Закрытый сектор

– Именно так. Дело в том, что войны между этими цивилизациями сейчас возможны только путём использования космических флотов, перемещающихся от одной звезды к другой через порталы. Если лишить их этой возможности, то междоусобные войны должны прекратиться и тогда, спустя пять-шесть поколений, с этими цивилизациями уже можно будет иметь дело.

– Кажется, начинаю понимать. Таким образом, вы планируете направиться туда с миротворческой миссией?

– Да. Принуждение к миру.

– У нас на Земле подобное уже было. Имелось у нас на рубеже XX-го и XXI-го веков такое государство – Соединённые Штаты Америки, самостоятельно взявшее на себя роль «мирового жандарма». Только вот его «миротворческие» миссии, как правило, оказывались на поверку неприкрытыми военными действиями, в результате которых число жертв только увеличивалось. Так что нам потом самим пришлось умиротворять этих «миротворцев».

– Я знаю вашу историю. Тут другой случай. Мы не собираемся вообще никого убивать. По крайней мере, будем к этому стремиться. Возможности дооборудованной кварковой звезды должны обеспечить разворот любого звёздного флота посредством дозированных гравитационных воздействий.

– И вы собираетесь заниматься этим на протяжении пары сотен лет?

– А почему бы и нет? Хоть тысячу лет, если потребуется. Ресурсы кварковой звезды практически неисчерпаемы, а время жизни может исчисляться миллионами лет. Экипажи же могут быть сменными. Я, например, не собираюсь проводить там всю жизнь, да и у вас с Иннокентием, наверняка, со временем найдутся другие планы. Тут главное – начать, а дальше всё само будет двигаться по накатанной дорожке.

– Это понятно. Осталось уточнить, какие именно расы сейчас населяют это звёздное скопление?

– Сейчас там осталось только две высокоразвитые цивилизации, находящиеся на примерно равном уровне, – люди и ящеры. Именно этим и обусловлен выбор первого экипажа кварковой звезды. У вас ещё остались какие-либо сомнения?

– Нет. Теперь информации для принятия решения вполне достаточно. Я согласен принять участие в этой миссии.

– Так что, мы можем прямо сейчас отправляться?

– Подождите. Какой вы быстрый. Мне ещё надо кота покормить. И заодно уточнить его мнение как главного участника экспедиции. Без него ведь мы с вами там бесполезны. Ву, найдется в вашем хозяйстве для Иннокентия немножко варёной рыбы? Только солить совсем немножко и без всяких приправ.

– Сейчас организуем, – Ву поднялся из-за стола и вышел за дверь.

– А что, на станции Иннокентий не смог бы поесть? – спросил удивлённый ящер. – Там установлен синтезатор класса «Элит». В минуту любую пищу приготовит.

– Не любую. Для вас, может быть, и отсутствует разница между синтезированными и естественными продуктами, а мы с Иннокентием эту разницу ощущаем. И в любой ситуации стараемся использовать возможность употреблять в пищу натуральные продукты.

– Но ведь разницы нет абсолютно никакой. Синтезатор выдаёт точную копию любого блюда. Стопроцентное соответствие на молекулярном уровне, точное моделирование структуры, консистенции, запаха.

– Всё это так, но тут имеются определённые нюансы. Для нас имеет значение не только что и из чего приготовлено, но и как именно. Поэтому на Земле профессия повара ещё долго останется востребованной. А в Пекине знатные повара. Ну, ладно, напарник, хорош лапу давить, поднимайся, сейчас обедать будешь, – я ласково потрепал Иннокентия по загривку.

– А я уже давно не сплю, – всплыло у меня в голове. – Ты правильно вёл беседу, и я не посчитал нужным вмешиваться.





Иннокентий




Я проснулся примерно в середине беседы. Но глаза открывать не стал. Просто слушал. Вот ведь, разумные цивилизованные существа, всё понимают, во всём разбираются. А о самой кварковой звезде они подумали? Ей все эти планы, с какого бока сдались? Нет, придётся мне брать над ней шефство.

Рыбка – это хорошо. Тем более что готовить тут в Китае её умеют. Ещё с прошлого приезда помню. Запах я почувствовал ещё до того, как Ву вошёл. А тут и Сергей меня теребить начал. Но спешить я не стал. Не торопясь поднялся на лапы, потянулся качественно, спрыгнул на пол и с чувством собственного достоинства прошествовал к миске.

Красота. Даже остудить успели. Это значит, что готовить начали задолго до просьбы Сергея. Ну, я в Ву и не сомневался. С ним можно в разведку ходить. А вообще, хорошо, что мы с ним на одной стороне выступаем. Не хотелось бы мне иметь его в качестве противника.

Тем временем Сергей заявил, что ему нужно позвонить по закрытой линии. Ву пошёл его проводить, и мы с ящером остались в помещении одни. Я, не торопясь, основательно насыщался, а ящер молчал. А потом, явно сделав над собой усилие, спросил:

– Иннокентий, вы с нами?

Я оторвался от еды, повернулся к нему и телепатировал:

– Гена, разумеется, я с вами поеду. Но у меня будет одно условие. Вы подчиняетесь Галактическому Совету и выполняете его волю. Плюс к этому, у вас, наверняка, имеются и собственные интересы. А мы с напарником – телохранители. Заключая контракт, мы работаем в интересах клиента, защищаем его. Вне зависимости от условий. Даже если весь окружающий мир оказывается против нас. В данном случае вы для нас выступаете в роли заказчика, но ни в коем случае не в роли клиента. Кто в этой ситуации может подойти на роль клиента? Только сама кварковая звезда. Вы держите её за разумный объект, а на самом деле она является разумным субъектом. Это достаточно юный разум, по сути, ребёнок, и сейчас он бесконечно одинок, так как попал в незнакомые, непонятные для него условия. Телохранитель – это немножко больше, шире и глубже, чем профессия. И для настоящего телохранителя нет принципиальной разницы, кого именно защищать: человека, инопланетянина или небесное тело, если вдруг оказалось, что оно является разумным. И ещё. Вы можете обращаться ко мне мысленно. Только постарайтесь думать по-русски. Не обижайтесь, но ваши хрры и трры я совершенно не понимаю.

Некоторое время ящер молчал, переваривая услышанное, и я вернулся к еде. А потом я почувствовал, что в его голове медленно и со скрипом, словно при проворачивании несмазанного механизма, начинают формироваться слова:

– Я никогда не рассматривал проблему с этой стороны. И знаешь, очень возможно, что ты прав. Если посмотреть на неё в таком ракурсе, то почти все невязки сразу устраняются и большая часть вещей становится на свои места. Попробуем. Сдаётся мне, что при таком раскладе всё должно получиться.

Поглощая рыбу, я прислушивался к мыслям ящера и одновременно решал не менее важную проблему: съесть мне ещё один кусочек или пора остановиться? Да, очень вкусно, консистенция и температура оптимальные, пахнет изумительно. Но, похоже, пора закругляться. Не люблю переедать. Я тогда сонным становлюсь, а прямо сейчас и в ближайшее время мне явно не до сна будет.

Отойдя на пару шагов в сторону от миски с остатками рыбы, я занялся умыванием. Хоть я и аккуратно ем, но к морде и усам всё равно кусочки прилипают. И смыть это всё надо сразу, пока не присохло. Это с давних времён повелось. И дело тут не только в гигиене. Кошки – они по натуре хищники. А от настоящего хищника не должно пахнуть.

Ну, вот и хорошо. Закончив с умыванием, я подошёл к сидящему на хвосте ящеру, легко запрыгнул к нему на колено и подумал, глядя ему прямо в глаза с вертикальными зрачками:

– Гена, ты особенно не комплексуй. Справимся. Ты главное скажи – тебе можно доверять? Не обманешь потом?

– У нас не принято обманывать. Мы можем умолчать о чём-либо, но лгать и выкручиваться не будем.

– Хорошая черта. Между своими приветствуется. А политики у вас вообще нет?


– Есть, разумеется. Вот только я не политик, а контактёр. А налаживая контакты лучше не врать. Ложь очень многие чувствуют. И тогда сразу доверие пропадает.

– Согласен. Я тоже ложь чувствую. Но существует ещё такое понятие как блеф. Нельзя сразу раскрывать все карты. Вот я и уточняю, у тебя в загашнике больше подводных камней не осталось?

– Нет. Всё чисто.

– Ну, тогда будем работать вместе.

– То есть мы можем прямо сейчас отправляться?

– Конечно. Сейчас я домоюсь оперативно, Сергей подойдёт, мы попрощаемся с хозяином, и сразу можно будет лететь к порталу.





Сергей




Связываться с Кузнецовым мне было не обязательно. Но опыт работы в космической разведке ВКС подсказывал, что следует избегать ситуаций, когда ты являешься крайним звеном в распространении секретной, особо важной информации. Зачем провоцировать у контрагентов желание предотвратить её распространение, просто ликвидировав это крайнее звено после того, как в нём отпадёт надобность? Так что я решил подстраховаться. Да и Кузнецову знание полного расклада явно не помешает.

К моему возвращению, Иннокентий уже наладил контакт с ящером. Подробности беседы он сбросил мне одним компактным мыслепакетом. Совершенствуется зверюга. Постепенно выходит на первые роли в нашем тандеме. Повезло мне с напарником. Да и ящер, похоже, без комплексов. Сработаемся.

Я хотел попрощаться с Ву, но он вызвался проводить нас до портала. В принципе, тут не слишком далеко, можно было бы и пешком немножко прогуляться, но мы решили не шокировать местное общество – в Китае, разумеется, знали, что в галактике кроме людей имеются и другие расы, но вид ящера в пальто может смутить достаточно многих – и мы полетели на флаере.

Пекинский транспортный портал является самым крупным из всех земных порталов. Даже наш, расположенный под Новосибирском, раза в полтора поменьше. Да это и понятно. Всё-таки китайцев сейчас даже на Земле больше двух миллиардов проживает, а если с колониями считать, так, наверное, уже и за пять миллиардов перевалило. Они ведь начали расселяться по галактике самыми первыми. К тому времени их уже основательно припёрло. Поэтому и темпы колонизации были выше, чем у всех остальных.

Мы приземлились в стороне от магистральных потоков у небольшого служебного терминала. Прошли внутрь. Циклоперид окинул нас внимательным взглядом и сразу же отвернулся, а пограничники, узрев Ву, вытянулись в струнку. Интересно, какое место он на самом деле занимает в китайской иерархии. Вон, даже на ящера меньше пялятся.

Попрощались. Гена набрал код на дверце кабинки, Иннокентий прижался ко мне поплотнее и мы шагнули сквозь мембрану прямо на станцию, вращающуюся по орбите в узком промежутке между внутренней поверхностью базальтового планетоида и внешней поверхностью кварковой звезды.





Часть II

Закрытый сектор




С помощью пространства Вселенная охватывает и поглощает меня как некую точку; с помощью мысли я охватываю всю Вселенную.

Блез Паскаль





Бетельгейзе




Одиночество. Раньше, когда вокруг был целый мир, я его практически не ощущала. Я была одной из многих. Пусть самой большой и наиболее юной из всех, это как раз не важно. Меня окружали миллионы подобных мне звёзд. Я чувствовала их, имела некоторое представление об их намерениях и перспективах. У меня было много органов чувств, позволяющих разнопланово оценить все нюансы происходящего вокруг. И я хорошо понимала почти всё, что происходило в моём окружении.

А теперь, переродившись и чудом избежав участи превращения в чёрную дыру, я лишилась большей части своих рецепторов. Теперь я абсолютно не воспринимаю электромагнитные поля. Моё тело является слишком плотным для существования электронов и фотонов. Поэтому я сейчас получаю информацию извне только посредством нейтрино и гравитационных возмущений. Да и эти чувства приглушены оболочками, которые возведены по окружности моего тела. Есть, правда, ещё один канал получения информации – ощущения чьего-то присутствия. Но они почти всегда бывают очень расплывчатыми и непонятными. Кроме двух исключений.

После того как я дважды подряд коллапсировала и очень разволновалась – мне было очень страшно – нечто очень маленькое, но тёплое, заботливое и, как мне показалось, мохнатое, прикоснулось ко мне издалека и мягко погладило, успокаивая. Ничего подобного я прежде никогда не ощущала. Огромные полевые сущности, некоторое время суетившиеся вокруг меня, много раз пытались обращаться ко мне, но я не воспринимала и не понимала их обращений. Потом было много других, имеющих разные агрегатные состояния и размеры, различную природу. Все они пытались до меня достучаться, но у них ничего не получалось. А тут – маленький, тёплый, мохнатый комочек – и такой сильный эффект.

Я долго ждала, что этот комочек ещё как-нибудь даст о себе знать. Но больше я его не слышала. А совсем недавно я почувствовала его снова. Он дал мне понять, что скоро появится рядом со мной. Мы станем общаться, и мне больше не будет одиноко. Я ещё немножко подождала и вот, он появился! Непосредственно около меня, в узком промежутке между моим телом и базальтовой оболочкой, в которую меня заключили.

Я сразу его почувствовала. И потянулась к нему всем телом.





Иннокентий