Вселенная сознающих
Часть 11 из 31 Информация о книге
– Нам лучше всего обратиться в полицию. – Думаю, что она как раз больше всего хочет, чтобы мы это сделали. – Она хочет, чтобы мы… Но зачем? – Кто подпишет иск? Тишина. – Чуете, откуда ветер дует? – продолжал настаивать Макки. – Это все ваше воображение, Макки. – Все вещи находятся в нашем воображении. Но если мы правы, то какая разница, не так ли? – Думаю, что нам надо связаться с высшим руководством Центрального полицейского бюро – пока только для консультации, вы согласны? – Обсудите это с Билдуном. Я же хочу, чтобы было сделано следующее: надо срочно собрать Совет Конфедерации сознающих и составить очередное экстренное оповещение; надо обратить особое внимание на калебанов, упомянуть паленки и, самое главное, не упустить из виду Эбниз… – Мы не можем на это пойти, и вы прекрасно это знаете! – Нам придется на это пойти. – Когда вы получали задание, вам исчерпывающе все объяснили – вам объяснили, почему мы… – Соблюдение секретности не означает отказа от действия, – горячо возразил Макки. – Если вы так думаете, то, значит, вы упустили чрезвычайную важность… – Макки, я не могу поверить, что… – Заканчиваем связь, Сайкер, – сказал Макки. – Я обращусь непосредственно к Билдуну. Тишина. – Прервите контакт, – властно произнес Макки. – В этом нет необходимости. – Неужели? – Я сейчас же направлю агентов к Эбниз. Я отлично вас понял. Если мы предположим… – Мы обязательно предположим, – поправил Макки. – Приказы будут отданы от вашего имени, естественно, – продолжил Сайкер. – Не хотите пачкаться – это ваше дело, – равнодушно сказал Макки. – Однако пошлите своих людей к мастерам красоты на Стедион. Она была там, причем совсем недавно. Я же вышлю вам бич, которым она… – Бич? – Буквально только что я наблюдал одно бичевание. Эбниз прервала связь, прежде чем паленки успел убрать руку, просунутую через люк. Люк закрылся и отсек ему руку. У паленки вырастет другая рука, и к тому же Млисс может нанять сколько угодно этих животных, но бич и рука станут для нас ценными уликами и позволят взять след. Паленки не практикуют маркировку генов, я понимаю, но это самое лучшее, что мы можем сделать в данный момент. – Понял вас. Что вы видели во время этого… э-э-э… инцидента? – Я как раз перехожу к рассказу. – Может быть, вам лучше прибыть сюда и записать сообщение на транскодер? – Здесь я целиком и полностью зависим от вас, но не думаю, что мне сейчас стоит показываться в Главном Центре. – Пожалуй, да. Я понимаю, что вы имеете в виду. Она постарается нейтрализовать вас встречным иском. – Да, или я, возможно, чего-то не понимаю. Итак, к тому, что я видел: когда Эбниз открыла люк, она практически полностью заполнила его своим телом, но я все же рассмотрел через небольшой зазор то, что делалось за ее спиной. Если это было окно, то за ним виднелось облачное небо. То есть дело происходило днем. – Была облачность? – Да, а что? – Здесь все утро облачно. – Но не думаете же вы… Нет, это просто невозможно, она не стала бы этого делать. – Да, наверное, это так, но нам, видимо, придется основательно перетряхнуть Главный Центр Бюро, чтобы наверняка в этом удостовериться. Правда, с ее деньгами она кого угодно может подкупить. – Да, вы правы. Теперь о паленки. На его раковине я заметил странный узор: треугольники, красные и оранжевые драгоценные камни и какую-то желтую не то змею, не то веревку, которая обматывала все его тело. – Надо выяснить филум, – задумчиво сказал Сайкер. – Да, но к какому именно семейству он принадлежит? – Хорошо, мы это уточним. Что еще? – За спиной Млисс виднелась целая толпа сознающих, которые, видимо, явились поглазеть на бичевание. Я видел прейлингов – я очень хорошо различил их тонкие усики. Было там несколько чизеров, соборипы и какие-то уривы… – Похоже, она всюду таскает за собой толпу сикофантов. Вы никого не узнали? – Позже я постараюсь идентифицировать их и найти документы, но сейчас назвать имена кого-либо из этой толпы не смогу. Там был один пан-спекки. Мне показалось, что у него на лбу след от операции по замораживанию эго, хотя, возможно, я и ошибаюсь. – Вы уверены? – Я знаю только то, что видел, а видел я шрамы на его лбу – след после операции по изменению эго: это так же верно, как то, что у меня сейчас смешливое настроение. – Но это противоречит всем юридическим, моральным и этическим нормам пан-спекки… – Рубцы багрового цвета, – сказал Макки. – Это о чем-то говорит, верно? – Они отчетливо видны? Он не пытается скрыть их косметикой или чем-нибудь еще? – Нет. Если я прав, то это единственный пан-спекки в ее свите. Любой пан-спекки убил бы его на месте. – В каком же месте она находится, если там есть только один пан-спекки? – Это приводит в недоумение и меня. Ах да, с ней было еще несколько людей – мужчин в зеленой униформе. – Это телохранители Эбниз. – Я тоже так подумал. – Эта толпа нужна для того, чтобы можно было легче спрятаться. – Если кто и может себе такое позволить, то это она, – сказал Макки. – И еще одно. Я уловил запах плесени. – Плесени? – В этом нет никакого сомнения. Между давлением внутри сферы и снаружи всегда есть разница. В сфере давление было ниже, и воздух затягивало внутрь. Пахло плесенью. – Вы успели многое заметить. – Вы думаете, я даром тратил время? – Не больше, чем обычно. Вы абсолютно точно уверены, что видели пан-спекки? – Я видел его глаза. – Запавшие, с гладкими фасетками? – Да, именно такими они мне показались. – Если мы сможем заставить других пан-спекки опознать его, это даст нам большие преимущества. Мы установим личность преступника, вы же понимаете. – Очевидно, вы мало общались с пан-спекки, – сказал Макки. – Как только вы умудрились стать директором отдела деликатных операций? – Ладно, Макки, давайте не будем… – Вы же прекрасно знаете, что любой пан-спекки взбесится, если увидит этого типа со шрамом, и сразу же нырнет за ним в люк… – Вот как! – Эбниз немедленно захлопнет люк и получит половину нашего незадачливого сообщника, а мы останемся с другой половиной. – Но это же убийство! – Нет, это всего лишь несчастный случай. – В руках этой женщины огромная власть, я признаю, но… – Она сдерет с нас шкуру, если сможет доказать, что она – частное лицо, а мы пытаемся вмешаться в ее дела. – Да, хуже не бывает, – согласился Сайкер. – Надеюсь, вы не делали никаких официальных заявлений в ее адрес.