Свободные отношения

Словно ведро ледяной воды на меня вылили, даже дыхание перехватило.

Что я делаю???

Какого черта, как малолетняя дурочка, жду каждого сообщения с затаенным трепетом. Словно одурманил, мозги заново запудрил. Одна моя часть робко спрашивает «а вдруг, он изменился», а вторая грубо возвращает с небес на землю циничным вопросом «и что из этого?».

Он может сейчас вести себя как пушистый котенок, но на деле это все тот же тигр, живущий по своим правилам. И если ему захочется он так же, как и раньше, без зазрения совести трахнет какую-нибудь Иру, а потом вываляет в дерьме, ибо «сама виновата».

«А может все-таки нет?» — снова робкий голос надежды.

«Хочешь проверить? — цинизм набирает обороты, — даже сейчас нет гарантии, что он снова не играет в свои игры. Подбирается все ближе, потому что пока интересно, потому что смогла его за яйца ухватить.»

«Вдруг ради меня изменится?»

«А нужны ли тебе его изменения? Или ты хочешь остаться с ним?»

У меня даже сердце споткнулось от такой мысли. Остаться с ним?

Нет.

Положив руку на сердце, могу сказать только одно: я не хочу с ним оставаться. В моих фантазиях нет нашей совместной жизни. Я не вижу его рядом с собой спустя год, полгода, месяц. Да я даже не уверена, что через неделю все останется по-прежнему!

И, слава Богу, я уже не из тех наивных дурочек, которые свято верят, что именно с ней тигр станет ручным. Я не верю Роме, не доверяю. И этого уже не исправить.

Тогда что это за нелепая радость? Зачем эти вечерние переписки? Отчего улыбка дурацкая к губам приклеилась?

Неужели заново увлеклась? Что за иррациональные эмоции? Одно дело просто секс, и со всем другое вот так… по-настоящему.

Будто пелена с глаз спала. Что я творю? Да по-прежнему довожу его. Треплю нервы, держу на коротком поводке, бессовестно дергая и играя. То притягиваю, наслаждаясь его одержимостью, то отталкиваю и пропадаю, подводя его к самой грани. Но сама не замечаю, как подсаживаюсь на адреналин, что расползается по венам стоит только Неманову оказаться в поле зрения. Словно конченная наркоманка ловлю кайф от нашего сумасшедшего общения, от того, как нервы жгутом стягивает.

Только сейчас до меня доходит, насколько опасна эта игра и как сильно она может ударить по мне самой. Это все пустое, ненужное, бессмысленное. Уродливый хищный цветок, выросший на кровавых ошметках прошлого. Болезненное желание доказать что-то самой себе.

Я уже почти месяц в Москве, моя миссия подходит к завершению, скоро приедет Илья, которому я так и не призналась в затяжных шашнях с Ромой. И непременно начнутся большие проблемы, которые мне не нужны. Рома вряд ли по-джентельменски отступит в сторону, узнав, что я замужем, и просто коротала с ним время.

Хватит, наигралась, подёргала за веревочки, самолюбие потешила, но пора завязывать с этими играми.

— Все, засыпаю. Спокойной ночи, — резко обрываю наше привычное общение и откладываю в сторону телефон.

Мне надо подумать, о том, что происходит, о своем поведении и решить, как быть дальше. В том, что надо «избавляться» от Неманова я ни капли не сомневаюсь. Он мне не нужен.



Это была долгая ночь, наполненная неприятными мыслями, самоанализом, претензиями к самой себе. Я проснулась злая, растрепанная, не выспавшаяся, но принявшая окончательное, единственно верное решение. Пора заканчивать. Мне это не нужно. Неманов мне не нужен. У меня нет к нему никаких светлых чувств, только извращенный интерес, подогреваемый похотью. Гадкая смесь, которая еще никогда и никого не делала счастливым.

Моя главная ошибка в том, что давно надо было так поступить. Поставить точку после двух-трех встреч, когда еще этот яд не проник так далеко в кровь.

Илья, как всегда, был прав, когда говорил, что надо знать свой предел и никогда, ни при каких условиях через него не переступать. Надо четко осознавать свои слабости, держать их в узде, жестко контролировать, чтобы они не начали контролировать тебя. Наверно, Рома должен был второй раз появиться в моей жизни, чтобы я наконец поняла свои ошибки и окончательно отпустила прошлое.

Я не хочу его видеть, потому что внезапно вся прелесть нашего общения утратила свою притягательность. Я поняла, как выгладит со стороны наша вторая попытка: женщина, падкая на самообман, подпустила к себе человека, который когда-то раздавил, предал, причинил жуткую боль и выбросил из своей жизни, как ненужную вещь.

Зачем мне это потребовалось? Не получалось ответить на этот вопрос. Я хотела отомстить? Доказать, что стала крутой? Что со мной теперь нескучно? Что научилась классно трахаться?

Зачем? Какая польза со всего этого для меня самой??? Никакой! Что я получила от нашего повтора? Ничего!!! Только испачкалась.

Да, именно так. Внезапно я почувствовала себя грязной, предательницей. И придала я не мужа, здесь моя совесть была чиста, а саму себя, остатки своих принципов. Самое страшное, что в этом никто не виноват. Даже Илья, толкнувший меня на этот сомнительный путь извращенной свободы. Даже Рома с его матерым сволочизмом.

Меня никто не заставлял идти на этот шаг. Я все затеяла сама, поддавшись нездоровому любопытству, захотев узнать «а, что будет, если». А ничего не будет, абсолютно. Только пустота и сожаление.

Плавно ухожу в мыслях от Ромы в сторону Ильи. И снова испытываю раздражение. Непонятное, иррациональное. Меня неожиданно начинает бесить то, что давно стало привычным, то, на что я сама неосмотрительно согласилась, то, что вразрез шло с моим внутренним миром, моим воспитанием, моими ценностями.

Ящик Пандоры внутри меня раскрылся, выпустив на волю то, что давно было посажено на цепь, насильно спрятано в самые потаенные уголки души, чтобы никто не нашел, не достал, не растоптал.

Зачем мне все это?

Зачем с Немановым спуталась? Лучше бы в любовники выбрала кого-то другого. Незнакомого. С кем не было точек соприкосновения и грязного прошлого. Тогда, возможно, сейчас не было бы так неприятно, и не хотелось бы смыть с себя чужие прикосновения. Хотя… Не нужны мне никакие любовники. Зачем мне брак, в котором все можно? Зачем я стала такой же как Мартынов?

Похоже, свободные отношения — это не мое.

И что с этим делать, я не знаю, потому что на этой мнимой «свободе» построена вся моя жизнь.

Я словно на перепутье вышла, и не знала, куда мне двигаться дальше. Оставить все как есть, попытаться что-то исправить или сломать подчистую и строить заново, начинать жизнь с чистого листа?






Роман


Мне стыдно признаваться в этом самому себе, но я все чаще ловлю себя на мысли, что мне хочется обратно, туда в прошлое, где она меня встречала искренней улыбкой, где я был центом ее вселенной. Сейчас бы все было по-другому, потому что новая Варька мне подходит. По всем пунктам. Гребаный идеал ворвавшийся, словно торнадо, в мою жизнь.

Мне хочется забрать ее к себе, потому что когда она появлялась в моей квартире, меня не оставляло ощущение, что так оно и должно быть, что ее место здесь, рядом со мной. Осталось ее в этом убедить. Как? Понятия ее имею.

Ошибки прошлого сейчас стоят между нами нерушимой стеной. Впервые я пожалел о содеянном. Нет, не об Ирке — она слишком незначительный эпизод, чтобы о ней жалеть, да и вообще вспоминать. Я жалел о том, что не смог уберечь наши отношения от неприглядной правды. Надо было отпустить ее, не мороча голову. И тогда сейчас, между нами не было бы всего этого дерьма. Мы спокойно смогли бы попробовать еще раз, без оглядки на нелицеприятное прошлое.

Но уже поздно. Нынешняя Варя хоть и улыбается, хоть и целует, но стоит на тропе войны. Играет со мной, крутит как хочет. Трахается со мной, но не подпускает близко к своему личному миру. Впервые в жизни это задевает. До зубовного скрежета хочется узнать, что у нее в голове, хочется приручить, чтобы как раньше ласковой кошкой ко мне льнула.

Только хреном по наглой морде, а не ласка мне. Эта кошка гуляет сама по себе. То позвонит посреди ночи, то три дня не объявляется, наглухо игнорируя меня.

Вот и сегодня я не видел ее ни разу.

Лисовая молчит словно партизан, когда пишу ей, не берет трубку, когда звоню. Как всегда, доводя до бешенства. У меня руки чешутся, так сильно желание ее придушить, или отшлепать по наглой заднице. Но она будто неуловимая тень, исчезает, не позволяя к себе приблизится.



Под конец дня одолевает непреодолимое упрямство, звоню ей до тех пор, пока не отвечает.

— Глухая что ли? Или специально игнорируешь? — наезжаю, потому что градус бешенства уже зашкаливает. Довела своим молчанием!

— Нет, — хрипит в трубку, и у меня тут же тревога поднимается.

— Что с тобой?

— Все хорошо, — снова скрипучий голос и шмыганье.

— Хорошо?! Да ты себя слышала?

— Нет, — посмеивается невесело, — не слышала. Уши закладывает. Что-то я приболела.

— Я уже понял это. Температура?

— Небольшая. Тридцать семь и восемь.

— Уже порядочная. Что еще?

— Больше ничего

— Варя! Заканчивая со своим гонором. Просто по-человечески расскажи, как себя чувствуешь.

— Неманов, не включай заботливого папочку. Тебе не идет, — усмехается она, но в конце голос срывается, переходя в кашель.

Ее слова задевают, царапают. Потому что сейчас, в данный конкретный момент, я действительно о ней беспокоюсь. И мне не плевать.

— Хватит, — цежу сквозь зубы.

— Да все нормально. Забей. Просто простыла. Нос не дышит, да горло саднит. Ничего страшного, — произносит устало.

— Давай я к тебе приеду!

— Зачем? — снова насмешка в голосе, — давно ли ты у нас во врачи заделался? Я уж сама как-нибудь справлюсь. Отлежусь сегодня, и завтра как огурчик буду.

Я не стал спорить. Просто решил, что поеду и все. И не за чем это обсуждать.

— Как хочешь, — соглашаюсь сдержано, — не буду тогда мешать. Ложись отдыхать.

— До встречи, — сопливая Лисовая отключается.

Я завершаю все дела, часть из них бессовестно перекидывая на следующий день, и торопливо покидаю кабинет.



Сначала заезжаю в аптеку. Не знаю, что ей подойдет поэтому покупаю целый пакет: капли в нос трех видов, микстуру, таблетки какие-то, жаропонижающее, обезболивающее, противовирусное, противовоспалительное, леденцы для рассасывания, специальные пластыри-ингаляторы. Хватило бы чтобы обеспечить какую-нибудь сельскую поликлинику.

Уже готов ехать к ней, но тут в голову приходит запоздалая мысль, что лекарство — это хорошо, но надо бы еще что-то вкусное привезти. Поэтому отправляюсь в соседний магазин за соком, фруктами и конфетами.

Она ведь любит конфеты? Вроде любит. Или нет?

Пытаюсь вспомнить ее предпочтения и в голове словно вспышка молнии картинка вспыхивает — Лисовая с упоением, с прикрытыми от удовольствия глазами поглощает пирожное.