Унесенный ветром: Меняя маски. Теряя маски. Чужие маски

А на ближайшей перемене Райдон просветил меня немного насчет клана Акэти.

Как и любой клан, занимается разными вещами, но поднялся на продаже чая, и этим знаменит. Вполне удачно конкурирует с такими чайными магнатами, как индийский клан Мираси Кхел и китайский Аи Лао. Оказывается, чай «Гекуро хогиоку», которым меня снабжает Кагами, весьма дорог, и обязаны его появлению мы именно клану Акэти. А есть несколько совсем уж элитных сортов, которые даже не продаются и которые можно получить лишь в подарок. Военная сила – средняя, влияние – чуть выше среднего, известность – высокая. Старый клан, в котором относительно мало родов. Входит в совет кланов при императоре, в котором всего двенадцать мест. Учитывая, что кланов в Японии немногим более ста штук, весьма нехилое достижение. Хотя членство в совете ничего и не дает, по сути. Как староста класса в школе.

Глава клана, Акэти Юдсуки, недавно достиг ранга Учителя в рукопашном бое. В роду Акэти традиционно используют стихию земли. У главы клана две жены и три сына. Есть еще брат, племянник и две племянницы. Вот этими двумя племянницами и являются сестры Акэти. По слухам, Юдсуки в них души не чает.

– Что еще рассказать? О! Именно в их клане состоит Коноэ Мия! – сказал Райдон, подняв вверх палец. И замолчав.

– И? Я без понятия, кто это.

– Ты шутишь? Да ладно тебе. Не знать таких людей!

– Представь себе. Вот такой я уникум.

– Ну ты даешь, Син. Коноэ Мия из рода Коноэ заняла в прошлом году четвертое место в мировом турнире в номинации «Самый быстрый удар».

– Ну… круто. Что я могу сказать. – Но я все еще не догонял, в чем тут дело. – А что, японцы в прошлом году выше не поднимались, что ли?

– Поднимались вроде… Да не в этом дело. Изюминка в том, что Коноэ тогда было всего шестнадцать.

– О! О-о-о! Круто. То есть она сейчас самый быстрый Ветеран в Японии? В семнадцать-то лет. Действительно круто.

– Ветеран с самым быстрым ударом, если быть точным. В этом конкретном умении она сейчас, наверное, на уровне Учителя.

– Приколь… слушай, а ведь она, вполне может быть, где-то здесь сейчас бегает. Среди второкурсниц.

– Ай, да я не знаю, – пофигистически махнул он рукой. – Все может быть. Ты только не забывай, что Дакисюро – не единственная старшая школа в Токио.

– Но специализированная на боевых искусствах, как мне говорили. Как раз для такой дамы.

– Турниры, подобные мировому, это прежде всего спорт. Не уметь драться среди аристократов – ухудшение породы. Никто не отдаст свою дочь и, соответственно, не женится, если партнер не достиг минимального ранга в управлении бахиром. Но посвящать свою жизнь боевым искусствам при этом не обязательно, особенно женщине. Может, она жрицей хочет стать, тогда искать ее надо в Сейджо. Я, например, тоже поначалу собирался идти в Данашафу. Останавливаться в развитии боевых искусств я, конечно, не собираюсь, но вот делать карьеру хочу в отделе разработок клана.

– Знаешь, у меня после твоих слов возникло два вопроса, – почесал я кончик носа.

– Валяй, я сегодня добрый. Мама дала мне конфетку, – вальяжно махнув рукой, сказал Райдон, опершись второй рукой на подоконник.

– Что значит «ухудшение породы» и почему ты все-таки попал в Дакисюро?

После моего вопроса Райдон замялся. Посмотрел в окно за спиной, сменил опорный локоть.

– Порода – она и есть порода. Если твои предки поколениями занимались управлением бахиром, то их потомкам это самое управление дается проще. Не настолько сильно, чтобы форсить этим перед простолюдинами, но заметно. И чем древнее род, тем выше разница. Наглядный для тебя пример – род Кояма. У них уже лет двести пятьдесят – триста не было никого ниже Учителя. Причем за последние сто лет было уже три Виртуоза, а Шина-сан скорей всего станет четвертой.

– Три? А кто еще, кроме нынешнего главы?

– Дед и брат отца. Оба во Вторую мировую погибли, – сказал Рай-дон и опустил голову, облокотившись обоими локтями на подоконник, сцепив при этом ладони в замок. Я не стал прерывать его размышления. Рэй не из тех, кто постоянно уходит в себя, видимо, задумался о чем-то действительно важном. – То, что я тебе сейчас скажу, должно остаться между нами.

– Что ж, дальше меня это не уйдет, – ответил я, облокотившись рядом с ним на подоконник.

– Информация не секретная, и за обладание ею не наказывают, но и не распространяются. Я просто не хочу, чтобы пошли слухи, будто я болтаю об этом на каждом шагу.

– Я понял тебя, Рэй, я тоже не из болтливых.

– Кроме улучшения породы как таковой есть еще один нюанс. Если один из родителей не может управлять бахиром, то велика вероятность, не стопроцентная, но высокая, что у потомков такой пары не проснется «камонтоку», – сказал парень и чуть тише продолжил: – «Камонтоку» – родовая способность. В Европе известная как аркан, в Индии – ракта гахари, или «кровь глубин», по-нашему. Ее еще козырем рода называют. Способность, не зависящая ни от умений, ни от силы, ни от контроля. Вообще ни от чего, кроме принадлежности к нужному роду. Для проявления «камонтоку» необходимо лет семьсот, хотя бывает и больше. И чем древнее род, тем сильнее способность. Если вначале это может быть… ну, к примеру, «огненный шар», то через пару тысяч лет – «огненный шторм».

– То есть учитывая древность твоего рода, ты можешь грохнуть Виртуоза?

– Тут многое зависит от вида «камонтоку». – Типа «не лезь, куда не просят»? Понял, не дурак. – Если «камонтоку», например, «дубина», то ей еще надо пользоваться уметь, а если какая-нибудь убойная техника, то ее сила с древностью рода связана. Ну или это может быть вспомогательное умение, вообще к бою не относящееся.

– Забавно… Ну ладно. А что насчет выбора школы? Родители, что ли, заставили?

– Да.

И все. Никаких пояснений. В это, похоже, тоже лучше не лезть. Хм, ладно, сменим тему.

– Коноэ Мию тоже могли родители сюда впихнуть. Мне все же кажется, что она здесь учится.

– Узнать, конечно, можно, только что нам с того? Я ее поклонником не являюсь, да и вообще по всяким турнирам не фанатею. Даже в лицо ее не знаю, так просто слышал.

– А что ж ты так удивлялся, что я о ней ничего не знаю?

– Ну если уж даже я в курсе ее достижений, то, будь уверен, она всеяпонская знаменитость. Вот и удивился твоему незнанию.

– Да и черт с ней. Пойдем лучше на урок, заговорились мы что-то.


На следующий день в столовой опять произошел инцидент. Сев за стол к Шине и Минэ, проводил взглядом ушедшего за обедом Рай-дона.

– Ты что не ешь, Синдзи? – удивилась Шина.

– Жду Рэя. Раньше начну, раньше закончу. Не смотреть же мне потом, как вы свой обед доклевываете.

– Ну так купил бы себе обед, – начала Минэ. – Ах да, бедным плебеям не по карману местные кушанья.

– Кино, – осуждающе покачала головой моя соседка.

– Заметь, Шина, на какие грязные интриги идут люди, чтобы заполучить бенто твоей мамы.

– В смысле?

– Ты о чем, болезный?

– Ну как же, я ведусь на ее провокацию и начинаю покупать школьные обеды, а она с чистой совестью станет клянчить у тебя бенто Кагами-сан.

В ответ Шина скептически приподняла бровь.

– Я не настолько низко пала, чтобы лишать тебя твоей подачки.

На что бровь приподнял уже я. И, положив руку на коробку бенто, ответил:

– Тогда не смотри такими голодными глазами на мой обед.

– Хватит уже, – покачала головой Шина. – Вы как муж с женой ссоритесь.

Вот мне интересно – это японский юмор или японский менталитет?

– Не говори глупостей! Да я лучше со скалы брошусь, чем выйду за такого.

– Фух, – не удержался я, – вот теперь я точно спокоен за свое будущее.

Но вот, наконец, вернулся Райдон, и я открыл бенто. Правда, меня напрягал направленный мне в спину взгляд явно приближающегося человека. Не обычные мазки внимания, а именно целенаправленный взгляд. Закинув в рот кусочек рыбы в каком-то соусе, перехватил быстрый взгляд Минэ, брошенный мне за спину. А через пару секунд еще один. Так-так, это уже интересно. Похоже, меня сейчас будут провоцировать. В зависимости от ума начнут либо с намеков, либо сразу с оскорблений. Но вот то, что произошло, я никак не ожидал. На меня просто вылили суп.

– О, извините меня. Я такой неуклюжий. Споткнулся на ровном месте. Вы не испачкались? Ах, конечно же вы испачкались. Вот, – появившиеся у меня перед носом несколько купюр были засунуты мне в карман пиджака, – купите себе новую форму. Заодно подберите себе что-нибудь более достойное этой школы. Ах, я испачкался. – После чего о мою голову вытерли пальцы.

Даже не знаю, что больше разозлило меня. Его тон, суп или слова о моей одежде ценой с автомобиль среднего класса. И вытирать руки о мою голову ему тоже не стоило. Загнав поглубже рвущуюся наружу «яки», обратился к предельно собранному Райдону:

– Если я сейчас всажу этому неизвестному нож в ногу, что мне за это будет?

Легкая презрительная ухмылка Минэ после моих слов стала вполне откровенной.

– Не тебе, вечно отлынивающему от учебы, кидаться подобными словами, – заявила спокойная Шина. – Знаю я его. У него ранг Воина, а тебе хватило бы и Подмастерья.

– Р-р-райдон!

– После такого ты ему обе ноги можешь отрезать, ты в своем праве, свидетелей более чем достаточно.

– О-ха-я-си-кун!

– Кхм, да. Погорячился немного. В общем, делай, что хочешь, только не убивай и не калечь.

– На это будет интересно посмотреть, – ухмылялась Минэ.

– Если до тебя не доходят мои слова, Синдзи, тогда вперед. Посмотрим, что ты сделаешь Воину, – это уже Шина.

– Смотри и запоминай, роза ты комнатная. – И поднявшись, наконец, со стула спросил: – Как его хоть зовут?

– Суговара Куро, класс «2B». Из клана Памью.

Сдавленные смешки и откровенный смех. Презрительные и равнодушные взгляды. Минэ Кино явно перестаралась. Может, я и ошибаюсь, но если нет, то это война. Как бы еще уточнить?

Подходя к очереди, в конце которой стоял ухмыляющийся Суговара, я натянул на лицо дружелюбную улыбку, а метра за два от него протянул руку для рукопожатия. Сейчас главное – его отвлечь: удивить, сбить с толку, что угодно, лишь бы он не врубил «доспех», который даже Виртуозы не носят постоянно. А уж Воин, подросток и просто самоуверенная личность тем более.

– Суговара-сан, позвольте…

Раз – и палочка для еды, прихваченная мной со стола, входит ему в левое плечо, после чего сразу ломается. Два – и рука, протянутая для рукопожатия, сжимается в кулак и бьет его в пах. Три – и моя правая нога подсекает опорную этого хама, а левая рука толкает, помогая упасть. Все произошло менее чем за секунду. Остался контрольный. Ставлю ногу ему на грудь и достаю его же деньги.

– …оплатить ваш поход к доктору.

И с этими словами запихиваю деньги в карман его пиджака. После чего лохмачу его голову, как какому-нибудь несмышленому мальчугану.

Если бы не получилось с палочкой для еды, пришлось бы доказывать, что мое айкидо круче его, и заниматься чисткой полов с его помощью. Тоже позорно, учитывая разницу в наших рангах, но гораздо дольше.