Врата скорби. Следующая остановка – смерть
Часть 40 из 59 Информация о книге
Тот человек, который вчера проявил заботу о незнакомом заключенном, явно государственном преступнике – тоже выходил под дождь, и тоже набрал воды. Вернувшись, он увидел, что второй заключенный, которого вчера бросили в камеру без сознания – переполз к стене. – Ты пришел в себя? Хорошо, брат… На, попей… Заключенный вяло оттолкнул кружку – Это не выход, брат… Совсем не выход… Надо есть. Надо пить воду. Надо жить… даже здесь… – Я тебе не брат… – Но почему? Все люди братья? – Я… Заключенный вдруг расплакался. После пыток – он был совершенно сломлен. Так бывает… закаленный кинжал очень прочен, но от сильного удара – ломается и с этим ничего не поделать. Другая сталь не так крепка – но она гнется, но не ломается… – Я… предатель. Предатель… – Кого ты предал? – Всех… Я предал всех… Я все сказал… Я все им сказал… – Не переживай так, брат. Все – говорят. Это невозможно вытерпеть. Они это знают. И мы это знаем. На, попей… На сей раз – заключенный попил – Они могут пытать, они могут заключать в тюрьмы, они могут расстреливать – но они не изменят ход истории, брат. Как бы они не пытали – угнетенных всегда будет больше, чем угнетателей. Об этом – говорит Соломон. И он прав, брат… – Соломон? О ком ты? – Соломон – несет людям правду. Соломон – тот, кто избавит народы от угнетения. Если хочешь – я расскажу тебе о Соломоне… * * * Соломон… Сулейман, Соломоном его звали русские, это было одно и то же имя, просто в одном случае использовалось арабское его произношение, в другом библейское. Лидер и икона террора особого рода – леваческого, троцкистского террора, где разрушительные, подрывающие саму суть общества идеи равенства и революции соединены с восточным фанатизмом и безжалостностью, со всем безумием тотальной войны за веру. Самый разыскиваемый человек на пятьсот миль в любую сторону от порта Аден. Да что там – наверное, и на тысячу. А русские умели искать. У них у самих – в стране Руси долгое время шла усобица, и мятежники покушались на власть Его Величества, бесчинствовали и злоумышляли. Поэтому, русские научились искать. Для того, чтобы найти Соломона – они использовали все, что у них было. Десятки и сотни агентов – вслушивались в каждый разговор, в каждое, неловко брошенное, неразумное слово, передавали своим хозяевам каждый мимолетный слух с базара, оправдывая свою собачью похлебку. Самолеты – разведчики то и дело поднимались с аэродрома Адена, взмывали в небо с палубы авианосца, над горами – величественно парили дирижабли. Информация в виде снимков – попадала на подсвеченные столы аналитиков, расшифровывалась, ложилась в основу оперативных справок и спецдонесений. Десятки и сотни людей, специально подготовленных и готовых пожертвовать жизнью за Веру, Царя и Отечество – прочесывали горы в поисках той самой пещеры, днями и неделями наблюдали за населенными пунктами в надежде увидеть то самое лицо, громили караваны в надежде наткнуться на тот самый караван. Любой из тех, кто встал на джихад знал – явись с повинной, принеси голову своего амира – и тебе поверят, помогут, если надо – дадут новые документы и вывезут из страны. Ходили самые разные слухи, что Соломон не существует, что под этим псевдонимом скрываются самые разные люди, что это провокация британской разведки, что Соломон давно умер и неизвестно где похоронен, что он на самом деле находится на противоположном берегу, в британском Сомали и оттуда руководит нападениями. Но все это было домыслами – а факт был в том, что Соломон существовал, и русская разведка ничего не могла с эти поделать. Это – подрывало авторитет русских и увеличивало авторитет боевиков. Подвиги Соломона и его людей – многократно преувеличивались народной молвой, пересказывались друг другу на базарах, вызывая бессильный гнев русских, англичан и даже исламистов. Они же – не знали что делать, искали – и не могли найти. Русские искали везде. На пиратском побережье и в горах. В городах и в пустыне. В земляной яме и в шикарной вилле, принадлежащей какому-то сочувствующему. И не находили. Но не только русские. Соломона искали и ваххабиты – а они умели искать ничуть не хуже русских. Для них Соломон – был смертельно опасным еретиком. Ваххабиты говорили: что все в воле Аллаха и даже то, что сделал ты – на самом деле сделал Аллах. И освобождение арабского народа – тоже в воле Аллаха и одного только Аллаха. Сулейман же – как его многие называли – учил людей, что все зависит от них, все в их руках. Что покорность судьбе – это не хорошо, это плохо. Что только от них зависит, будут ли они жить рабами – или они будут жить братьями. Что прогресс – это не плохо, это хорошо, и потому самолет не является харамом и автомобиль не является харамом. Их надо осваивать, им надо учиться, чтобы выбраться из тьмы безвременья. Большую часть своих слов, он обосновывал нормами Корана[99] – и люди слушали, слушало все больше и больше людей, которые наконец то находили ответ на свой вопрос: почему те, кто кажется верующим ведут себя несправедливо, почему один мусульманин выжимает все соки с другого мусульманина. Для ваххабитов, большую часть которых составляли неграмотные кочевники, проторговавшиеся купцы, проворовавшиеся приказчики, бежавшие из тюрем бандиты, дезертировавшие из армии солдаты – все это было как нож острый. И потому – ваххабиты искали Сулеймана по всем пещерам, по всем ущельям, по всем селениям. Искали, чтобы убить – и не находили… Еще Соломона искали англичане. Соломон говорил, что нет национальностей, что нет родов и народов – есть угнетенные и есть угнетатели. Есть те, кто работает и те, кто отбирает у того кто работает и живет на этом. И что англичане – ничуть не лучше, чем русские – они так же угнетают, только соседние народы, и ничего хорошего от них нет и быть не может. Но англичане все равно искали Соломона – и не для того, чтобы убить, совсем для другого. Британцам, а особенно британской разведке – все впору, и Соломон, с его учением, объединяющим разрушительный коммунизм и джихадистский фанатизм, густо замешанный на мессианстве и крови – он как раз мог послужить еще более разрушительным орудием против русского господства на Востоке. Даже более эффективным, чем ваххабизм, которым англичане подгрызали Османскую империю – а вот против русских он уже плохо подходил. Англичане искали Соломона, чтобы убить – но прежде попытаться договориться. Искали – и не находили. Никто не мог найти Соломона. И потому начали думать, что Соломона – нет. Но никто и предположить не мог, что Соломона надо искать… в тюрьме! Прямо под носом у русских, почти у самого Адена. В той самой тюрьме Иттихад, где он содержался под именем Аль-Хараби и обвинялся в обычном, то есть без отягчающих обстоятельств убийстве из тхаара, то есть кровной мести. И те, кто получал на выходе из тюрьмы от Соломона указания, что еще надо сделать и какой террористический акт надо совершить – и подумать не мог, что их пишет такой же, как и все они заключенный, содержащийся совсем рядом, в одиночной камере – из-за того, что по документам он был болен заразной болезнью. А старшим надзирателем этой тюрьмы – был человек, похожий на арабов, но странно хорошо понимавший русский – потому то и поступивший легко на службу Белому Царю. И даже учить его тюремным, сильно похожим на армейские порядкам – не потребовалось… Шук-Абдалла. Юго-Аравийская племенная федерация. 13 июня 1949 г Но, страшно побледнев, Луи Вдруг стиснул кулаки свои И прыгнул бешено вперёд: "Пусти, болван, пусти, урод! Я – белый! Из моей земли Придут стальные корабли, На них же – тысячи солдат! Пусти – иль будешь сам не рад!" Н. Гумилев Помимо нечестивца Абу, держащегося у власти за счет местных феодалов и штыков наемников – у англичан был еще один канал влияния на ситуацию, к которому можно было прибегать лишь в самом крайнем случае. Ваххабиты! С одним из них – сэр Роберт назначил встречу после утреннего намаза, во дворике близ мадафы, исламского паба, где, конечно, подавали не спиртное, а кофе, где курили кальян и предавались богословским спорам и обсуждению происходящего. И сейчас – он стоял в мощеном камнем, жарком дворике близ одной из мечетей, сжимая рукой рукоять Маузера. В местном одеянии – он проделывал прорезь, достаточную, чтобы выхватить пистолет и стрелять. И он даже был вынужден надеть местную юбку, хотя все его предки перевернулись, наверное, при этом в гробу. Ваххабизм – не был прямой разработкой британской разведки или британского военного министерства, как некоторые думали – хотя британцы давно и тесно сотрудничали с представителем этого религиозного направления. Все было проще – Британия поддерживала всех, кто требовал свободы[100]. Польских легионеров и рокошан, кавказские малые народы и народности, теперь вот – ваххабитов. В сорок первом году – именно ваххабиты должны были поднять мятеж на всем Востоке аккурат после начала Большой войны. К сожалению – не получилось, не вышло. Но с тех пор – ваххабиты помнили об англичанах, а англичане – помнили о ваххабитах. Намаз – только начался, а к сэру Роберту, стоящему во дворе мадафы – подбежал замурзанный мальчишка и дернул британца за юбку – Ялла, ялла[101]… – затараторил он – Что тебе надо, негодник – спросил сэр Роберт – Ялла, ялла… – и внезапно малыш показал вещь, которую в его руках никак не ожидалось увидеть пачку отрывных спичек с британским флагом на этикетке… – Ялла… – Идем. Только помедленней… * * * Идти пришлось недалеко – мадафа была пуста, люди были на намазе. В бедно обставленном зале – разместились человек десять, и у каждого – была или автоматическая винтовка или пистолет – пулемет. Что касается пистолетов и даже гранат – их было в достатке. О том, кто был главным, сэр Роберт понял по одной примечательной детали – роскошным противосолнечным очкам Данхилл на носу одного из боевиков. Взялись они откуда же откуда и оружие – из британских лагерей подготовки. Вероятно – все бандиты гор – не поверили своему счастью, когда белые идиоты предложили им бесплатное оружие, да еще и научить им пользоваться. А так – бандиты как бандиты. Заросшие бородищами, относительно грязные. Относительно – потому что грязны здесь все, но те, у кого нет своего дома, грязны настолько, что невозможно подойти – запах сшибает с ног. Эти еще относительно цивилизованные – они живут в городе, имеют свою долю с караванов, часть нанимается в проводники. Именно их – нанимают и тогда, когда надо согнать феллахов с земли и отнять у них воду, чтобы посадить на этом месте кат. Люди, убивающие мнгого и не задумывающиеся о последствиях – Ас саламу алейкум… сказал сэр Роберт. Вместо ответа – главарь визгливо захохотал – и тут же, к нему присоединились и остальные. И все это – было сильно похоже на стаю сидящих на деревьях обезьян. – Что в этом смешного? – осведомился сэр Роберт – В этом платье ты похож на женщину, англичанин… – сообщил ваххабит, даваясь смехом – право, лучше бы тебе было надеть свою одежду и не позориться. Сэр Роберт – стиснул кулаки. Ничего удивительного нет – после того, как убили начальника станции британской разведки, зарезали как свинью и выбросили у базара, о каком уважении в городе можно говорить? – Что-то я не слышал, чтобы шариат одобрял невежливость к старшим, а я все-таки старше тебя – сказал сэр Роберт – и я же не смеюсь над тобой, хотя ты и нацепил наши очки. Смех разом стих – Что тебе нужно, англичанин – сказал ваххабит – тебе мало того, что одного из вас убили? Уходили, пока не убили и тебя. Сэр Роберт прищурился – За моим уходом – последует и твоя смерть, и знаешь какая? Придут казаки, и повесят тебя на воротах этой мечети вместе с твоей братией. Они уже недалеко, слышал? Судя по выражениям лиц – слышали. Весть о том, как казаки разгромили крепость в соседнем городе – разнеслась со скоростью лесного пожара, и те, кто был более предусмотрительным – уже уходили в горы. Понимали, что у казаков суд скорый и отнюдь не шариатский – Сколько с тобой людей, англичанин? Десять? Двадцать? – Считая тех, кто на кораблях? – невозмутимо спросил сэр Роберт, утверждая свое право посланца сверхдержавы диктовать волю дикарям – считая тех, кто на кораблях у нас много людей… Туше. Один – ноль. И сам ваххабитский амир это понимал – Тогда почему вы не выполнили наши договоренности? – визгливо воскликнул он – разве мы не договаривались, что твои люди помогут нам бить руси? Мы вышли на пути Аллаха, а вы остались с сидящими. Где твое слово? – Я не давал никому слова – сказал сэр Роберт – что же касается других слов, которые вы услышите от меня, или от кого-то – скажу, что я выполняю приказы, идущие от нашего монарха. А наш Монарх, да продлит Господь его дни – не отчитывается ни перед кем, почему он принял то или иное решение. Вот почему мы не выступили тогда.