Тайна золотого города

Даже всеведущая ведьма Тряппенштик даёт в своём справочнике не слишком внятное разъяснение:

«Гроль представляет собой нечто вроде всеобщего драконьего разума. Судя по тому, в каких условиях обитают драконы, их главный мозг не слишком-то умён, но сами драконы с древних времён относятся к нему с величайшим почтением и, как последние простофили, слепо следуют его указаниям».



– И зачем вам понадобился гроль? – поинтересовался Люмен.

– Мы хотим спросить его о ней! – Зимний Ветер схватил Лиззи и выставил её перед стражником.

– Эй! – возмутилась девочка.

Люмен оглядел девочку с ног до головы.

– И почему я должен пропустить ЭТО к самому гролю?

– Потому что перед тобой исчезнувшая Эльдер-Зурима, внучка Эльдер-Лотты, Примирительницы! – Зимний Ветер опустил коготь Лиззи на голову. – Королева горных эльфов и законная наследница престола Драконова пика!

После этих слов повисла оглушающая тишина. Сама Лиззи стояла с таким видом, словно речь шла не о ней.

Люмен не сдвинулся с места, лишь фыркнул и прошипел:

– Я потомок друта и стражник пылающего сердца гроля, и я повторяю, что ЭТО… – он указал на Лиззи, Оскара и Фло, – к нему не пройдёт! Пусть радуются, что до сих пор живы, а то не ровён час…

– Как ты смеешь возражать гаррану?! – разозлился Зимний Ветер. – Немедленно отправляйся к гролю, Люмен, рождённый друтом, и скажи, что нам необходим его совет! – Старый дракон ощерился и грозно двинулся на Люмена. Ризз тоже приготовился к схватке.

Люмен слегка попятился, в его глазах светились ярость и страх. Секунды стали для Оскара часами, совсем как за игрой в карты с бабушкой и дедушкой. Наконец Люмен сказал:

– Будь по-твоему, Зимний Ветер, гарран всех драконов. Ожидайте здесь, я доложу гролю о вашем приходе. – И пернатый дракон скрылся в глубине пещеры.

– Что за птица этот стражник? И что такое гроль? – поинтересовался Оскар у Хлюпа.

Хлюп резко пожал плечами, из-за чего Флориан чуть не свалился у него со спины. Малыш сонно пробормотал: «Я сделал домашку, мама, пойду теперь нарву слив!» – и снова уснул.

– Гроль – это медиум, – вмешался Ризз, – он видит будущее и даёт нам советы, даруя надежду. Гроль – древний, как сама земля, и мудрый, словно небо, которому известно всё на свете. По крайней мере, он велит, чтобы его описывали именно так.

– Понятно! – Оскар сразу вспомнил о безумной тёте Бетти, такой же древней и всезнающей. Чтобы племяннику легче было ориентироваться по жизни, тётя передавала ему часть своего опыта в записках, которые оставляла по всему дому.





При мысли о доме Оскар почувствовал, как к глазам подступают слёзы.

– Вот бы снова увидеть маму, как было бы хорошо…

Хлюп удивлённо уставился на него. Ой, неужели Оскар сказал это вслух?!

– Внаеф, с одной фтороны хорофо, а ф другой – я фтрафно влюфь!

– Я бы обрадовался, если бы мои родители нашлись, – пожал плечами Оскар.

Хлюп криво усмехнулся:

– Я влюфь, потому фто моя мама мне нифего не фкавала!

– Она же тебя защищала! Прислуживала гадкой королеве и делала всё, что ей велели, только бы с тобой ничего не случилось!

Хлюп сердито фыркнул:

– А фо мной много фего флуфилофь! Я вфю выфнь профидел в фахте! Меня бы офень утефыло, ефли бы я фнал, фто у меня ефть мама!

Оскар молча кивнул. В тяжёлые времена лучше всего положиться на родителей или настоящего друга.

Тем временем вернулся Люмен. Дракон даже не пытался скрыть дурное настроение:

– Гроль примет вас завтра с утра!

– Благодарю, Люмен! – кивнул Зимний Ветер.

Стражник растянул губы в улыбке и стал похож на разъярённого кабана:

– Пойдёмте, я отведу вас на ночёвку. Надеюсь, ЭТИ там расплавятся!






Тёплая детская




К удивлению Оскара, пещера оказалась лучшим местом, чем старая шахта в Златенбурге, где их с друзьями держали, чтобы подготовить к битве с драконами. Здесь через каждые пару шагов попадались горящие факелы, которые освещали стены с наскальной живописью. Все примитивные рисунки изображали драконов: крылатые ящеры охотились, парили в небе, высиживали яйца.

– Тётя Бетти и то лучше рисует, – пробурчал мальчик себе под нос, позабыв, что у драконов острый слух.

– Хочешь сказать, что наши картины такие же корявые, как твоя тётя?! – осведомился Ризз.

– Моя тётя вовсе не корявая, просто она слегка ку-ку! И вообще, ты её не знаешь! – возмутился Оскар. Когда кто-то заговаривал о его семье, у него от тоски сводило живот.

Дракон прищурился, вскинул голову и… БУМ!

Оскар не успел увернуться и рухнул на землю. Ризз навис над ним и щёлкнул перед носом острыми зубищами:

– Зато я знаком с тобой, Оскар! Не сказать, что ты очень уж красив! Наверняка и тётя у тебя такая же!

Мальчик откатился в сторону и вскочил на ноги.

Ризз нежно провёл по стене когтистой лапой:

– В этих рисунках – вся наша история, от самых древних времён до нынешних. Здесь нарисован каждый дракон, рождённый, чтобы увидеть огонь вулкана.

– Прямо каждый-каждый?

– Да.

– А где твой портрет?

– Мы скоро пройдём мимо него, – пообещал Ризз и вдруг просиял от радости: – Ага, да вот же он!

На рисунке Ризз парил над деревней, выпуская на дома залп огня.

– Эх, старые добрые времена… – мечтательно протянул дракон.

– Только не для жителей деревни, – заметил Оскар.

– Они первые начали! – начал закипать Ризз.





Оскар поспешил его успокоить, выпалив «Да-да, конечно!» и «Славная картина, просто шедевр!». Он ещё не привык к тому, что драконы так быстро выходят из себя. Раньше он думал, что нет никого вспыльчивей, чем его учительница математики. Фрау Краузе теряла терпение, когда ученик, по её мнению, слишком долго копался в пенале.

Дальше они шли молча. В сопровождении драконов друзья продвигались в глубь пещеры. Вокруг становилось всё жарче и громче. Вулкан бурлил яростно, словно дикий зверь.

Люмен свернул в боковой ход, там было темнее, но прохладнее. В конце концов провожатый привёл их в небольшую пещеру с низкими потолками. Только Оскар и Лиззи могли стоять там в полный рост. На полу лежали пучки соломы, у стен громоздились вёдра и бочки с водой, с крючков под потолком свисали куски вяленого мяса.

– Переночуете здесь, я зайду за вами утром, – сказал Люмен и удалился.

– Мы словно в птичьем гнезде, – заметил Оскар.

– Здесь у нас детская, – объяснил Ризз.

– Для маленьких дракончиков?

– Да, только их становится всё меньше. Драконы веками откладывали тут яйца, тепло вулкана помогает дракончикам быстрее вылупиться.

Оскар покосился на вяленое мясо на крюке.

– Это мясо для малышей! – предупредил Ризз.

– Ясно, – расстроился Оскар. Он хотел пить и так проголодался, что даже брокколи сейчас показалась бы ему неземным деликатесом.

Ризз словно прочёл его мысли:

– Не волнуйся, вас тоже голодными не оставим.