Убежище 3/9
Часть 61 из 67 Информация о книге
– Относительно детей имеется еще один приказ, – старшая медсестра вручила им листок формата А4 с коротким текстом, директорской подписью и печатью. – Ознакомьтесь, кому интересно. Листок медленно пошел по рукам. – Инъекция натрий-теопентала, бромида и хлористого калия, – еле слышно прошептала молоденькая медсестра, – дозировка… дозировка… – листок мелко-мелко задрожал в ее руке. – Директор не мог подписать такое. Это же убийство! – Не убийство, – отозвалась старшая, – а эвтаназия, милочка. Взять их с собой мы не можем. А без нас они все равно умрут – только медленно… Ну, что вы стоите? Расходитесь, я же сказала. А вы, Клавдия Михайловна, и еще вы, вы и вы, – будьте добры, задержитесь. Поможете мне с процедурой. * * * Старшая медсестра зашла в палату для лежачих – те нервно задергались в своих постелях, мыча и ошалело озираясь. – Не бойтесь, это просто укол, – сказала она, улыбнувшись. – Это совсем не больно. Раз – и все. Раз – и все. Раз – уходили, два – их окликнули, три – заманили разноцветными бликами… III ИГЛА – Где же оружие? – Мальчик недоуменно оглядел Нечистых; они молчали, потупившись. – Люси сказала, что скоро тоже придет сюда, и мы с ней сразимся. Но у меня же должно быть оружие! Возможно, какой-нибудь меч? Или сабля? Или… Ну что вы молчите? Они стояли на опушке леса, ярко освещенной красным светом Второго Солнца и желтым светом луны. – Тебе не понадобится оружие, – ответил наконец Тот Кто Рассказывает. – Почему? – Потому что битвы не будет, Ванюша. – Как это – не будет битвы? Разве я не должен отобрать у нее Иглу и сломать ее? Вы же сами говорили, что, кроме меня, этого никто не может сделать! – Так и есть, Ванюша. Ты один можешь нам помочь. Только вот сражаться с Люси, как выяснилось, не надо. Нам удалось с ней… ну, в общем, договориться… Дипломатия, сынок, – понимаешь? Теперь она не будет чинить тебе препятствий, а, наоборот, поможет сломать Иглу. Теперь она с нами заодно… Вон она, кстати, идет. Вдалеке на тропинке показалась Люси. Она шла быстро, деревянной мужицкой походкой. На плече у нее болталась внушительных размеров сумка. * * * Люси наклонилась к своей огромной полосатой сумке – с такими ездят в ночных автобусах «челноки» – и вытащила из нее большого испуганного зайца. За уши. Некоторое время она держала его на весу. Заяц тоскливо, на одной ноте визжал и дрыгал тонкими серебристыми лапками с нежно-розовыми подушечками. Потом она наклонилась снова и извлекла из той же сумки нож – обычный, кухонный. Ловким, точным движением вспорола зайцу живот. Заяц в последний раз взвизгнул – отчаянно, умоляюще – и затих. Вместе с теплыми красными кишками на землю вывалилась небольшая утка. Люси отшвырнула в сторону заячью тушку и взяла птицу в руку. Утка вяло оглянулась по сторонам, нахохлившись, замерла. Она выглядела больной. Густая заячья кровь медленно стекала с ее перьев. Все тем же ножом Люси рассекла ей брюхо, положила конвульсивно подергивающуюся птицу на траву и очень осторожно вытащила из нее довольно крупных размеров яйцо. Распоротая утка продолжала трепыхаться. Хрипя и каркая, она поднялась на своих красных перепончатых лапах. И, спотыкаясь, засеменила куда-то в чащу леса. Яркий кровавый след, мерцающий в свете луны и Второго Солнца, тянулся за ней по траве. Рукояткой ножа, очень бережно, Люси постучала по яйцу – с тупого конца. Сковырнула растрескавшуюся скорлупу и вытащила из яйца одноразовый медицинский шприц с какой-то бесцветной жидкостью. – Закатай рукав, – сказала она Мальчику. Он посмотрел на шприц. Потом на Костяную. На Того Кто Не Может Есть. На гномиков. На Лесного. На Спящую. На Брата и Сестру. На Полуденную. На Болотного… Спящая выглядела невыспавшейся и очень удивленной. Лесной злобно таращился то на Того, то на Люси, и сплевывал себе под ноги тонкие, длинные струйки слюны. Все остальные стояли спокойно, неподвижно, и их лица не выражали ничего. Встречаться с Мальчиком глазами они избегали. – Закатай рукав, – повторила Люсифа. Мальчик дотронулся было до рукава, но тут же отдернул руку. – А что это? – спросил он, указывая на шприц. – Это – яд, Ванюша, – грустно ответил Тот. – Закатай рукав. – Нет, – сказал Мальчик. – Подождите. Пожалуйста, не надо. Пожалуйста. Я боюсь. – Если тебя это утешит, Ванюша, – прошептал Бессмертный, – я тоже боюсь. Но так нужно. Обязательно нужно. Ты должен нам помочь. – Но почему я? – закричал Мальчик. – Я согласен был с ней сражаться. А это… А так… Пожалуйста, пусть это будет кто-нибудь другой! Почему я? Ну почему я? – Прости. Это такая сказка, сынок, – сказал Тот Кто Рассказывает. – Давай. Мы все тебя просим. – Это просто укол, Ванечка, – мягко подбодрила Костяная; глубокие морщины на ее древнем лице блестели от слез. – Это совсем не больно, – сказала Люсифа. – Не больно, сынок, – подтвердил Тот. Тогда Мальчик подошел к Люси и задрал рукав. – Хорошо, я готов, – сказал он и зажмурился. – Молодец, Ванюша. А ты готов, Бессмертный? – спросил Тот. – Уже несколько тысяч лет как… Люси протерла кожу на руке Мальчика невесть откуда взявшейся проспиртованной ваткой и медленно ввела в вену яд. Уже извлекая иглу, она резко дернула шприц вправо и вниз. Мгновенно и беззвучно игла сломалась. Конечно, они говорили неправду. Умирать было очень, очень больно. Всем. * * * – Я не понимаю, – сказала Спящая, усаживаясь за стол. – Чего ты не понимаешь, девочка? – Костяная беззубо улыбнулась и ласково погладила ее по голове. – Всего этого, – Спящая кивнула в сторону Мальчика. Мальчик был без сознания, и гномики суетились вокруг него, брызгая в лицо водичкой и похлопывая его по щекам своими маленькими ладошками. – Не понимаю, почему не было битвы. И что за договоренности могут быть с Люси: она ведь Злая Колдунья? Ничего не понимаю… Я все проспала. – Ну так и не нужно понимать. Зачем забивать себе голову всякой ерундой… – Нет, нужно! – Спящая упрямо сжала бледные губы. – Очень даже нужно. Я одна из вас. И я уже не маленькая. Я имею право знать все, что знают остальные Нечистые. Я хочу, чтобы Тот Кто Рассказывает мне все рассказал. Костяная грустно покачала головой. – Тот! – крикнула она. – То-от! Тот Кто Рассказывает стоял к ним спиной в другом конце комнаты. Он обернулся на крик. – Тот, ты не мог бы к нам подойти на минутку? Спящая хочет, чтобы ты ей кое-что рассказал. * * * – Долго рассказывать, – вздохнул Тот. – Ну, просто мы с ней договорились… – А кто именно с ней договаривался? – Я. Я сам договаривался, девочка. – А потом? Ты ведь потом обсуждал это с Нечистыми? – Спящая задавала вопросы быстро, раздраженно; Тот отвечал по-отечески мягко. – Конечно, обсуждал.