Таинственный язык мёда

Шаги медленные, но мысли молниеносные. Ей казалось, она прекрасно знала, кто ее посетитель. Но когда открыла дверь, все же была удивлена, что он стоял перед ней.

– Привет, Никола.

– Привет.

Какое-то время они стояли на месте и внимательно смотрели друг на друга. Словно их глаза еще не привыкли к чему-то, словно им нужно было время.

Она посторонилась.

– Зайдешь?

Он покачал головой.

– Мы начали не с того конца. Давай попробуем еще раз. Ты не против поужинать со мной? – спросил он. Руки в карманах, на лице странное выражение.

Ей не следовало соглашаться. Будь она мудрее, она бы держалась от него подальше. Ведь он мог доставить ей только кучу проблем, а, честно говоря, у нее и так уже было немало сложностей. Мысли с бешеной скоростью сменяли одна другую.

Никола сглотнул. Анжелика заметила, как сильно он нервничает, с каким нетерпением ожидает ответа.

– Да, я не против, – едва слышно прошептала она и подумала, что, наверное, нужно произнести еще раз.

Но когда Никола улыбнулся ей в ответ и протянул руку, сердце у нее ушло в пятки.

Не из-за него, не из-за мужчины, что стоял перед ней. Нет, не поэтому. А из-за той искры радости и восторга, что заиграли на его лице. В Николе, которого она не знала и который стоял напротив, был еще и другой Никола.

Где-то глубоко в нем был ее друг.

Ее любимый.

Она взяла пиджак и закрыла за собой дверь, а в сердце разгоралось пугающее счастье.





15




Рододендроновый мед (Rhododendron spp.)

Имеет аромат горных цветов, прозрачных рек и далеких равнин. Это мед постоянства и гармонии, он прогоняет любой страх. Бывает как цвета слоновой кости, так и янтарного цвета.

Кристаллизуется медленно, становясь кремообразным.



– Когда ты сказал, что мы будем ужинать на море, подумала, ты говорил про тот ресторанчик на берегу.

Никола протянул ей руку.

– Здесь лучше. Иди сюда, помогу.

Открылся такой красивый вид, что захватывало дух. Остров Пиана походил на темную полосу, покрытую сонмом огоньков. Ночь обволакивала лодку и отражалась в безмятежной водной глади.

– Помнишь? – Никола стоял у нее за спиной.

Конечно, она помнила. Куда бы ни упал взгляд в деревушке Аббадульке, все там хранило воспоминания о том, что он сказал, что они вместе делали, о чем мечтали, чего желали. Анжелика кивнула. Как можно было забыть это?

– А ты?

И тут же она захотела отказаться от этих слов, от тона, которым они были произнесены, но было поздно.

Она подумала, насколько поздно на самом деле. Воспоминание о том, что было между ними и о том, что она хотела бы вернуть, притягивало ее к нему.

Никола прикрыл глаза.

– Ты всегда была загадочной девочкой, и сейчас совсем не изменилась.

Эти слова ей не понравились. Она никогда не была девочкой. Уж точно не в том смысле, что имел в виду он.

– А ты? Все продолжаешь бросаться на амбразуру ради других? Ты уже весь мир спас?


Никола посмотрел на нее.

– Мне интересно, почему люди видят рыцарей повсюду…

Голос его звучал резко и напряженно, взгляд был жесткий.

Анжелика не давала себя запугать.

– А тебе не кажется, что воображать себе нужно только хорошее?

– Воображать? Ты попала в точку. Воображение и заставляет совершать самые серьезные и самые глупые ошибки.

– Но и исправлять их день за днем.

– Конечно! Только если в итоге ты не добился цели, останешься у разбитого корыта.

Пронзительный гудок разрушил повисшее между ними напряжение. Никола повернулся к Анжелике спиной.

– Ты идешь? У меня нет ни малейшего желания умереть с голоду.

И он зашел внутрь, не дождавшись ее ответа.

Анжелика в задумчивости следовала за ним. Затем огляделась по сторонам. Катамаран был уже видавшим виды, со своей индивидуальностью. Анжелика провела рукой по деревянной поверхности, соль прилипла к пальцам.

Солнце исчезало с горизонта, последние лучи озаряли берег. Полоска света, дорожка на воде.

Никола вышел наружу. В руке у него был бокал. Он подошел к ней и протянул его.

– Мне очень жаль, как вчера все вышло.

– Я знаю.

И это было правдой. Она это знала, она почувствовала. И это осознание очень напугало ее.

– Так странно: мы растем, меняемся. Становимся другими людьми, а что-то в нас остается неизменным. Противоречие, не находишь?

Никола прикрыл веки.

– Ужин почти готов.

Спустя мгновение он исчез.

Воздух был промозглым, из-за влажности будто прилипал к волосам, к одежде. Анжелика решила последовать за Николой. Когда в каюте ее обдало теплом, по коже пробежали мурашки.

– Где ты хранишь посуду?

– Там, наверху. Осторожнее.

Теперь Никола улыбался ей. Словно и не было той беседы пары минут назад. Он был таким забавным, с макарониной в зубах. Так что улыбка непроизвольно заиграла у нее на лице.

Он улыбнулся в ответ. Не отводя взгляд, оторвал кусочек макаронины и протянул ей.

– Все еще злишься.

Она не спеша откусила и покачала головой.

– Еще минуту, – ответила она. – Нет, я не злюсь.

Никола налил себе бокал вина.

– Ты приехала в Аббадульке одна? – на этот раз на шепот перешел он.

Он подошел к ней поближе, так что мог почувствовать ее запах. Тепло ее кожи. У нее затряслись руки.

– Что именно тебе нужно, Никола?

– Ничего. Просто задал вопрос.

Взгляд его стал холодным, голова наклонена набок, губы сжаты.

Анжелика сглотнула.

– Да, я приехала одна. Тишина и лишь глаза, что буравили ее насквозь.