Цена всех вещей

— Мне… грустно, — сказал я.

Как нелепо. Такое глупое, маленькое слово, совершенно не отражающее правды. Ей следовало бы поднять меня на смех и выставить прочь из своей крошечной квартирки.

Она этого не сделала.

— Насколько грустно?

— Достаточно грустно, чтобы я пришел сюда, — ответил я.

Это была почти шутка, но она не смеялась, и от этого мне казалось, что я все делаю правильно. Она слушала и слышала меня как никто другой.

— Моя мать может приготовить для тебя то, что решит все проблемы.

— Великолепно, — сказал я. — Великолепно.

— Или это могу приготовить я. — Она посмотрела на меня. Из-за густой черной подводки белки ее глаз казались особенно белыми. — Но все останется между нами.

Я сглотнул. Она была слишком молодой для гекамистки, а значит вне закона. Если бы кто-нибудь засек нас, она, ее мать и кто-нибудь еще из их ковена могли оказаться за решеткой.

Но что могло случиться? Мне нужно было это заклинание.

— Хорошо, — сказал я.

Казалось, мое равнодушие не улучшило ее настроения. Она нахмурилась сильнее, словно не желая мне ничего давать.

— Моя мать берет пять тысяч долларов за постоянно действующие заклинания. — У меня не было на руках таких денег, но я об этом и не думал. — Если ты хотел улучшить настроение на один день или одну-две недели, это будет стоить тебе пару сотен за каждый повтор заклинания, но за такое я не возьмусь.

— Великолепно. Спасибо, — ответил я.

— У тебя есть пять тысяч долларов? — спросила она, и я едва заметно кивнул.

— С собой нет, но я могу достать.

— Я хочу немного попрактиковаться, прежде чем сделать это. Убедиться, что все в порядке.

— Прекрасно.

— Уин, я собираюсь залезть в твое сознание. Ты должен согласиться на это.

— Ладно. Я не против.

Она нахмурилась, натянула длинные рукава на ладони и сжала кулаки.

— Ты меня не знаешь.

Я посмотрел на девушку и лежащие перед ней карты. На диван, торчащий посреди комнаты, потом обратно на Эхо. Даже в своем подавленном состоянии я чувствовал эмоции Эхо. Что-то было в том, как она сидела, в глубине ее глаз. Она даже не существовала. Как она могла куда-то ходить? С кем-то встречаться? На краткий миг я забыл о собственном угасании и почувствовал, каково жить в этом доме, жить жизнью Эхо.

Должно быть, одиноко.

— Я доверяю тебе, — сказал я.

В конце концов на ее лице появилось выражение спокойного сияния, странно контрастирующее с черной кожей и агрессивным макияжем.

— Прекрасно. Я собираюсь починить тебя, Уин Тиллман. Будешь как новенький.

Она заставила меня описать свои чувства, и я попытался рассказать. Как мир кажется тусклее, чем должен быть. Как Ари целует меня, но я ничего не чувствую или ощущаю безумную панику. Она делала записи, хлопала дверцами шкафчиков и слушала, а я обнаружил, что чувствую, нет, не счастье, но облегчение.

Я рассказывал ей о том, как легко прикидываться нормальным рядом с Маркосом, о настороженном отношении к наркотикам и о том, что, боюсь, мне не хватит сил прожить все это.

— Хватит, — сказала она, и я поверил.





16

Кей




Я проснулась с ощущением, что рот набит песком. Голова моя лежала на скомканном жакете, а ноги переплелись с ногами Кэла Уотерса. Свет казался серым и расплывчатым. Волны бились о берег со звуком, напоминавшим рвотные спазмы. Нет, кого-то и впрямь рвало — в пятидесяти футах дальше по пляжу на четвереньках стояла девушка. От костра осталась пара красных угольков и большое черное пятно.


Я отодвинулась от Кэла и выдернула свой жакет. Он проснулся и потер глаза, но от этого в них попало еще больше песка. Все это уже не казалось ни романтичным, ни забавным.

— Эй, ну, пока, — сказала я.

— Да, ладно. — Он поднялся и потянулся к моей руке. Чтобы пожать? Я спрятала руку за спину, и он уронил свою, широко улыбнувшись. — Приятно было познакомиться, Кей.

— И мне.

Он шагнул вперед так быстро, что я не успела отшатнуться, и поцеловал меня. Во рту у нас обоих оставался гадкий привкус алкоголя, и я увидела — потому что была слишком ошарашена, чтобы закрыть глаза, — что и он смотрит на меня. Он пялился на меня, пока наши пересохшие языки и грязные губы прижимались друг к другу, точно куски сырого мяса.

Абсолютно не романтично.

Но по крайней мере он помнил мое имя. И я целовалась не настолько плохо, раз он мог выносить мой вид. Оказавшись на земле, я вновь впала в полусонное состояние. Помахав Кэлу на прощание, я двинулась через пляж к автомобильной парковке.

Год назад, когда мне приходилось слышать об окончании какой-нибудь фантастической вечеринки, перед глазами тут же вставала яркая и живая картинка. Я и представить не могла, что после вечеринки остаются такими печальными и уставшими. Мне нужно было найти Ари и Диану и рассказать им обо всем, что случилось. Возможно, тогда произошедшее показалось бы более реалистичным и чудесным. Возможно, они соскучились по мне и хотели поделиться своими историями.

Машина Дианы стояла на парковке там же, где мы ее оставили. На водительском месте сидела Ари. Она смотрела прямо перед собой.

— Было весело? — спросила она, когда я открыла пассажирскую дверь. Диана спала на заднем сиденье, подтянув ноги к груди.

— Да, — ответила я, ожидая, что она продолжит расспросы и я смогу рассказать про Кэла.

Ари повернулась ко мне, и я заметила у нее на щеках слезы. Ее обычно невозмутимое лицо дрожало.

— Кое-что произошло, — сказала она.

История с Кэлом тут же вылетела у меня из головы. Она не плакала даже на похоронах.

— Что стряслось?

— Диана…

Словно почувствовав, что о ней говорят, Диана зашевелилась во сне и повернула голову. У меня перехватило дыхание. Левая часть ее лица превратилась в один сплошной кровоподтек, лилово-черный в крапинку.

— Что случилось? — спросила я.

— Она упала, — ответила Ари.

— О Господи.

— Мы бежали через дюны. У меня была мысль… Мы собирались уехать в Бостон или в Нью-Йорк… просто уехать.

— Вы собирались уехать без меня?

Ари постаралась сделать виноватое лицо, и все же в ее глазах промелькнул гнев.

— Это было спонтанное желание.

— И как бы я добиралась домой?

— Непохоже, чтобы ты хотела домой.

Значит, она видела меня с Кэлом. Это больше не походило на забавную историю, которой можно с кем-нибудь поделиться.

— И все же я бы предпочла уехать с вами, девочки, — сказала я. — Если собираетесь куда-то рвануть, было бы неплохо сообщить об этом мне.

— Прости, Кей. Это была дурацкая идея. Просто нас звала дорога.

— Ничего хорошего в этом нет.

— Почему?

— Потому что мы друзья.

Ари откинула волосы с лица и раздраженно смахнула слезы.

— Я не понимаю, за что ты мне выговариваешь. Мы ведь никуда не уехали, не так ли? Мы бежали через дюны, Диана упала, и мы оказались здесь.

Я закрыла и медленно открыла глаза, стараясь совладать с выражением своего лица. Они планировали уехать. Они собирались уехать, ничего не сказав об этом мне. До Бостона сотня миль. До Нью-Йорка три сотни.

Но в итоге уехать они не смогли. Диана получила травму, и они остались.

В отличие от запланированных отъездов Дианы в конный лагерь и Ари в Нью-Йорк, идея уехать в Нью-Йорк или Бостон оказалась спонтанной. Для того чтобы их остановить, заклинанию пришлось действовать быстро и эффективно. Так, чтобы они не успели даже добраться до машины.

Конечно, это мог быть несчастный случай, однако уж слишком все совпадало. К тому же заклинание работало именно через случайности и совпадения. Они хотели уехать, но не смогли. Это сделало мое заклинание. Мое заклинание повредило Диане.