Возраст сомнений
Часть 30 из 47 Информация о книге
В десять Монтальбано был у себя в кабинете. Первым делом он позвонил Паскуано. – Доктор работает и просил… – Не могли бы вы ему передать… – Конечно. – Скажите ему, что горе срочно нужен Магомет. Повисла пауза. – Но… – только и мог сказать секретарь. Комиссар уже повесил трубку. На пороге стоял Мими Ауджелло. Вид у него был слегка потрепанный. – Тяжелая выдалась ночь, Мими? – иронично заметил Монтальбано. – Не говори! – Тебе достался приз? – В каком-то смысле… – Она отказалась? – Если бы! – Выкладывай! – Ладно, Сальво, но сначала выпью кофе. Двойной. Катарелла приготовит. – С ликером, для восстановления сил. Вижу, ты основательно вымотан. Ауджелло ничего не ответил. Молча сидел и ждал свой кофе. Выпив кофе, как и обещал, он приступил к рассказу: – Вчера вечером мы с Ливией пошли ужинать. Монтальбано, в голове у которого все время крутилась Лаура, вздрогнул: – С Ливией?! – Сальво, ты забыл, как зовут Джованнини? Это не твоя Ливия, не волнуйся. Я повез ее в ресторан в Монтелузе. Она поела от души и выпила полторы бутылки вина. Надеюсь, мне возместят расходы? – Разве ты не получил компенсацию натурой? Дальше? – Потом она взяла инициативу в свои руки. – Это как? – Послушай, можно я не буду вдаваться в подробности? – Ладно. Только начало. Что она сказала? – Сказала? Ничего. Она действовала! – Каким образом? – Не успели мы отъехать от ресторана, как она положила руку сам понимаешь куда. Романтичная натура эта Джованнини! – И спросила, куда я ее повезу. Я ответил, что мы можем поехать ко мне, но она сказала, что предпочитает на яхте, в своей каюте. – Во сколько это было? – Я не смотрел на часы, около полуночи. Мы поднялись на яхту и внизу, в салоне столкнулись с капитаном. – Ах вот как? Но говорят, что Спарли – любовник Джованнини. Он разозлился? Кричал? Что он тебе сказал? – Ничего. Пожелал нам спокойной ночи и пошел наверх, на палубу. – Может, он – запасной вариант, когда у Джованнини нет кого-то получше? – Возможно. В общем, он не устраивал сцен. Мы зашли в каюту, Ливия мигом разделась… – Мими, окажи мне услугу… – Конечно. – Не называй ее Ливией. – Почему? – Мне неприятно. – Хорошо. Она с порога завелась и уже не могла остановиться. Сальво, это не женщина, а электрическая мясорубка, которую забыли отключить от сети. Может, поэтому капитан, увидев меня с ней, улыбнулся. Я освободил его от тяжкой повинности! К счастью, примерно в полтретьего мы поняли, что что-то случилось. – Почему к счастью? – Потому что мясорубка ненадолго выключилась. – Одним словом, как говорили латиняне, морс туа – вита меа, твоя смерть – моя жизнь. – Сальво, ты шутишь, но все так и обстоит. – Вы слышали крик? – Какой крик? Не было никакого крика. – А что было? – Капитан позвонил кому-то и сообщил, что случилась беда. – А дальше? – Лив… Джованнини надела халат и вышла из каюты. Когда вернулась, сказала, что ничего страшного, пьяный матрос свалился в воду, но его вытащили. – Ты знаешь, что он мертв? – Конечно, я потом узнал, но она мне об этом не сказала. – Почему? – Как это почему? Потому что хотела продолжения! Она боялась, если я узнаю, что он не просто мертв, а застрял там, в каком-то метре от нас, то у меня ничего не получится. – Когда ты сбежал с яхты? – В половине седьмого, когда труп увезли. Поехал домой, немного поспал. Вернусь – еще посплю, потому что сегодня вечером Лив… Джованнини хочет устроить второй раунд. – Ты смог поговорить с ней в короткие передышки? – Да. Она спросила, сколько я зарабатываю, пришлось немного увеличить себе оклад. – Она удивилась? – Нет. Спросила про жену и детей. Я сказал, что холост. Хорошо, что мы не поехали ко мне! Там повсюду детские игрушки… – Обычные вопросы. – Да, но я уверен, она куда-то клонит. Я сказал, что работа мне не нравится, я с удовольствием поменял бы ее на более доходную. В общем, показал, что готов. Мне кажется, она что-то задумала. – Слушай, а как ты справился? – Звучит нескромно, но, кажется, я был на высоте. – В этом я нисколько не сомневаюсь, я имею в виду, обсуждали ли вы проверку топлива с лейтенантом Белладонной. – А, ты про это? Обсуждали, конечно. Это минутное дело. Если б на голову Монтальбано с потолка свалилась балка, было бы не так больно. – Где? Ко… когда? – Бедняжка! Она работала всю ночь и позвонила мне в шесть утра.