Ведьма по распределению

Дэниель приглушенно выругался и едва успел прикрыться одеялом, как сама хозяйка дома ворвалась в комнату, воинственно потрясая поварешкой.

— А ну не лезь к ней, ирод! — гаркнула она с порога. — Лапы убрал, сволочина! Ишь чего удумал! Если не по нраву больше, стало быть, обижать надобно?

— Не по нраву? — переспросил Дэниель и криво усмехнулся. — Ну почему же. Очень даже по нраву. И раньше была, а теперь так вообще.

Я не теряла времени даром. Тут же вскочила на ноги и шустро отпрыгнула подальше.

— У него огонь в чреслах горит, — плачущим голосом сообщила я, спрятавшись за надежной спиной Верины.

— Чего? — удивленно протянула она. — Оливия, ты о чем?

— Шая все напутала! — провыла я, не в силах поверить в такой сокрушительный провал нашей гениальной задумки. — Она не отворотное зелье дала, а приворотное!

В комнате после этого признания воцарилось потрясенное молчание. Которое, впрочем, не продлилось долго. Первым очнулся Дэниель.

— Так, — протянул он. — Очень любопытно. Стало быть, в кружке все-таки не вода была.

— Вода, — твердо сказала я. Запнулась и совсем тихо добавила: — Большей частью.

— То бишь ты ему приворотное зелье дала? — зачем-то спросила Верина, хотя и так было все понятно.

Я громко всхлипнула вместо ответа.

— Теперь понятно, про какие чресла ты толковала, — проговорила Верина с усмешкой. Но тут же посерьезнела и вздохнула: — Да, нехорошо как-то получилось.

Нехорошо? Я бы сказала — преотвратно. Ужасно! Немыслимо!

— И что теперь делать? — тоскливо вопросила я, не смея взглянуть на Дэниеля и по-прежнему прячась за спиной у Верины.

— Диплома тебя лишить надо, — привычно пригрозил Дэниель. — Или скажешь, что у вас не было курса по зельеварению?

— Был, — грустно призналась я. — Но… Никогда не любила готовить. А зелья варить — считай, так же с котелками возиться. Того добавь, этого отмерь, насыпь, размешай. Благо еще, что преподавательница…

— Да, — протянул Дэниель, не дав мне закончить. — Твои познания в магии оставляют желать лучшего. А еще отличница.

— Вот именно! — внезапно вызверилась на него Верина. — Чего ты девчонку затюкал? Диплом отниму, диплом отниму… Того не знаешь, этого не умеешь. Или ей пятерки за красивые глазки ставили? Чему учили — то умеет. Спрашивай с тех дуралеев, кто у нее экзамены принимал. Чем они там вообще занимаются в вашей академии! Лишь зады горазды просиживать!

Дэниель как-то странно икнул, видимо, не ожидал получить такой отпор от женщины. Опять воцарилось молчание. Я рискнула на секунду выглянуть из-за спины Верины и кинула на него быстрый опасливый взгляд. Правда, тут же пожалела об этом. Дэниель при виде меня расплылся в широкой предвкушающей ухмылке. Поманил указательным пальцем.

— И даже не думай! — грозно предупредила его Верина. — А то тебе все чресла повырываю с корнем. Охальник!

Я опять спряталась за широкую верную спину старосты, и Дэниель угрюмо вздохнул.

— Разве я виноват? — хмуро спросил он. — Хорошее зелье ваша травница варит, ничего не скажешь. Прям кровь кипит.

— Да я знаю, — уже мягче добавила Верина. — Я ведь почему с ней в ссоре уже лет пять, не меньше? Эта тварь Ларса приворожить в свое время решила.

Ларса? Это же муж Верины.

— Разозлилась, что я ей не стала помогать с побелкой избы, — продолжала Верина. — Ну и напакостить решила. Явилась ко мне вечером с бутылочкой примирительного винца. И плеснула Ларсу зелья своего. Он в тот вечер от меня и ушел.

— К Шае? — удивленно спросила я, вспомнив старушку, которая навскидку была раза в два старше мужа Верины.

Ничего себе, какая предприимчивая особа! Не каждому дано в такие годы столь любвеобильный нрав иметь.

— Агась, — сухо подтвердила Верина. — Только Ларс к ней так и не дошел. Я-то сразу поняла, откуда ветер дует. Догнала его да поленом по голове сзади приложила. Тот в отключку. Я его за ноги — и волоком обратно в избу. Связанным держала, пока действие зелья не прошло. Через недельку очухался и поклялся никогда и ничего из рук Шаи больше не принимать. Ее избу до сих пор по широкой дуге обходит.

— Очень поучительная история, — сухо сообщил Дэниель. — Но учтите — себя поленом по голове я бить не дам. Не советую даже пробовать.

— А почему? — полюбопытствовала Верина. — По-моему, отличное решение проблемы. Полежишь недельку, отдохнешь. Ты не боись, я буду бить сильно, но аккуратно. И готовлю я вкусно…

— Во-первых, это чревато для вас огромными проблемами, — резко оборвал Дэниель перечисление всех плюсов его предполагаемого пленения. — Смею напомнить, что я — маг. И маг настоящий, в отличие от всяких…

Опять на меня намекает! Надоел уже, право слово. Как заело у него.

— А что, у магов голова из какого-то другого теста сделана? — невинно полюбопытствовала Верина. — Из чугуна, что ли, раз поленом не пробьешь?

Я фыркнула, с трудом сдерживая смех. Ну Верина! Ну умничка! Осмелилась на еще один взгляд из-за ее спины и увидела, как Дэниель обиженно насупился.

— У меня рефлексы, знаете ли, — грозно заявил он. — В общем — рискните. Только, чур, потом не жаловаться. Убить не убью, но рискую покалечить. И ничего личного, лишь на уровне самозащиты.

— Рефлексы, стало быть, — как-то задумчиво протянула Верина. — Ну-ну. А во-вторых, что?

— А во-вторых, недели будет явно маловато, — неожиданно сказал Дэниель.


— А это еще почему? — спросила я. — Ты же маг, о чем не устаешь напоминать. Так вроде маги должны быстрее восстанавливаться после магических действий, направленных против них.

— Хоть одна здравая мысль появилась, Оливия, — не удержался от подколки Дэниель. — Молодец, не ожидал от тебя.

Последняя фраза меньше всего напоминала комплимент, столько в ней прозвучало ядовитого сарказма.

— Но ты забываешь одну маленькую деталь, — продолжал тем временем Дэниель. — Как я понимаю, Ларс до зелья совсем не обращал внимания на Шаю, верно?

— Еще бы, — хмыкнув, подтвердила Верина. — Он ее всегда терпеть не мог. Прямо корежило всего, как видел. Да и за что ее любить-то? Старая, желчная, вредная.

— Ну вот, — проговорил Дэниель. — И то зелье действовало целую неделю. А если бы Ларс испытывал к Шае хоть толику добрых чувств или желания, — мучился бы гораздо, гораздо дольше. Понимаете, к чему я клоню?

Увы, я понимала. И даже очень хорошо. Дэниель хотел меня и раньше. Зелье лишь послужило своеобразным топливом для огня его страсти. И кто знает, сколько времени она теперь будет пылать.

— Хочешь сказать, что тебе нравилась Оливия и без зелья? — поинтересовалась Верина.

— А что, в этом есть какие-то сомнения? — с иронией спросил Дэниель. — Смею напомнить, что я предлагал ей стать своей любовницей. — Помолчал и добавил с намеком: — Кстати, и продолжаю предлагать это.

— Да уж, мужики нынче пошли — ужас, — недовольно буркнула Верина. — Чуть что — сразу в постель тащат. А ухаживать кто будет?

— Да нет у меня на это времени! — внезапно взорвался гневным криком Дэниель, да так, что я подпрыгнула на месте от испуга. — Нет! Я человек деловой прежде всего. Некогда мне все эти сопли романтические распускать.

— Нет так нет, — опешив, протянула Верина. — И что так орать-то? Как будто тебе прищемили кое-что.

А мне в голову внезапно пришло легкое и простое решение проблемы. И как я раньше не догадалась-то? И, кашлянув, я спокойно вышла из-за спины Верины, прежде окутав себя легчайшей вуалью иллюзорного заклинания.

— Ну как? — спросила и сама подивилась тому, насколько изменился мой голос — теперь он звучал намного ниже и грубее. — Так лучше?

Теперь настал черед Верине подпрыгивать от неожиданности. Она резко обернулась ко мне, схватившись за сердце и изумленно округлив глаза.

— Это я, — поторопилась я ее успокоить. — Оливия.

— Оливия? — недоверчиво переспросила она.

— Это иллюзия, — снисходительно проговорила я. — Я ведь дипломированный маг.

К сожалению, в комнате не было зеркала, поэтому я не могла увидеть итог своего колдовства. Но по моим представлениям я сейчас должна была выглядеть как невысокий полноватый парень с прыщавым лицом и рыжими волосами. Почему именно парень? А на всякий случай! Чтоб те самые чресла у Дэниеля даже не вздумали загореться вновь.

Вместо платья на мне теперь красовались простая рубаха и штаны. Словом, ни дать ни взять — обычный деревенский сорванец.

— Обалдеть, — потрясенно прошептала Верина, разглядывая меня во все глаза. Зажмурилась, потрясла головой, затем опять посмотрела на меня и как следует ущипнула себя за локоть, видимо силясь прогнать наваждение.

Я стояла, лучась горделивой улыбкой. О да, в иллюзиях я сильна. Это вам не зелья варить или дождь вызывать.

Правда, меня немного нервировала слабая улыбка, застывшая в уголках рта Дэниеля. Но я успокоила себя, что, наверное, он просто рад такому разрешению ситуации.

— Теперь я действительно верю в то, что ты окончила академию, — протянула Верина, восхищенно цокнув языком.

Моя самодовольная улыбка после этого признания слегка поблекла. Как так? Получается, до этого она все-таки во мне сомневалась?

— Прости, — виновато протянула Верина, видимо поняв, насколько двусмысленно это прозвучало. — Но, согласись, у меня были некоторые причины в этом сомневаться. Уж больно ты…

— Неумеха, — жестко завершил ее фразу Дэниель. Торжественно откашлялся и сказал: — А теперь, милые дамы, я бы не отказался встать. И буду премного благодарен, если хозяйка дома накормит меня горячим ужином. Для восстановления прежнего уровня энергии мне необходимо много сил.

— А? — переспросила Верина, не уловив смысла последней витиеватой фразы.

— Кормить меня будут в этом доме или как? — переформулировал Дэниель. — И где моя одежда?

— Дык это… — Верина растерянно пожала плечами. — Тебя Эвотт слюной закапал, когда в деревню тащил за шиворот. Вся рубашка в слизи была. А жаль. Хорошая материя, крепкая, раз выдержала. Я по доброте душевной простирнуть ее решила. Ну и штаны заодно.

— И что? — вопросительно протянул Дэниель. — Неужели по такой жаре они еще не высохли? Можешь даже не гладить. Просто принеси мне все.

Я проглотила ехидное высказывание, которое так и вертелось на языке. Ишь, великодушный какой! Нет чтобы поблагодарить за заботу.

— А я виновата, что дождь все утро поливал? — почему-то начала оправдываться Верина. — Хочешь, мокрое натягивай да щеголяй так.

— Дождь? — Дэниель как-то странно встрепенулся от этой новости.

— Ага, — радостно сказала я и с трудом удержалась, чтобы не продемонстрировать ему язык. — Дождь. Эвотт постарался.

— Даже корову отдавать не пришлось, — еще более радостно добавила Верина и снисходительно потрепала меня по плечу.

Взгляд Дэниеля стал настолько змеиным, что мне немедленно захотелось опять спрятаться за спину Верины. Но усилием воли я победила этот недостойный трусливый порыв. Что, съел? И ничего ты со мной не сделаешь, господин великий маг!