Тьма на окраинах города
Часть 9 из 72 Информация о книге
Он засмеялся: – Ничего подобного. Всего лишь принял правильное решение в подходящее время. Делгадо подалась вперед: – А что, бывает подходящее время для переезда в Нью-Йорк? Быть полицейским в Хоукингсе… – В Хоукинсе. – Ну, в Хоукинсе, не важно. Просто быть полицейским там и быть им здесь – это не одно и то же. – Она постучала кончиком ногтя по столешнице. – Я не понимаю. Хоппер поджал губы. – Ты права, это разные вещи. Но мне нужны были перемены в жизни. До того как стать полицейским, я служил в армии. Записался добровольцем сразу после школы, помотало четыре года по всей стране. Однажды оказался в джунглях на другом конце света. Делгадо втянула воздух сквозь сжатые зубы. – И ты добровольно влез в это дерьмо? Ты не похож на отмороженного патриота. – Я и вправду не такой, просто тогда это показалось отличным способом свалить из Индианы, к черту. Собственно, так оно и вышло. Поначалу мне даже нравилось, – Хоппер облизал губы. – Я дважды туда съездил, с шестьдесят второго по шестьдесят восьмой, а потом вернулся в Хоукинс. Мне даже вручили Бронзовую звезду[12], но потом оказалось, что мне совершенно нечем заняться в жизни. – Поэтому ты стал полицейским? Хоппер развел руками и натужно улыбнулся: – И вот теперь я здесь. А что у тебя? Делгадо рассмеялась: – Да, все просто. Поступила в полицию Нью-Йорка. Работала, как положено и сколько требовалось. Стала детективом. И вот я здесь. Хоппер приподнял бровь: – Ты всегда хотела расследовать убийства? – Да, черт возьми. Расследование убийств – это высший уровень в нашем деле. И вот что еще скажу: я никогда не сдавалась. Добро пожаловать в свингующие семидесятые[13], детектив. А теперь передай-ка сюда досье. Хочу взглянуть, какие тайны Вселенной вы, клоуны, пытаетесь тут разгадать. Детектив рассмеялся и передал ей стопку документов со своего стола. Затем стал наблюдать за тем, как его напарница открыла первую папку и принялась читать: склонившись над страницей, она потянулась за карандашом и стала водить им по строчкам. Хоппер познакомился со своей новой напарницей всего пять минут назад, а у него уже голова шла кругом. Она была умна и отличалась быстрой реакцией. А еще у нее имелась… ну, собственная позиция, что ли? Вдруг оба детектива синхронно подняли головы, потому что тень от двери в кабинет капитана Лаворны легла на их столы второй раз за это утро. – Уже подружились? Отлично, станете прекрасной командой. Будете поддерживать и прикрывать друг друга – как Сонни и Шер[14], – сказал капитан. – Великолепно. Очень рад за вас. Хоппер приподнял бровь и переглянулся с Делгадо. Та с улыбкой спросила: – Что-то случилось, капитан? – Новое убийство случилось, вот что, – ответил он и бросил папку с новым делом на стол Делгадо. Она пододвинула ее к себе и открыла. Хоппер наклонился вперед, чтобы тоже посмотреть. Первой к делу была пришита большая черно-белая фотография места преступления. Она выглядела как набор абстрактных фигур, и только потом детектив Хоппер осознал, что смотрит на мертвое тело. – Господи, – прошептал он. – Что за чертовщина там произошла? – Как обычно, детектив, – ответил ему Лаворна. – Очередное убийство, и ваша задача – выяснить, кто это сделал. Делгадо тем временем читала дело и качала головой: – Да, тут что-то очень странное. Хоппер посмотрел на нее, на капитана, и его глаза расширились в предвкушении. – Странное – это мягко сказано, – согласился Лаворна. – Судмедэксперт сейчас на месте. Ждет только вас. И вы должны были туда умчаться – уже пять минут назад. Хоппер встал и подхватил пиджак со спинки стула. Делгадо поднялась помедленнее, продолжая просматривать дело. Потом она закрыла папку и передала напарнику. – Готова? – спросил Хоппер. – Всегда. Хоппер взял папку, кивнул Делгадо, и они отправились расследовать свое первое совместное дело. 26 декабря 1984 года Лесной домик Хоппера г. Хоукинс, штат Индиана Хоппер заметил, что у Оди назрел вопрос. Поэтому он прервал свой рассказ, откинулся на стуле и прижал к груди кружку с кофе. – То есть… – начала Оди и остановилась. – То есть? – переспросил Хоппер и поднял бровь. Девочка слегка опустила голову и сморщила нос. – Остальные невзлюбили ее? – Кого, Делгадо? – Они смотрели на нее, – продолжала Оди, – и вели себя невежливо. Они ее рассердили. «О боже». – Ну, в общем… – Хоппер остановился. Как же ей это объяснить? Он сделал глоток обжигающего напитка, от которого даже дыхание стало горячим, и решил сказать напрямую: – В общем, она им не понравилась, потому что она женщина и латиноамериканка. – Латиноамериканка? – медленно переспросила Оди. Она пробовала незнакомое слово на вкус, стараясь в точности повторить за Хоппером. – Так говорят, когда у человека испанские корни и он родом из Южной Америки. Откровенно говоря, они ее боялись. Оди качнула головой: – Боялись? – Да. Того, что она может делать. Например, работать лучше их. Им это не нравилось. Они почувствовали угрозу. И страх. Понимаешь, в то время это казалось чем-то совершенно новым. Они думали, что здесь только их территория, но тут появляется женщина со своими собственными взглядами и готовая к борьбе. Они решили, что она вторглась в их мир, что ей здесь не место, что она должна заниматься чем-то другим. До того дня в отделе по расследованию убийств не служило ни одной женщины-детектива. Делгадо пришлось бороться просто за право заходить в кабинет наравне со всеми. Многие были против. Оди нахмурилась: – Это неправильно. – Ага. – Но ей ведь разрешили. – Ага. – Она тоже детектив. – Ага. – Как и ты. – Да, как я. – А тебе хотелось, чтобы она там работала? – Мне? Ну, поначалу я удивился, конечно. Но потом стало приятно думать, что у меня более широкие взгляды. Как ты и сказала, Делгадо была таким же детективом отдела, как я сам. К тому же я нуждался в напарнике, и вот он у меня появился. Так что мы стали работать вместе. Не забывай, это случилось давно, и тогда жизнь была несколько другой. – А сейчас все уладилось? – Ну, как сказать… – Уладилось? Хоппер покачал головой. Он уже жалел об этом разговоре и сомневался в его необходимости. – Нет, не все… уладилось. Но стало лучше. В некотором роде. Оди кивнула. – На ее месте я бы тоже рассердилась. Хоппер усмехнулся.