Таинственный язык мёда

Анжелика вернулась на кухню, поставила кипятиться воду, а когда услышала свист чайника, поняла, что проголодалась. Мемма оставила ей где-то печенья. Вот и они. На самой верхней полке буфета. Анжелика приподнялась на цыпочках и вытянула вверх руку. В этом неуклюжем, неловком движении проявилось все то напряжение, что сковывало ее за последние дни. Она еще немного приподнялась и кончиками пальцев уцепилась за корзиночку. Когда Анжелика добралась до нее, то заметила, что за что-то зацепилась.

– Черт побери, – выругалась она. Сверху упала какая-то тряпка, и тяжелый предмет ударил Анжелику по голове. Она поставила корзинку с печеньем на стол и присела на колени.

На полу лежала раскрытая на середине видавшая виды записная книжка. Тетрадка Яи. Анжелика так и представила Маргариту, согнувшуюся вечером над столом и записывающую сюда рецепты. Это воспоминание ее ошеломило, потому что она совсем забыла об этой книжке.

«Слегка обдать кипятком. Холодная вода, затем тонкий слой меда. Чистая марля из белого льна, менять минимум два раза в день».

Анжелика нахмурила лоб, взяла в руки тетрадку и положила на колени. Книга была в красной обложке, обвязанной кожаным шнурочком, который крепился на болтающейся пуговице.

«Мед и имбирь. Тонизирующее средство. Натереть свежий корень имбиря и поместить в стерилизованную баночку. Сверху положить слой меда акации и закрыть. Хранить в темном и прохладном месте. Отлично помогает от болей в желудке и при слабости».

Анжелика поднялась и подошла к столу. Аккуратно положила записную книжку и, не отрывая от нее глаз, налила себе чаю.

«Пыльцу нужно осторожно собирать в течение максимум трех дней после расцветания. Затем сменить улей. Хорошо очистить от лишних примесей и заморозить. Правильно выбрать контейнер. Пыльца живая, ей нужно дышать».

Она откусила печенье, закрыла тетрадь и взглянула на обложку.

Маргарита Сенес. Книга меда.

Анжелика провела по ней кончиками пальцев и снова открыла. Она внимательно перелистывала страницы. Проглядывая эти написанные от руки слова, она перенеслась в мир, полный тонких наблюдений, иронии и бесконечного тепла.

В этой тетради был мир Яи.

Пальцы Анжелики пробегали по пожелтевшим страницам. У нее что-то сжалось в горле, она сглотнула и продолжила чтение. Сколько раз Анжелика видела ее склонившейся над этой тетрадкой?

Тут Анжелика подскочила от звонка мобильного. Она протянула руку и ответила.

– Как у тебя дела сегодня?

– Привет, София. В целом, все хорошо. А у тебя?

– Как обычно. На самом деле у меня есть солидный заказ на горький мед. Но об этом чуть позже. Все объясню по электронной почте. Расскажи лучше о себе.

– Пчелы в отличном состоянии. Если бы ты видела, какого цвета их брюшки, они похожи на золотые капельки.

– В каком смысле? Они светлые?

– Именно, с невероятным оттенком. Я таких никогда не видела. Или просто забыла. В гнездах полно меда. Словно пчелы прекрасно справляются сами, без посторонней помощи.

– Потрясающая новость. А как в остальном?

Анжелика прекрасно понимала, что именно интересует Софию, но ей не хотелось снова говорить об этом.

– Я поизучала дом. Тут столько всего… Разные предметы, картины, фотографии. Даже есть детское фото моей мамы.

– Надо же, я и представить себе не могу Марию маленькой девочкой.

Анжелика взглянула на сад. Поднялся ветер, и олеандры слегка заколыхались.

– Даже не знаю, как тебе ее описать, – пробормотала она. Взгляд потухший, отстраненное выражение лица, кажется, что полное отчаяния. Маленькая, худенькая, с двумя тонкими косичками и темной, как у цыганки, мордашкой. Если бы отчаяние можно было сфотографировать, то это было бы именно это лицо, запечатленное много лет назад.

– Я так и не понимаю, как связаны между собой Маргарита и Мария.

Анжелика провела рукой по лицу.

– Они породнились, когда Мария вышла замуж за племянника Маргариты…

– Да, это я знаю. Но есть что-то еще, на уровне ощущений… Как ты думаешь, они могли быть знакомы и до этого?

Да, они познакомились намного раньше. Мемма отчетливо сказала, что Мария обязана Маргарите тем, что осталась жива.

– Думаю, да, – произнесла Анжелика и замолчала. – Расскажи мне о себе. Ты разобралась с Мартином?

– Не до конца. – Голос Софии звучал глухо и отдален. Между словами пролегали тени, паузы. Ее акцент становился ярко выраженным, а это случалось, только когда она не до конца владела собой.

– Объясни. Что ты имеешь в виду?

София устремила взгляд к ореховой аллее, что вела к дому. Солнце уже светило высоко и проглядывало сквозь ветви, создавая нечто вроде блестящей полоски, которая доходила прямо до нее, до ее босых ног в траве.

– Кажется, мне придется съехать.

– То есть все еще хуже, чем ты предполагала?

София вздохнула.


– Ему нужен магазин, но он не продлил мне контракт.

– А тот, что ты видела в Авиньоне?

– Слишком поздно, больше не сдается. – София зашагала по дорожке.

– А ты не можешь попросить продлить контракт? Учитывая все твои траты на ремонт…

– Попробую.

Анжелика поднялась на каменную ступеньку напротив входа. Оттуда она могла расслышать море. Она закрыла глаза.

– Что ты собираешься делать?

– Если ничего не сложится, единственное, что остается, это уехать. У меня нет выбора. Нужно будет начинать все сначала и в новом месте.

– Не сдавайся! Попытайся поговорить с тем человеком. Может, получится все решить.

– Посмотрим. Я боюсь, что дело в другом. Но не хочу об этом говорить. Расскажи о себе, об этом доме. Кажется, он полон загадок.

Анжелика засияла.

– У Яи была тетрадка, в ней куча рецептов и способов изготовления целебных снадобий.

– Дневник?

Анжелика покачала головой.

– Нет, я бы сказала, скорее коллекция заметок. Написанных от руки. Еще там множество рисунков.

– И чем эта тетрадка тебя так потрясла?

– В ней все о меде, София. Десятки рецептов – кулинарных и лечебных – с использованием меда. Каждому сорту дано определение, анализ включает все характеристики – как этот мед воспринимается различными органами чувств. Но Маргарита дополнила его и своим восприятием. Представляешь, она считает, что эвкалиптовый мед – это мед дыхания, а розмариновый – мед смелости, акациевый – мед улыбки, там еще много есть всего.

– Тебе кажется, она права?

Анжелика пожала плечами.

– Вполне возможно. В нектаре содержится самая загадочная сущность цветка, его душа.

Она листала тетрадку, как вдруг раскрылся потайной кармашек, и оттуда выпали письма и открытки.

– Что за черт… – воскликнула Анжелика и нагнулась, чтобы их собрать.

– Что случилось?

– Открытки, письма. Они были в записной книжке.

– Есть что-то от твоей мамы?

Анжелика собрала выпавшие листки и принялась их изучать.

– Нет. Из Португалии, Франции, Бразилии, Испании. Все написаны разными женщинами.

– Подругами твоей тети?

Анжелика повертела в руках листочки, сосредоточенно их рассматривая.

– Не знаю…

– Там должно быть что-нибудь написано.

– Да. Тут написано: спасибо.

– Что? Спасибо?

Она кивнула.

– Именно так. Спасибо. Подожди… тут еще одна открытка. – Анжелика вытащила ее из конверта и пробежала глазами. – Это рецепт: рикотта с медом. – Она прижала трубку к плечу, открыла тетрадку и стала внимательно пролистывать, не заложено ли что еще между страницами. – О, еще одна, и еще.

– И что там?

– Все то же самое. Благодарности и рецепты на основе меда. Со всего мира. Вот, например, от Лисии Маллус, из Сан-Паоло, Бразилия.