Уязвимая точка

Кар Вэстор.

Он не шевелился, лишь иногда направлял анккокса. Лицо его ничего не выражало. Он даже не взглянул на Мейса и Ника.

Воздух вокруг лор-пилека гудел от его ярости.

Деревья поменьше анккокс раздвигал в стороны плечами, а мелкий кустарник давили лапы размером со спидер. Там, где анккоксу мешали пройти деревья помощнее, Вэстор указывал шестом определенные точки, и в эти места, жужжа, ударяло нечто невероятно быстрое, способное переломить деревья и создать проход, — хвостовая булава анккокса.

Единственной незащищенной частью анккокса был его растягивающийся, мускулистый, удивительно гибкий хвост с большим круглым шаром брони, которым взрослый анккокс мог метко ударить со скоростью за пределами человеческого восприятия на расстояние до восьми метров. Силы удара было достаточно, чтобы оглушить акк-пса или сломать небольшое дерево.

В былые времена, до того как Харуун-Кэл стал частью цивилизованной Галактики, хвостовая булава молодого анккокса считалась традиционным оружием коруннаев-пастухов. Оружием, заполучить которое можно было, лишь сильно рискуя. Оружием, с которым было трудно обращаться. Оружием, которым было просто убивать.

На центральной выпуклости спинного панциря анккокса возвышался паланкин — небольшая занавешенная деревянная постройка два на три метра из ламмаса, немногим превышающая по размерам находящийся внутри шезлонг. Где-то в метре над броней паланкин опоясывал отполированный поручень. Занавески, не говоря уж о прекрасно обработанном дереве, скорее всего, были изъяты в каком-нибудь балавайском доме. Несколько слоев тончайшей ткани были прозрачными, словно дым.

Позади паланкина расцветал закат, и благодаря ему Мейс видел ее силуэт.

Анккокс тяжеловесно остановился и с долгим выдохом, напоминающим звук газа в пневматических причальных разъемах, опустился на брюшную пластину. Вэстор забросил шест в чехол, прикрепленный к головному панцирю анккокса, вышел из-за кресла погонщика и скрестил на груди мускулистые руки. Он не отрываясь смотрел прямо в глаза мастера-джедая.

Акк-псы глухо зарычали. Их ворчание сложно было услышать, оно скорее ощущалось, напоминало подземное предвестие грядущего землетрясения.

Ветер стих. Даже листья перестали шелестеть.

В отблеске уходящего дня Сила показала Мейсу уязвимую точку.

«Тьма джунглей, но не тьма ситхов».

Жизнь без ограничений цивилизации.

— Нам конец, — констатировал Ник. — Слышишь, а? С нами покончено, как с протухшим мясом. Как это называют в армии? Сдаться на милость победителя?

— Веди себя тихо. Не привлекай внимания.

— Отличная идея. Может быть, они забудут, что я здесь.

— Мы не сдаемся на милость победителя, — объяснил Мейс. — Если бы это все имело отношение к военному делу, нас бы арестовали. Затем нам бы устроили какой-нибудь показательный суд на глазах у остального ОФВ. Вместо этого мы в джунглях, и единственные свидетели здесь — Кар, Депа и эти акки: люди и звери.

— Значит, они просто нас убьют.

— Если нам повезет, — сказал Мейс, — это будет рукопашный бой.

— Рукопашный бой? Если повезет? О да. Давай и дальше молоть всякую чушь. Просто скажи, что мне делать.

— Не забывай, что ты офицер Великой армии Республики.

— Да я же, мать его, присягнул всего три часа назад…

— Три часа или тридцать лет — разницы никакой. Ты, как полноправный офицер, поклялся посвятить свою жизнь идеалам Республики.

— То есть мне нельзя намочить штаны и разрыдаться, как ребенок, да?

— Успокойся. Не выказывай слабости. Воспринимай Вэстора как дикого акка: не сделай ничего такого, что включит его охотничьи инстинкты. И заткнись.

— О да, конечно. Это приказ, генерал?

— Ты быстрее угомонишься, если это приказ?

Лор-пилек все так же молча стоял на панцире анккокса, уставившись на Мейса и источая вокруг себя волны ярости. И только тогда Винду наконец встретился с ним взглядом.

Мейс позволил своей губе искривиться, выражая своеобразное презрение.

Ник прошептал:

— Что ты творишь?

Взгляд джедая не дрогнул.

— Ничего, о чем тебе следует беспокоиться.

— Эм, может быть, стоило сказать тебе, — нервно пробормотал молодой корун, — Кар не любит, когда на него пялятся.

— Я знаю.

— Это его бесит.

— Он уже взбешен.


— Ага. И ты бесишь его еще больше.

— Этого я и добиваюсь.

— Знаешь что? — поинтересовался Росту. — Я, пожалуй, перестану спрашивать, не спятил ли ты. Давай будем считать, что этот вопрос все время висит в воздухе, а? Каждый раз, открывая рот, ты можешь смело быть уверенным в том, что я интересуюсь, не вывалились ли твои орехи никкль через уши. «Доброе утро, Ник». Ты спятил? «Хороший день, не правда ли?» Ты спятил?

Джедай прошептал уголком рта:

— Ты замолчишь уже или нет?

— Ты спятил? — Ник опустил голову. — Извини. Просто рефлекс.

Вэстор наконец разомкнул челюсти, и сквозь его плотно сжатые губы донесся бессловесный рык:

— Тебя вызывали.

Мейс скучающе вздохнул.

Рык Вэстора стал громче:

— Непослушание дорого обходится.

Ник поднял голову, нахмурившись:

— Дело же не в пленных, да?

Винду скосил на него взгляд: парень понимал слова. Значит, Вэстор говорил с ними обоими. Вернее, говорил-то он с Мейсом, но, по крайней мере частично, обращался и к Нику. Мейс бросил взгляд на паланкин. И к Депе.

— Конечно, все дело в них, — мягко сказал джедай. — Он просто разогревается. Подыгрывай.

Мейс заложил большие пальцы за пояс и вразвалку пошел вперед.

— Повторяю: меня не вызывают. Раз ты привел ее ко мне, как тебе и было приказано, я с ней увижусь.

Волны ярости вокруг Вэстора усилились, но он сам по-прежнему оставался совершенно неподвижным. Рык его превратился в покашливание охотящейся лозовой кошки:

— Я не подчиняюсь приказам. Депа сама захотела быть здесь.

— Неужели?

— Она пришла попрощаться.

— Я никуда не собираюсь.

Ответом лор-пилека стала безмолвная скалящаяся усмешка всеми его не по-человечески острыми зубами. Он махнул рукой, и кольцо акков и коруннаев расступилось перед ним.

— Я же говорил: он убьет нас! — прошипел Ник. — Я говорил тебе! Как же я, чтоб тебя, ненавижу быть правым.

— Еще раз повторяю, воспринимай Вэстора как дикого акка. Он не убьет нас до тех пор, пока у него остаются иные варианты добиться желаемого.

— Неужто? И чего же он хочет?

— Того же, чего хотят все акк-псы: утвердить свое превосходство. Защитить территорию. И стаю.

— И ты думаешь, он не убьет нас за то, что мы забрали тех пленников?

Мейс пожал плечами:

— В любом случае тебя не убьет. Ты подчиненный, ты, в общем-то, не в счет.

— О да, конечно. Спасибо огромное… — Росту прервался на середине своей саркастической фразы и задумался. — А знаешь? Пожалуй, я действительно благодарен.

— Не за что.

Вэстор повел шестом с крюком, и анккокс, угрожающе размахивая хвостовой булавой, двинулся в сторону Мейса и Ника.

— И что же? — пробурчал под нос молодой корун. — Ты думаешь, он просто выбросит тебя отсюда? «У тебя есть время до заката, чтобы убраться с моей планеты»?

— Что-то вроде.

— Что насчет того заложника, о котором ты говорил?

— Посмотрим, потребуется ли он нам.