Возраст сомнений
Часть 36 из 47 Информация о книге
Сохраняй спокойствие и постарайся объяснить, как было дело. – Лаура, я прошу у тебя прощения, меня вызвал начальник полиции и… – Что-то случилось, я поняла. Тогда почему так сухо? – Послушай, можно все исправить. Если ты спустишься через четверть часа, я за тобой заеду. – Нет. Совершенно невозмутимо. Сухо и холодно, как выстрел в грудь. Но он решил настаивать. – Еще не так поздно. Ты поужинала? – Я передумала. Голос был бесстрастным, в нем не было ни злости, ни отчаяния. Как гладкие стены, по которым скатываются, не оставляя следов, слова. – Хорошо, но я хочу тебя вернуть. – Слишком поздно. – Ладно, я все равно приеду. – Нет. – Побудем вместе хоть полчаса! – Нет. – Ты обиделась? Я звонил на работу, чтобы предупредить тебя, и на мобильный. Я не хотел… – Я не обиделась. – Хорошо. Завтра увидимся? – Не думаю. – Почему? – Я решила: этот вызов к начальнику, это знак… Все предопределено. Звонок Бонетти-Альдериги? Предопределено? Кем? – В каком смысле, извини? – В том смысле, что судьбе так угодно. Значит, между нами ничего быть не может. Что за бред! – Ты хочешь сказать, что веришь в эти глупости?! Она молчала, и тогда Монтальбано разозлился: – Может, ты и гороскопы по утрам читаешь? Лаура положила трубку. Монтальбано попробовал перезвонить, но ему никто не ответил. Аппетита, естественно, не было. Оставалось посидеть на веранде с сигаретой и виски, пока не уляжется злость, и пойти спать. Минутку, Монтальбано. Не кажется ли тебе странным, что единственное чувство, которое ты в данный момент испытываешь, – это злость? Не боль, не разочарование? А если ты злишься, как это объяснить? Проверь, хватит ли сигарет и виски, и подумай об этом. Сигарет оказалось три пачки, а виски меньше чем полбутылки. Надо припасти новую. Он съездил в бар, вернулся и, открывая дверь, услышал телефонный звонок. В спешке роняя ключи, вбежал в дом, поставив бутылку на пол. Подняв трубку, естественно, услышал гудки. Ну почему, почему он никогда не успевает ответить?! Конечно, это Лаура. Что делать? Перезвонить? А если это не она? Телефон зазвонил снова. – Лаура! На другом конце повисла гробовая тишина. Черт, должно быть, снова проклятый Бонетти-Альдериги! – Кто это? – Это Ливия. Его бросило в пот. – Могу я узнать, кто такая Лаура? В отчаянии он не знал, что сказать, и засмеялся: – Ха-ха-ха! – Что смешного я спросила? – Ты ревнуешь, да? – Конечно. Отвечай, не валяй дурака. Он ответил таким тоном, будто говорил Бонетти-Альдериги с высоты своего положения. – Не поверишь, когда ты позвонила, я как раз вспоминал имя возлюбленной Петрарки и, сняв трубку, неожиданно его вспомнил, он… она… это… – …мы …вы …они, – добавила Ливия. – Думаешь, я настолько глупа, чтобы тебе поверить? Пот стекал ручьями по лбу Монтальбано и заливал глаза, трубка выскальзывала из мокрых рук. – Прости, можно я перезвоню тебе через пять минут? – Нет! – И Ливия повесила трубку. Пятнадцать Как некстати позвонила Ливия! Он вернулся к входной двери, взял стоявшую на полу бутылку и отнес на веранду. Принял душ и, опечаленный, сел за стол. Так о чем он хотел подумать? Ах да! Почему он испытывает злость, а не сожаление или боль. Почему именно сейчас надо об этом думать? Когда в голове такой кавардак… Разве нельзя найти более подходящее время? Нет, сейчас самое подходящее. И не юли, как маленький ребенок. Смелее, вперед! Когда человек злится? Отвечай. Ну, есть много причин, по которым… Не надо ходить вокруг да около, как сказал бы господин начальник полиции. Ближе к делу. Вопрос очень простой: почему тебя разозлил отказ Лауры?