Вольный игрок

Девушка замолчала, Андрей обнял её покрепче. Так прошло несколько минут.

— Я увидела это. Там росло огромное дерево, издалека его можно было принять за целый холм, но я знала, что это моё дерево, оно живое, это мой дом и там живут все, кого я люблю. И этот дом… в один миг обернулся ярко-белым пламенем. Это был не огонь, не обычный огонь. Не бывает такого пламени. И не взрыв, не было гула или ударной волны. Только белое пламя. Вскоре оно опало — и ни моего дома, ни зелени не осталось. Никто не спасся. Только пепел остался. Пепел я запомнила, он высоко поднимался и падал дождём, густой такой, серый.

Андрей не знал, как утешить Юлю, просто гладил и целовал, пытаясь согреть её своим теплом, укрыть от всех бед и воспоминаний. Она ещё немного помолчала и продолжила уже спокойным тоном.

— Мы долго скитались, может, несколько месяцев или даже лет. Мы старались держать подальше от людных мест, а зимы у нас не очень суровые. Так продолжалось, пока Эллиэт не встретила Гару, знахарку, если по-простому, и как-то сделала так, чтобы та стала ей обязана жизнью. Няня оставила меня у неё. Гара научила меня разбираться в травах, а когда я выросла, уже старенькой она отвела меня к своим родичам в форт Красных Орлов. А Эллиэт… С тех пор я её больше не видела.

— Мне жаль, что так случилось, — после паузы попробовал найти слова сочувствия Андрей.

— Не поверишь, мне тоже, — Юля шмыгнула носом. — Не обижайся, я понимаю, что ты хочешь как лучше, но я уже давно ко всему привыкла. Воспоминания потускнели, подёрнулись... пеплом. Главное ведь то, что сейчас, верно?

Юля посмотрела на Андрея?

— Да, — ответил он.

Больше они в тот вечер ни о чём не говорили, пусть у Казакова и вертелся на языке ещё один вопрос: «Твой дом уничтожили миротворцы?». Очень было на них похоже. Но за что? И если у них союз с гильдейцами, почему они всех не трансклюкируют сразу? Вопросы без ответов, но очевидно, что это как-то связано с Игрой.



***

Влад и Спиц завалились в дом к Андрею счастливые.

— Мы решили, что с нами и Лиза пойдёт, — сказал первый.

— Вот это новость! А зачем она нам сдалась?

— Ну, во-первых, ей тоже статус нужен. Во-вторых, кто-то должен еду варить, лагерем заниматься, пока мы на охоте. А в-третьих, не забывай, она курс по врачеванию прошла, ещё в том, первом заходе. А лишний врач нам не помешает. Согласись, Юля?

Та спокойно пила чай и в разговоре не участвовала. Сейчас вокруг головы она носила тонкую синюю ленту, которая искрилась в ночи и собирала пушистые волосы в густую волну на затылке. Эта причёска только подчёркивала её не совсем обычное происхождение. Андрей заметил несколько внимательных взглядов, посланных Владом украдкой, но решил не обращать на это внимание.

— Вам виднее.

— Хорошо, берём Лизу. Если что, просто эвакуируется, — не стал спорить Казаков. — Курс у Скаура сколько времени займёт?

— Дня четыре, — ответил Спиц. — Стоит пятьсот монет. Хороший арбалет тоже стоит где-то от семисот до тысячи единичек. Я предлагаю брать по два. Один охотничий, послабее, другой боевой — для самообороны. Согласен?

— Дельная мысль.

— Ты сам-то когда готов будешь выходить?

— Раз мы на полный таймер идём, мне надо в мир смотаться на пару дней, мать проведать. А потом я готов. Влад, насчёт долга…

— Без проблем, сколько?

— Организуй моей маме пенсию, тысячи… две евро в месяц, больше пока не надо. Чтобы вопросов лишних не возникло.

— Вот и собирайтесь, вместе в мир выйдете, — предложил Спиц.

— Сейчас что ли?

— А чего тянуть-то? Без вас мы не начнём.

— Ой, хорош уламывать. Я сказал, выйдем в мир… через час, — Казаков глянул на Юлю. — Или два.

— Два часа в самый раз, — согласился Влад.

А Спиц пробубнил что-то про озабоченных подростков, но пожелал удачи.

— Тебя, наверное, взять не получится, — сказал Казаков, когда гости ушли.

— Скорее всего.

— Жаль, я бы хотел, чтобы ты и мой мир посмотрела. Это, конечно, не Свобода, но тоже интересно. Мама опять же… Ты бы ей понравилась.

— Сочту это за комплимент. Пойду собирать тебе вещи?

— Куда ты, у нас же ещё есть целых три часа.

***

Родной город оглушил Андрея серостью и обыденностью. Сразу стало не хватать свежего и хмельного воздуха Свободы. Обычная осень средней полосы: вроде солнышко, и погода хорошая, а всё равно — не то, совсем не то.


Андрей оставил за спиной офис «Стратегии», добрался до дома на общественном транспорте. Заметил настороженные взгляды попутчиков. Должно быть, видок у него был тот ещё — ошалелый.

Встреча с мамой была единственным моментом, что вызвала отклик у него в сердце.

«Наверно, в миру всё-таки можно жить», — заключил для себя Андрей.

Матери он наврал с три короба про свою работу, сказал, что он ненадолго. Конечно, эта новость не вызвала радости. Зато на следующий день к Андрею домой приехал сам Влад, в деловом костюме с иголочки, сама респектабельность, заявил, что лично захотел увидеть мать своего сотрудника. Тогда же маме Андрея оформили пенсию. Нельзя сказать, что это её успокоило. Должно быть, она решила, что сын влез в какие-то мутные дела, но напоследок сказала:

«Слушайся Влада, он хороший, умный человек. Не вздумай опозориться.»

Андрей с улыбкой покивал.

Спалось ему плохо — мешало беспокойство о Юле и чувство беззащитности. На Свободе у него остались друзья и оружие, в случае чего он мог надеяться на помощь контролёров, а в миру он был почти беззащитен.

Ворвись сейчас в дом спецназ, Андрей ничего не сможет поделать, кроме как поднять руки. Вот как отведут к компетентным органам для допроса на предмет инопланетного вторжения.

Бред, конечно, но в случае серьёзных неприятностей обратиться Андрею будет не к кому. Не вписывать же друзей в разборки, которые может создать ему сама Игра.

Кроме того, гнало предчувствие, что расслабляться нельзя, время не ждёт. Знать бы ещё — чего оно не ждёт.

Пробыв дома два дня, Андрей распрощался с матерью, пообещав вернуться месяца через полтора-два. Та его тепло напутствовала, попросила быть осторожным.

Со смесью горечи и радости Казаков вернулся в офис «Стратегии».

«В конце концов, для неё будет безопаснее, если я останусь в Рекреации», — для себя решил он перед входом в Игру.

***

— Ух ты, сработало! — воскликнул Влад, за что немедленно получил затрещину от Скаура.

— В лесу рот держи на замке, а то гнус залетит, — напомнил мастер-наставник.

Андрей смущённо помалкивал. Сказать по правде, Влад просто опередил его с возгласом восхищения. Тем не менее, их ловушка сработала, а значит дело своё они запомнили туго.

Сам капкан был простой: две оглобли ставятся на тонкие палочки, между ними кладётся приманка, когда зверёк её хватает, палки разлетаются и одна оглобля падает вниз. Быстро и гуманно — зверёк умирает мгновенно, и шкурка остаётся целой.

— Кто свежевать будет? — спросил Скаур.

— Я буду, — первым вызвался Влад.

Андрей согласился и остался с арбалетом прикрывать его. Мера не излишняя — в чащобе водились кабаны.

Оказалось, что на Закрытой территории есть не только бург с игроками, но и приличных размеров озеро, которое требовалось переплывать на лодке. За озером раскинулся лес, в котором водилась разнообразная живность.

Влад взял чуть искривлённый нож, сделал надрезы на лапках и, не без отвращения, стянул шкурку с туши зверька как чулок с ноги.

— Неплохо. А чего рожу такую скривил? — поинтересовался мастер.

— Да так.

— Жалко его?

— Да, и что теперь? — спросил Влад.

— А то, что у меня ученики балбесы, — Скаур осмотрелся, прислушался, — идёмте за мной. Только если его спугнёте, сами за ним по лесу гоняться будет.

Игроки осторожно продрались сквозь кусты, гадая, кого же они полюют. Остановились в небольшой прогалине леса.

— Видите? — Скаур указал на ветку векового дуба, на высоте метров пяти.

Андрей и Влад кивнули.

— Теперь можно в голос говорить. Чтобы тетерева спугнуть, сильно постараться надо. Сидит он уверенный, знает, что к нему так просто не подобраться, а чуть что он взлетит.

— А нам что делать? — спросил Андрей.

— Ждать.

Тетерев сидел, погружённый в свои дела минут пять, пока вдруг ни с того ни с сего не взмахнул крыльями и не слетел с ветки. Но подняться в воздух ему не дали. Сзади на него прыгнул тёмный силуэт, и живой комок, издавая душераздирающие звуки, рухнул вниз.

В ворохе перьев Андрей разглядел свирепую ласку, треплющую добычу и яростно верещащую.

— Поняли что-нибудь? — задал всерьёз вопрос Скаур.

Ученики молчали.