Теория поцелуя

– Прости, прости! – Лицо Кошкина оказалось в паре сантиметров от моего. От него приятно пахло одеколоном после бритья и мятной жвачкой. Парень положил ладонь мне на талию и притянул к себе: – Обещаю, что следующее наше свидание никому не удастся испортить. Больше никаких деловых встреч. Только ты и я.

Я подавила вздох.

– Если у нас будет следующее свидание, – сказала я и убрала его руку со своей талии, – в чем я сильно сомневаюсь…

– Я уже попросил прощения. – Он попытался обнять меня, пришлось изворачиваться, чтобы он не сграбастал меня в свои объятия. – Может, посидим сегодня вечером где-нибудь?

– Не знаю.

– Мне нравится, как ты ломаешься, Ленчик.

Бррр! Пресловутое «Ленчик» я ненавидела еще больше заезженной «ясноглазой»!

– Нет, Харитон, мне нужно готовиться к сессии. Я не смогу.

Парень опустил плечи и шумно выдохнул:

– Эй, красотка, мне еще никто не отказывал! – Он буквально вжал меня в стенку.

– Приятно быть первой, – ехидно улыбнулась я.

Но это его, кажется, только раззадорило.

– Ладно-ладно, прости. – Он поднял руки, но отходить не спешил. – Я понял свою ошибку. Нужно было уделять тебе больше внимания вчера.

– Да я не в обиде. – Выскользнув из захвата, я отошла от него на пару шагов. – Все, проехали!

– Слушай, Ленчик, – остановил он меня, когда я уже собиралась уйти. – Я хотел спросить…

– Что? – Я одернула кофту и дернула плечом.

– Чего это ты тусуешься с этим очкастым придурком?

Мне пришлось глубоко вдохнуть и выдохнуть:

– Не знаю, о ком ты. Среди моих знакомых нет никаких придурков.

– Ну, тот – Исаев. С толстенными биноклями. В стремных штанах, – подсказал он.

Я высоко задрала подбородок:

– Ах, этот…

– Он же портит твой имидж.

Пришлось пресечь еще одну попытку облапать меня. Я перехватила его руку и сбросила со своего плеча.

– Со своим имиджем разберусь как-нибудь сама, – почему-то севшим голосом ответила и ощутила, как сердце в груди высоко подпрыгнуло.

– Тебе нужен кто-то авторитетный. – Харитон оперся о стену и подмигнул мне. – Кто-то, за кого тебе не будет стыдно. Кто-то сильный, красивый.

– Да? – Я приподняла одну бровь. – Так, и кто же это?

Кошкин широко улыбнулся. Он смотрел на меня, поигрывая бицепсами и демонстрируя собственное превосходство над окружающей действительностью. Принц Чарминг, мать его!

– Слушай, мне пора. – Я взглянула на часы. – До лекции несколько минут, а мне еще к руководителю, показать курсовую.

– Я позвоню тебе! – Кошкин закусил губу.

Наверное, это должно было выглядеть сексуально, но меня почему-то передернуло, как от вида мерзкой жабы.

– Не утруждайся, – буркнула я, уходя.

– Позвоню-ю-ю! – промурлыкал он.

Я заспешила к нужной аудитории. В сумке пиликнул телефон. Раздался один сигнал, затем еще один и еще. Я на ходу достала мобильник и взглянула на экран. «Сладкая попка» – значилось в сообщении. «Откусил бы кусочек» – было в следующем. «Ням!» – в третьем.

Я поморщилась, смахнула их и ускорила шаг. Оборачиваться мне совершенно не хотелось.





Женя



«Как курсовая?»

«Все отлично! Ура!»

Мне казалось, что я вижу ее эмоции даже в буквах на экране смартфона.

«Когда защита?»

«Назначили на понедельник. Ой, это же через пять дней!»

«Не бойся, я с тобой, – написал, стер. Набрал: «Не бойся, у тебя все получится!»

– Ты идешь? – Майкин повесил одежду на крючок и поправил спортивную форму.

– Иду! – Я отправил Лене еще смайлик, спрятал телефон в карман, надел футболку и направился к выходу.

– Очки не снимаешь?

– Думаешь, стоит? – Я притормозил. – Это подготовка к спартакиаде, нас все равно не возьмут. Постоим в сторонке, полазим на турнике.

– Стандартная программа, – усмехнулся Антоха.

Мы вышли из раздевалки и направились к выходу вместе с остальными ребятами. Стадион и площадки вокруг были заполнены студентами. Пришлось пройти за трибунами: на беговых дорожках уже шел отбор на соревнования по легкой атлетике.

– Надеюсь, меня не будут туда пробовать, – буркнул Майкин, – меньше всего хочется потерять несколько дней из-за тренировок и подготовки к стартам.

– Нас вообще трогать не должны. Хотя… я бы, наверное, пробежал. Или выступил бы в соревнованиях по стрельбе или… о, прыжки в длину!

– А я скажу, что занят в библиотеке. – Майкин скривился, глядя, как длинноногий студент взлетает над насыпью с песком. – Где я, а где физра?!

– Да ты вроде крепкий. Вон как грушу молотил в тренажерке!

– Скорее, она меня молотила, а я только уворачивался!

– А если ради Савиной? Пошел бы? – Я поиграл бровями.

– Да сдалась мне эта Савина!

– Разве не ты совсем недавно убеждал меня, что она от тебя без ума?

Майкин наигранно отмахнулся:

– Я?! Да эта девчонка – настоящая заноза в заднице! Как мы с ней до сих пор не поубивали друг друга? Не-е-ет, лучше держаться подальше.

– Да-да! – Я рассмеялся и ударил его по плечу.

– Привет, ржавый! – раздалось с площадки, на которой девчонки тренировались в прыжках в высоту.

А вот и она. Стоило только вспомнить.

– Здорово, очкастая! – ласково ответил Антоха, помахав ей рукой.

Маринка показала ему язык и отвернулась. Майкин шумно выдохнул.

– Как малые дети, ей-богу. – Я покачал головой.

– Начинайте разминку! – скомандовал преподаватель. – Пара кругов, затем упражнения. Козлов, ты за старшего!

И наша группа послушно побежала по кругу. Я выискивал глазами Лену, но среди студентов, занятых на разных площадках, ее не было. Наконец знакомая светлая прическа мелькнула в толпе готовящихся к забегу на шестьдесят метров. Рядом со стартом, капризно обмахиваясь модными журналами, топтались в поблескивающих золотом и серебром кроссовках Ленины подружки.

– Привет, – сказал я одними губами, когда Лена выпрямилась и подняла на меня взгляд.

– Привет, – робко улыбнулась она в ответ и покосилась на подруг.

Те проводили меня хмурыми взглядами и недовольно цокнули языками.

– Похоже, твоя теория действительно работает, – заметил Антон. – Что-то в ней неуловимо изменилось. А что, сразу и не скажешь.

Я обернулся. Розовые шортики, белая футболка, удобные кеды и высокий хвост, в который были собраны мягкие светлые волосы. Изменилось ли что-то в ней? Не знаю. По-моему, Лена всегда была самой красивой и милой. Просто теперь она не стеснялась показывать себя такую всем остальным.

– Эй, дрищ! – прервал поток моих мыслей знакомый голос.

Не сбавляя темпа, я обернулся на звук. На широкой баскетбольной площадке под кольцами разминались парни из группы Харитона. Они дружно заржали из-за того, что я откликнулся. Кошкин смеялся громче всех.