения дается, его твои предки кровью брали. И Рид твердо был намерен встать с ними в один ряд. Он-то предками гордился, оставалось сделать так, чтобы они им не побрезговали. – Моя жизнь на кончике моего меча, приди и возьми, если не побоишься. Хурмах недобро усмехнулся. – Твоя – да. А как насчет Шарлиз Ролейнской? Рид на миг запнулся. – Она у тебя? – Клянусь копытами Кобылицы. Эту клятву – именем своей богини – степняки не нарушали. За спиной Рида выдохнул Ансуан Вельский. А маркиз даже бровью не шевельнул. Да, его невеста. И что дальше? Он ее даже в глаза не видел никогда, на улице не узнает, мимо пройдет. – Что ты хочешь за ее жизнь и свободу? Хурмах прищурился. – Жизнь за жизнь. Это ведь твоя невеста, тебе ее и выкупать. Рид медленно покачал головой: – Нет. – Мне бросить ее голову к стенам крепости перед штурмом? Рид хмыкнул. – Твое право. Только голову или по частям девушку нарежешь? Взгляд Хурмаха замаслился, и Рид облегченно выдохнул, правда, про себя. Ничего Шарлиз не угрожает. Каган жесток, но женщин, которые побывали у него в постели, сразу на расправу не выдаст, сначала удостоверится, что те не понесли. С этой стороны Шарлиз ничего не угрожает. – Могу и по частям. Тебе левую ручку, правую? – Любую, – махнул рукой Рид. – Я сдаваться не стану и крепость не сдам. Еще предложения есть? – Ты можешь стать моим кал-раном. Ты достоин. Хурмах понимал, что Торнейский не согласится. Но не использовать этот шанс? Предательство – или смерть? Для кагана выбор был очевиден, для Торнейского тоже. Меткий плевок зашипел в жаровне. – Ты оскорбляешь мою кровь, каган, – с угрозой произнес Торнейский. – Если на то будет воля богов, ты заплатишь кровью. За такое святотатство маркиза стоило бы разорвать лошадьми, но здесь и сейчас молчали даже жрецы. Черный волк был в своем праве. Кагану не стоило такое предлагать. – Мы посмотрим на волю богов – завтра. – Хурмах был уверен в своей победе. – Посмотрим. Ты все сказал? Хурмах медленно опустил веки, показывая, что да, все. – Тогда слушай мое слово. Или вы уйдете, или мы разобьем ваше войско, освободим пленников, а тебя я лично повешу на воротах, живого или мертвого. Лицо кагана отвердело. – Это твое последнее слово, Волк? – Да. – Тогда умри здесь. Рид фыркнул. Его не удивило бы, решись каган ударить здесь и сейчас, но – нет. Хурмах просто поднялся со шкуры, развернулся и направился к своим. Рид поступил так же. Час они друг друга не тронут, и этот час почти закончился. Интересно, Хурмах сегодня пойдет на штурм? Или даст своим войскам отдохнуть? Рид посмотрел на солнце, которое клонилось к горизонту. Выспаться бы. Еще хоть одну ночку… * * * Хурмах с удовольствием пошел бы на приступ сразу же. Увы. Степняки – не регулярные войска. Им надо остановиться на ночлег, отдохнуть, позаботиться о конях, выспаться и поесть. А на штурм можно и с утра. Хурмах это отлично понимал, а потому позвал к себе Шарлиз Ролейнскую. Он тоже использует эту ночь с толком. И – нет, вовсе не для любви.