Так устроен мир

В глазах Клэр мелькнуло отвращение.

– У нас в городе такой земли хватает, раз уж интересуетесь. Купить, конечно, можете, но пользы от такой покупки не ждите.

– Знаете, Барнс на меня наговаривает. – Тимсон снова скривился в улыбке. – Я обычный бизнесмен. Сентиментальность мне не по карману. Но каждый имеет право на свою точку зрения. – Он пожал плечами. – Полагаете, здесь в недвижимость вкладываться не стоит?

– Через пять лет город обанкротится. На Среднем Западе таких полно, будет еще один. Если желаете купить пустырь, лучшего места не найдете. Продавцов здесь хоть отбавляй.

– А вдруг ваши заводы снова встанут на ноги? Я такое видел. Я много чего странного повидал, мисс Рассел. Бывало, умирал город, да вдруг снова расцвел, а кто купил по дешевке, сорвал неплохой куш.

Барнс взглянул на девушку и беспечно сказал:

– Похоже, наш бизнесмен фильмов насмотрелся.

Клэр изучающе разглядывала Тимсона.

– Пойду поговорю с Сэмом, – наконец сказала она. – Не буду мешать игре, Эл. Думаю, тебе светит неплохой выигрыш.

Когда Клэр вышла, глаза Тимсона загорелись злобой.

– Она что, лохом меня считает?

– Забудь об этой дамочке, – поспешно сказал Барнс. – Такой уж она человек. Давай, дружище, время не резиновое. На что ставишь?

Клэр вошла в кабинет Тренча, захлопнула дверь и присела на край потертого стола, занимавшего почти все свободное место. За столом сидел сухой старичок с копной седых волос и пронзительно-голубыми глазами.

Сэм оторвался от работы, аккуратно поставил перо в чернильницу и откинулся на спинку кресла, положив маленькие, покрытые старческими пятнами руки на кипу бумаг.

– Вот несчастье! – жалобно воскликнул он. – Ни минуты покоя. Знаешь, в чем беда всех женщин? В отсутствии дисциплины. Что ты хотела?

– Много чего. – Клэр с улыбкой покачивала ножками. Ей нравилась искренность редактора. – Но сейчас есть дела поважнее. Скажите, Сэмюэл, что вы знаете об этом Тимсоне?

– О Тимсоне? А что я должен знать? – Сэм поискал носовой платок и энергично потер нос. – И не зови меня Сэмюэл. Мне не нравится.

– Совсем ничего?

– Знаю, что он из Бентонвилля. – Сэм поднял палец. – Этого достаточно.

– Думаете, он хочет купить землю в Фэйрвью?

– Может, и так. – Сэм прищурился. – Затея, понятно, дурацкая, но дураков хватает.

Он сунул платок в карман и взглянул на Клэр:

– А что?

– Непохоже, что он дурак, – произнесла девушка. – Конечно, вкладывать деньги в Фэйрвью – чистое безумие. Но вдруг мы чего-то не знаем?

– Не выдумывай. Может, он осмотрится и не станет ничего покупать. Ты спешишь с выводами.

– Волнуюсь я за Пиндерз-Энд, – помолчав, сказала Клэр.

– А что не так?

– Отстали от графика. Хилл говорит, там какая-то загвоздка.

– Любопытно, – оживился Сэм. – Прямо так и сказал?

– Не совсем. Сказал, что работы временно приостановлены.

– На прошлом собрании вроде бы всё решили. Интересно, почему передумали. Надо поговорить с Хиллом.

– А смысл? Я с ним уже наговорилась. Но вы же не позволите написать об этом, верно?

Сэм помотал головой:

– Не позволю. В пылу сражения ты забываешься, дорогуша. Можешь перегнуть палку.

– Так я и думала. Знаете, Сэм, «Кларион» стал совсем беззубым.

– Поздно кусаться. При смерти успокоительное нужно. Не заводись, дорогуша. Вижу, устала. Может, зайдешь ко мне поужинать?

– У меня свидание. Как-нибудь в другой раз.


– Ты что-то недоговариваешь. – В глазах Сэма мелькнула озорная искорка. – Похоже, наша Клэр влюбилась.

– Кто, я? – Девушка смущенно рассмеялась. – Ой нет, Сэм. Я замужем за работой.

– Я тоже так говорил, пока не женился. Так кто он, Клэр?

– Один парень, зовут Питер Каллен. – Клэр отвернулась к окну. Сэм с удовольствием отметил, что она смутилась. – Познакомились пару месяцев назад. Он мне нравится. Дважды в неделю ужинаем вместе, иногда разрешаю ему меня поцеловать. Довольны?

– Так он тебе нравится?

– Сказала же – да. Или вы про… нет, это вряд ли.

– Так ты, выходит, счастлива?

– Выходит, да… Ну, мне пора. Значит, разговор о Пиндерз-Энд окончен?

– Я сам этим займусь, – сказал Сэм и черкнул что-то на промокашке.

Девушка направилась к выходу. Сэм проводил ее взглядом.

– Слушай, Клэр. Ты поосторожнее с этим парнем. Держи ухо востро.

– Ухо востро, говорите? Мои ушки всегда на макушке.

Клэр рассмеялась и закрыла за собой дверь.





Глава третья




Гарри Дюк сидел за столом, затянутым в зеленое сукно, и забавлялся красно-белыми игральными костями – то подбрасывал их, то беззаботно вертел в худой загорелой руке.

– Говорят, Беллман напуган, – сказал он, метнув кости на стол. Кубики качнулись на ребрах и замерли шестерками вверх.

– Повезло, – зевнул Келлз.

Дюк сгреб кости в ладонь и сделал еще один бросок. Опять шестерки.

Келлз – среднего роста, подтянутый, смуглый, суровый – развалился в кресле. Фетровая шляпа сдвинута на затылок, большой палец за проймой жилета. В другой руке была спичка, которой Келлз то и дело ковырял в зубах.

Дюк снова упомянул Беллмана.

– Мало ли что болтают. – Келлз, казалось, умирал от скуки. – Ты же не веришь слухам. Другие – ладно, но на тебя не похоже.

Дюк снова взял кости.

– Ну ладно, не напуган. – Еще один бросок. – Но точно нервничает.

Снова шестерки.

– Ты нужен Беллману, – сказал Келлз. – Он считает, вам стоит поработать вместе. Ты в ответе за катушки, он – за кабак.

– Беллман уже год как открылся. – Дюк достал плоский портсигар из внутреннего кармана пиджака. – Теперь вдруг про меня вспомнил. Ловкач какой!

Он вынул тонкую сигару, испещренную зелеными точками, и протянул портсигар собеседнику. Тот покачал головой.

– Тише едешь – дальше будешь, – сказал Келлз. Взгляд его маленьких глазок блуждал вверх-вниз по грязной стене за спиной Дюка. – Кухню в кабаке он наладил, пришла пора осмотреться. Катушки – дело нехитрое. Справишься, тебе умения не занимать. Придешь, все сделаешь. Думаю, Беллман не поскупится.

– А то! – Дюк улыбнулся. – Ты же знаешь, я на других не работаю.

– Не придется тебе работать. – Келлз поерзал в кресле. – Сами разберемся. Тебе нужно покрутиться в кабаке, больше ничего. Все сразу поймут, что катушки годные.

Дюк сунул сигару в рот. Зубы у него были мелкие, белые.

– Дай огня.

Келлз бросил коробок на стол.

– Полштуки в неделю, приходи да забирай, – с расстановкой произнес он.