Темная земля

– Насколько мне известно, группа еще в пути, сержант Макрей.

– Хорошо… если ты что-то услышишь, дай нам знать, договорились? Нам уже до чертиков надоело торчать тут.

Вернув переговорник на место, он обтер ладони, проведя ими по куртке, и запустил руки в проймы защитного жилета.

Тафти издал звук, который бывает, когда сильно нажмешь на резиновую подушку и из нее выходит воздух.

– Впервые в жизни я действительно с нетерпением жду прибытия Основной следственной группы[6]. Когда они наконец появятся здесь и возьмут дело в свои руки. Пусть помокнут вместо нас под этим дождем. – Переступив с ноги на ногу, он выругался: —Черт, они что, прогулочным шагом сюда добираются? Будто не из Абердина едут, а с Луны летят.

– Заткнулся бы уже, – не выдержал Логан. – Вспомни, что я говорил о перегрузке толстого кишечника.

А дождь все шел.



– Подними немного свой край… – Логан потянул водонепроницаемое покрывало на себя. – Нормально, давай закрепляй.

Каламити положила булыжник на край куска голубого пластика. Затем еще один. И еще один. Черные пряди волос прилипли к мокрым от дождя щекам, сделав ее похожей на мокрую ворону. Она посопела, затем провела одетой в перчатку рукой под острым носом. Всякий раз, стоило ей наклонить голову, как вода стекала с загнутых полей ее форменного котелка, растекаясь по стеганной светоотражающей куртке.

– У меня пальцы уже ничего не чувствуют, – сказала она.

– Ты помнишь, мы собираемся после работы утром во вторник? По случаю ухода Тафти из нашей группы.

Каламити положила еще один булыжник на край покрывала.

– Кажется, Айла что-то организовывала…

– На всякий случай проверь, хорошо? Он не меньше года будет дуться на нас, если мы не отметим.

Каламити встала и потянулась, уперев руки в поясницу, затем внимательно посмотрела на пластик.

– Как вы думаете, сержант, это действительно Мартин Мил?

– Надеюсь, что он.

– А что, если не он?

Логан поднырнул под дерево, махнул рукой Каламити и достал телефон.

Стоя рядом, она наблюдала, как он прокручивает фотографии обнаженного мужчины, лежащего на спине. На голове – черный полиэтиленовый пакет, закрепленный липкой лентой.

– Вот одна отличительная особенность. – Логан увеличил левое плечо – на фоне радужного многоцветья кровоподтеков стала видна татуировка. – Ты видишь здесь дельфина?

Напрягая глаза, она всматривалась в экран.

– А может, это кит? Нет, посмотрите, у него один рог… Это нарвал[7].

– Ты уверена? – Он взял у нее телефон. – Возможно, ты права. У Мартина Мила была татуировка?

– Знаете, что я думаю? – Каламити кивнула на укрытое тело. – Серийный убийца.

Логан убрал телефон.

– Не смешно.

– Разве это не так? Посмотрите: место преступления непонятно где, трупак с полиэтиленовым мешком на голове.

– Каламити…

– К тому же это не первый случай. Что вы скажете по поводу этой студентки… Эмили… как там ее… случайно обнаруженной мертвой в лесу возле Инверури полторы недели назад? – Каламити кивнула, словно подтверждая сказанное. – Я так думаю, можно отыскать десятки трупов, скрытых в лесах по всему северо-востоку.

– Ты снова смотришь скандинавские криминальные сериалы?

– Ставлю пять фунтов на то, что вскрытие определит сексуальную активность до и после смерти. Вот для этого и нужен пакет: преступник дегуманизировал жертву, закрыв лицо. Он не хочет, чтобы на него смотрели, пока он делает свое дело.

– И ты про то же? Дегуманизация… личность… Тафти тут уже развивал эту тему.

– А как без этого? Жертва убийцы… – Она сделала паузу. – Жертва убийцы – чей-то брат, отец, сын, муж. Человек со своими надеждами и мечтами, как вы и я. А мы стоим здесь и трындим о вечеринке в честь Тафти. Похоже, мы тоже дегуманизированы.

– Ой-й….

– Еще пять фунтов ставлю на то, что раньше, чем через две недели, мы найдем следующее тело.

– Пока не нашли, соединись с Айлой и выясни, есть ли среди людей, которых мы разыскиваем, мужчина с татуировкой нарвала на левом плече. – Он нахмурился. – Хотя нет. Достаточно спросить о любой татуировке. Не уточняй, что это за татуировка: дельфин, слон, нарвал или Сэнди Токсвиг[8] на велосипеде. Если среди разыскиваемых есть человек с татуировкой, я хочу об этом знать.


– Да, серж.

– Хорошо бы решить этот вопрос до того, как сюда нагрянет ОСГ и все здесь вытопчет.

Каламити вытащила переговорник:

– Констебль Николсон вызывает констебля Андерсон, можете говорить?

Из потрескивающего динамика раздался тоненький голосок, звучавший так, словно в микрофон на другом конце линии говорила совсем маленькая девочка:

– Переходи к делу; Каламити.

– Айла, нужно поискать кое-что в базе данных людей, находящихся в розыске…

Внезапно со стороны холма раздался пронзительный свист. Обернувшись, они увидели махавшего им рукой Тафти. Рядом с ним стоял какой-то человек в пальто, чуть поодаль – еще двое.

Помяни черта, и он тут как тут…

Полицейские из следственной группы осторожно спускались с холма, помогая друг другу. Ну что за глупость, подумал Логан, стоит одному из них поскользнуться и загреметь, как упадут все трое. У Тафти, по крайней мере, хватило здравого смысла спускаться отдельно от них.

Констебль спустился первым и, указав в сторону прибывших, сказал:

– Эта компания шаталась в лесу, серж. Может, возьмем их в дело?

Самый высокий из них уже стоял рядом, поглядывая на заляпанные грязью брюки.

– Мы не шатались. – Вода капала с полей его фетровой шляпы, нечто другое капало с кончика покрасневшего носа. Втянув сопли, мужчина приподнял шляпу, демонстрируя обильно смазанную гелем копну светлых волос.

– Логан Макрей. – Для приветствия достаточно.

– Очень, очень рад. Сержант криминальной полиции Саймон Ренни. Под этим именем я и живу, и дышу.

Логан улыбнулся, затем тоже посмотрел на брюки сержанта.

– Вы что, купались в лужах?

– Это чертово место… болото какое-то. – Он натянул шляпу. – Стил на пути сюда. Знакомьтесь. Детектив-констебль Оуэн…

Широкоплечий крепыш с седоватыми мокрыми кудрями. Вежливый кивок:

– Серж.

Его зубы выглядели так, будто предназначались для рта втрое большего, чем имелся, к тому же они торчали под разными углами.

– …а это детектив-констебль Энтони «Бобер» Фрейзер.

Нос Фрейзера подошел бы к тому же крупноразмерному лицу, что и зубы Оуэна.

Он жестом показал на голубое покрывало:

– Это наше тело?

– Пока еще нет. – Логан протянул руку Тафту. – Констебль Куэррл, передайте мне священную деревянную трость, символизирующую владение телом.

Наступила пауза, во время которой Тафти, часто моргая, смотрел на него. Затем он все же сообразил, что от него требуется.

– Прошу вас, сэр. – В руку Логана легла небольшая – примерно два фута в длину – ветка в виде рогатки.

Логан протянул ветку Ренни:

– Вы принимаете эту священную трость?

Рот полицейского скривился в улыбке. Приняв ветку, он поднял ее вверх с таким видом, будто это был Экскалибур[9]. Встав в театральную позу, сержант возгласил:

– Считаю себя обязанным передать труп и место преступления старшему инспектору Роберте Тибериус Стил, во славу Сонтаранской империи[10].

– То, что надо. – Логан стряхнул кусочки коры с ладони. – Тело белого мужчины, татуировка на верхней части левой руки. Кровоподтеки на торсе, голова закрыта пакетом для мусора. Дежурный врач, прокурор, патологоанатом и научно-исследовательский отдел получили соответствующую информацию. – Он повернулся к своим людям. – Тафти, Николсон, собирайтесь, мы уходим.

Каламити переместила трубку радиопереговорного устройства к другому уху и кивнула.

Ренни нахмурил брови:

– А как насчет охраны места преступления. Вы же не собираетесь…