Убийство на Брендон-стрит. Выжить тридцать дней

– Если кто-то когда-нибудь врежет вам по голове, я стану защищать его бесплатно, – с горечью пообещал Крук. – Послушайте, вы в состоянии уяснить своей головой: возможно, здесь что-то нечисто? Шляпы сами по себе не входят в двери, а пожилые дамы не выходят без них на улицу – если, конечно, она не прикупила по дороге последнюю парижскую модель.

Услышав подобные умозаключения, Чайный Колпак пришел в неподдельный ужас.

– Моя тетушка Клэр никогда бы этого не сделала, – заявил он.

– Уже теплее, да? – широко улыбнулся Крук. – Ну ладно, что вы предлагаете делать дальше? Поскольку, если незамедлительно что-нибудь не предпримете, кто-то может вас опередить.

Старик выглядел страшно пораженным.

– Вы ведь не полицию имеете в виду?

– Перестаньте вести себя как ребенок, – устало ответил Крук. – Мне нужно поддерживать свою репутацию, даже если в вашей ситуации нет ничего особенного. Вы серьезно не верите в то, что полиция только и ждет случая вроде этого, чтобы выставить меня на посмешище? Никогда не слышали, как профессиональные актрисы отзываются о начинающих? Так вот, верьте мне на слово, они просто ангелы во плоти по сравнению с полицейскими, высказывающими свои мнения о дилетантах.

Крук подумал, что клиенты также не могли бы представить его стоящим рядом с этой невообразимой шляпой и рассыпавшего словеса перед пожилым недоумком в театрально затемненной комнате.

– Нет, на данном этапе мы их не станем тревожить, однако… родственные связи для вас ничего не значат? Вы не испытываете желания разыскать свою тетушку и убедиться, что с ней все хорошо?

Лицо Чайного Колпака выражало полное непонимание происходящего.

– Вы и вправду считаете это необходимым?

– Но вы же сами предложили такое недавно? – заметил Крук, чувствуя сейчас к убийцам больше симпатий, чем когда-либо в своей жизни.

– Но… сегодня вечером?

– А который сейчас час? Ладно, мне ясно, что вы часов не наблюдаете, однако я не столь чудаковат. – Он вытащил из жилетного кармана большие часы в форме луковицы и взглянул на них. – Девятый час вечера. Ну, может, немного поздновато: комендантский час и все такое. – Он задумался. – У вас есть телефон?

– В коридоре, – с готовностью ответил Чайный Колпак.

– Я не о вашем телефоне, а о ее.

– По-моему, у тетушки Клэр нет телефона. Она говорит, это именно тот случай, когда неудобства перевешивают достоинства.

– Легко убедиться, что ей не приходится зарабатывать себе на хлеб. Ну, похоже на то, что нам придется подождать до утра. – Крук посветил фонарем в потолок. – Кстати, о лампочке. Это вы ее вывернули?

Чайный Колпак сделался очень озадаченным.

– Я точно помню, что прошлым вечером читал в этой комнате, – ответил он. – И, разумеется, не выворачивал лампочку. Все это очень странно.

– Вы ее пока не вворачивайте. Там могут оказаться отпечатки пальцев. – Крук осветил фонарем всю комнату. – Так-так-так! – продолжил он. – Вы что, никогда не просматриваете корреспонденцию? – Крук кивнул в сторону письма, лежавшего поверх стопки газет на небольшом столике.

Чайный Колпак шагнул к нему.

– Просто поразительно!

Он взял в руку лежавший на газете конверт. Представлялось совершенно очевидным, что у старика не было интереса не только к почте, но и к текущим событиям в мире, поскольку газета хотя и была свежая, но ее даже не разворачивали.

– Вот это, – удивленным тоном объявил он, – поразительно напоминает почерк моей тетушки.

– Выходит, что она, возможно, ожидала встречи с вами. – Крук смотрел, как старик неуклюже возится с клапаном конверта. – Когда оно написано?

– Третьего числа, – ответил Чайный Колпак, глядя на листок бумаги.

– А когда доставлено?

– Когда меня не было дома, – простодушно произнес Чайный Колпак.

– Сегодня? Давайте-ка взглянем на штемпель.

Печать оказалась толстой и смазанной, как будто молоточек заскользил, однако Крук, имевший в этом немалый опыт, разобрал дату «3 апреля» и достаточно букв, чтобы убедиться, что письмо отправлено из Кингс-Уиддоус. Время отправки разглядеть не удалось.

– Итак, – произнес Крук, – о чем это нам говорит, кроме того, что доставлено оно, очевидно, пару дней назад и на него не обратили внимания?

Чайный Колпак любезно кивнул.

– Осмелюсь заметить, что, как правило, миссис Дэвис кладет все пришедшие письма у часов, которые здесь оставил прежний жилец, но на сей раз она, очевидно, забыла и оставила конверт на столике. Оставь она письмо на обычном месте, – с серьезным видом добавил старик, – я бы, разумеется, заметил его. Как бы то ни было, но если бы не ваше счастливое вторжение, оно так и пролежало бы там без внимания много дней. – Он потер руки и довольно улыбнулся. – Теперь все очень просто объясняется.

Крук ощутил легкую слабость.

– Расскажите-ка мне, – предложил он.

– Тетушка Клэр желала предупредить меня о своем визите. Вот ее письмо. Из-за вздорного стечения обстоятельств его не распечатали, так что я оставался в неведении о ее намерениях. Она приехала, когда я отсутствовал, очевидно, подождала меня немного, а потом ушла, оставив шляпу как знак своего визита.


– И часто она такое проделывает? – спросил Крук, искренне заинтересовавшись. – Может, куда проще было оставить записку?

– Это не очень-то в ее характере, – заверил его Чайный Колпак.

– У нее, очевидно, очень много шляп.

– О, нет. – Чайный Колпак, похоже, снова выглядел совершенно счастливым. – Это неслыханно, чтобы кто-то не успел или не смог встретиться с тетушкой Клэр. Она, наверное, упомянет об этом в мемуарах, которые часто обещает написать.

– И что же, – терпеливо спросил Крук, – ваша тетушка пишет в этом письме?

Чайный Колпак взглянул на листок, который держал в руке.

– Что нанесет мне визит в три часа седьмого апреля.

– И все?

– Она пишет, что дело весьма важное.

– Тетушка сообщает, где остановится?

– Боже мой! – воскликнул старик. – До чего же умно… мне бы и в голову… – Чайный Колпак перевернул листок вверх ногами. – Гостиница «Варбург-Корт», – объявил он, вновь переворачивая лист. – Она рассчитывала приехать сегодня утром.

– Номер телефона там есть?

– Телефонный номер? Я едва ли…

Крук, испытывая солидарность с ревнителями прогресса, выступающими за безболезненное уничтожение безумцев, отобрал у него письмо.

– Паддингтон 00991. Ну что, позвоним?

– В такой поздний час?

– Я знаю, что лучше бы завтра утром, – с нарочитой учтивостью согласился Крук, – но сейчас всего лишь около девяти вечера. Ведь вы сможете извиниться за то, что вас не было дома.

– Если вы считаете это необходимым…

– Не знаю, что уж там необходимо, но я просто сгораю от любопытства, что она имела в виду, оставив здесь свою шляпу.

Чайный Колпак дружелюбно улыбнулся в ответ. Крук, подавляя совершенно естественную реакцию, выскочил в коридор и снял телефонную трубку.

– Гостиница «Варбург-Корт», – послышалось на том конце провода.

– Соедините меня с мисс Керси, – быстро проговорил Крук.

Последовала пауза, затем продолжительное гудение, говорившее о том, что звонили в номер. Через какое-то время шум прекратился, и все тот же голос сообщил Круку:

– Номер мисс Керси не отвечает.

– Тогда вызовите ее по громкой связи, – потребовал Крук. – Дело неотложное. Я адвокат.

Однако, как он и предполагал, после долгого ожидания его уведомили, что мисс Керси, по всей видимости, нет в гостинице.

– Она, наверное, принимает ванну, – находчиво предположил Крук.

– Телефон к ванной не подключен, – ледяным тоном ответил клерк.

– Найдите ее горничную и спросите, видели ли эту даму после пятичасового чая. Разыщите ее официанта и узнайте, ужинала ли она в гостинице. Нет, не говорите мне, что он уже сменился. Даже если официант умчался в Галифакс, все равно отыщите его.

Крук отложил трубку в сторону, не обращая внимания на вежливые протесты клерка.

– Плохо дело, – заметил он Чайному Колпаку, стоявшему в дверях и наблюдавшему за ним со снисходительным интересом, словно зоолог-исследователь.

– Возможно, она отправилась в театр, – предположил Чайный Колпак.

– Тогда разве мисс Керси не попросила бы служащих гостиницы зарезервировать ей билет? Кстати, сколько лет вашей тетушке?

– Вообще-то она всего лишь на несколько лет старше меня. Мне шестьдесят восемь, а ей, кажется, лет на десять больше. В сравнении, ну, вы понимаете…

– Да, да, да, – быстро проговорил Крук, заметив, как блаженное выражение вновь появилось на старческом лице. «Интересно, понимает ли он хоть что-то о времени? – подумал Крук в ожидании ответа. – Скажи он, что ему восемьдесят, я бы охотно ему поверил».

– Она полностью в здравом уме и твердой памяти, – учтиво произнес старик, и прежде чем Крук сумел добавить, что тетушка трезва в куда большей степени, чем ее племянник, на другом конце линии раздался голос клерка, сказавший, что мисс Керси в отеле не ужинала.

– Она никому ничего не просила передать на случай, если ей позвонят?

– По всей видимости, нет, – ответил клерк.