Волшебные искры солнца

Егор только что вернулся после долгого и громкого разговора с Жанной в его машине. Настроение у него было ужасным – бывшая разозлила его, и он ей назло заявил, что Мира – действительно его девушка, что он на ней женится и что она, в отличие от Жанны, молода и не просто хороша собой, но у нее еще и замечательный характер. Поднимаясь по лестнице – лифт по-прежнему вызывал опасения, Егор думал, как он вообще польстился на эту стерву. Да, красивая, эффектная, с такой не стыдно появиться в компании с друзьями, но, черт побери, откуда такой нрав и полное отсутствие манер?

Отношения с Жанной были похожи на американские горки – никогда не знаешь, в какой момент начнешь падать или взлетать, когда начнется очередной вираж, и можно ли будет выдержать его или упадешь с высоты на землю. Сначала Егора это забавляло – с Жанной он всегда был на пике эмоций, хотя сам по себе был довольно спокойным человеком. Однако вскоре понял, что в подавляющем большинстве случаев эти эмоции отрицательные. Скандалы, ревность, непонятные придирки – все это стало быстро его утомлять, но раз за разом он говорил себе, что это пройдет, что рядом с Жанной ему бывает и хорошо, что она исправится, а он научит ее находить компромиссы, но время шло, а отношения их становились хуже и хуже. Жанна слишком много требовала, но при этом вела себя отвратительно – например, как сегодня. Несколько раз Егор пытался расстаться с ней – получалось плохо. На время она успокаивалась, становилась заботливой и ласковой, а потом все повторялось. Однако в этот раз Егор решил поставить окончательную точку в их отношениях, за что получил по лицу и был обвинен в измене.

– Ты все равно будешь моим, – заявила ему Жанна, прежде чем выбежать из его машины, припаркованной рядом с подъездом.

– Не думаю, – холодно отозвался он.

– Что, запал на эту страшную малолетку?

– Я на ней женюсь, – сквозь зубы проговорил Егор, за что и получил по щеке, после чего все тем же тоном попросил бывшую покинуть его авто. Та, бросив напоследок несколько угроз, убежала, а он направился домой, где отчаянно лаял Сэт – Егору с трудом удалось успокоить пса.

К брату в комнату Егор зашел, чтобы извиниться перед Мирой за поведение Жанны.

То, что он увидел, глубоко его поразило. Атмосфера в спальне брата была тяжелой. Плачущая Мира обнимала Настю, называя малышкой, а рядом стоял Ярослав, закрывая лицо руками – на его щеках блестели слезы.

Увиденное заставило Егора оцепенеть – к такому он точно не был готов. Получается, Мира влюблена не в Ярослава, а в Настю? Так, что ли?

Егор даже не успел спросить, что происходит, как Мира, которая выглядела очень странно, кинулась к нему и обняла так, как обнимают только родных людей.

– Егор, – шептала она, цепляясь за его широкие плечи. – Егор, я очень тебя люблю. Егор…

После этих слов Мира вдруг обмякла и, если бы не его руки, упала бы на пол без чувств. Егор успел подхватить девушку.

– Что происходит? – спросил он ошалело, глядя на заплаканного, как в детстве, брата и Настю, прячущую покрасневшие глаза. – Что с ней?

– Сахар в крови упал, – сказала хриплым голосом Настя.

– А с вами? Тоже сахар упал? – поинтересовался Егор, видя, как глубоко поднимается и вздымается грудь девушки – как во сне.

– Положи ее на кровать, – ожил Ярослав и тыльной стороной ладони вытер лицо. Егор выполнил его указание, и Яр тотчас сел рядом с Мирой, глядя на нее с такой заботой и тревогой, словно все еще видел в ней свою сестру.

Настя молча нащупала пульс на бледном тонком запястье девушки.

– Пульс в порядке, – сказала она тихо. – Она будто спит.

– Может, «Скорую» вызвать? – обеспокоенно спросил Егор.

– Не надо «Скорую», – прошептала Мира и приоткрыла глаза. – Все хорошо… Просто давление упало.

– А эти сказали, что сахар, – кинул на брата и его девушку подозрительный взгляд Егор. – Что вообще происходит, ребята?

Настя пожала плечами. Она сама хотела понять это.

Несмотря на дикое головокружение, Мира попыталась подняться, но Ярослав не дал ей этого сделать.

– Лежи, – велел он ей.

– Но…

– Лежи, говорю, – как-то даже ласково сказал Ярослав, все еще помня лицо Даши. – Встанешь, когда станет лучше. Хочешь воды? Или есть? Скажи, если что-то нужно, поняла?

– Ничего не нужно, – вздохнула Мира.

– Я принесу сладкий кофе, – сказал Егор. – И давление повысит, и сахар. Настя, не могла бы ты мне помочь?

Девушка только кивнула в ответ и последовала за ним на кухню, оставив Ярослава и Миру одних.





***


Все еще находясь в состоянии шока, я направилась с Егором на кухню. Я видела ее – мою подругу Дашку, клянусь, что видела! Всего лишь минуту, но это была она! Такая, какой я ее запомнила! Я обнимала ее, как когда-то давно, и мое сердце готово было взорваться от частых ударов.

Я всегда ненавидела слезы, считала их признаком слабости, непозволительной вещью, но видя Дашу, поняла, что они сами собой появляются на моих глазах и катятся по щекам, и было так невыносимо больно, словно меня разрезали изнутри тонкими лезвиями.

Даша пришла в наш мир.

Раньше бы я сказала, что так не бывает. Но сейчас, узнав о существовании магии, сама став хранительницей древнего могущественного артефакта, верила в это. И не просто верила, а видела.


С трудом уняв дрожь в пальцах, я встала у окна, пока Егор делал в кофемашине капучино для Миры. Я едва слышно вдохнула воздух и выдохнула, пытаясь привести себя в порядок. Получалось плохо – слишком много навалилось на мои плечи.

– Настя, что происходит? – после некоторого молчания спросил он, готовя эспрессо. – Извини, что я лезу в вашу личную жизнь, но я волнуюсь за Ярика. Он смеется, говорит, что у меня комплекс старшего брата, но по-другому я не могу. Потеряв младшую сестру, хочу позаботиться хотя бы о младшем брате.

Услышав про сестру, я вздрогнула – слова о Дашке ранили меня, как осколки. По рукам пополз колючий холод. И я вдруг вспомнила, как позапрошлой зимой после ритуала передачи браслета видела Дашу в кафе. Получается, тогда мне не привиделось?

– Я думал, что Мира влюблена в Яра – даже встретил ее у нас на даче. Но, получается, все не так, да? – спросил Егор.

Я молчала. Я была хорошим стратегом и тактиком, умела придумывать действенные планы, но вот с импровизацией у меня было плохо. К тому же такое сильное потрясение не способствовало работе фантазии.

– Не так, – тяжело вздохнула я.

– Тогда что происходит? Вы же… – Егор опустил капучинатор в молоко и на мгновение застыл. – Вы же не втроем?

– Что – втроем? – не поняла я.

– Встречаетесь. Мира сказала, что любит вас. У вас любовь на троих? – прямо спросил он.

Меня вдруг разобрал нервный смех. Знал бы Егор, что происходит на самом деле! Если бы он только мог вообразить…

– Если что, я не против, но нашим родителям об этом лучше не знать, – продолжал старший брат Ярослава.

– Ты думаешь, у нас полиамория? – спросила я, с трудом удериваясь от нового приступа смеха. – Нет, Егор, я слишком большая собственница, чтобы делить своего парня с кем-то еще. Нет у нас любви втроем.

И не будет.

– Если Ярослав плакал, а Мира называла тебя малышкой, значит, она влюблена в тебя? – чуть подумав, спросил Егор.

– В меня? – изумленно спросила я и снова не смогла удержаться от смеха. – Нет-нет, точно не в меня. Я ее вообще едва знаю.

– Не в тебя и не в Ярика. Тогда я даже не знаю, что сказать, – ответил Егор.

– Она влюблена в другого человека, – зачем-то сообщила я и задумчиво посмотрела на парня. – А плакали мы, потому что она рассказывала нам историю своей несчастной любви.

– Серьезно? – выразительно приподнял темную бровь Егор. – И поэтому Яр плакал? Не верю.

– Тогда ничем не могу помочь, – отозвалась я. – Мира действительно влюблена в другого человека.

– А почему она бросилась ко мне на шею? – вдруг додумался поинтересоваться он.

Я пожала плечами.

– Потому что влюблена в меня? – недоверчиво спросил Егор.

Я улыбнулась – какой молодец, сам строит теорию за теорией. Мне даже ничего придумывать не нужно. Давно ведь известно – самые крепкие иллюзии те, которые воздвигаем мы сами. Пусть думает, что Мира влюблена в него. А что, хороший вариант.

– Нет, серьезно.

Я снова пожала плечами.

– Этого не может быть, Настя. Она что, рассказывала, как влюблена в меня, а вы с Яриком плакали? – удивление в темных глазах Егора было таким, что я невольно улыбнулась, хотя на душе было безумно грустно. Рассказывать ему правду я не собиралась – он, конечно, не поймет меня, не поверит и в лучшем случае выставит из дома. И будет прав.

– Понимаешь, Мира… Она немного… странная.

– Что значит странная? – нахмурился Егор.

– Иногда странно себя ведет, и нам с Яром ее ужасно жалко, – продолжала я. – Она хорошая девочка, но особенная. Сначала была влюблена в Ярослава, даже на дачу к вам поехала, решив, что найдет его там, но встретила тебя, – вспомнился мне рассказ Бортниковой, – и она влюбилась.

– В меня? – снова недоверчиво спросил Егор.

– В тебя.

– Я старше ее лет на десять.

– И что? – пожала я плечами. – Будем объективны. Ты хорош собой: высокий, с крепкой фигурой и симпатичным лицом. У тебя прекрасный голос – уверена, от которого тают девушки. Признаюсь честно – ты сразу меня покорил, когда мы впервые встретились. К тому же ты довольно обеспечен и крепко стоишь на ногах…

– А у тебя все разговоры о деньгах, – раздался голос недовольного Ярослава. Вместе со своим псом Сэтом он только что вошел в кухню и слышал, как я нахваливаю его старшего брата. Кажется, ему это не понравилось.

– Тебе кажется, – отозвалась я.

– Не ревнуй, Яр, – коротко рассмеялся Егор. – Настя расписывает мне причины, почему Мира влюбилась в меня.

– В тебя Мира влюбилась?! – в панике спросил Ярослав, и я прижала указательный палец к губам, прося его замолчать, пока Егор не видит.

– Ну да, помнишь, она нам рассказывала, что полюбила Егора, – отозвалась я.