Свободные отношения

— Я с подругой, и мне не удобно бросать ее.

— Хм, так приезжайте обе, — похоже спать я сегодня не буду вообще, ночка будет еще та. Огонь.

— Уже летим, — пропела она в трубку и отключилась.

Ну вот и славно. Надеюсь, четыре реальные титьки, вытеснят из моего мозга все мысли о двух мифических, чудесным образом образовавшихся на самой неприметной девушке на свете.





***


Моим надеждам не суждено было сбыться.

Хоть две жгучие красотки старались всю ночь и выжали меня словно лимон, до последней капли, в моей голове творилось не пойми что. Я по-прежнему думал о Мышке и ее буферах. Просто навязчивая мысль какая-то. С самого утра, едва глаза разлепил, вспомнил о том, как случайно зажал ее в лифте и вуаля, снова колом стоит. Хорошо хоть заводные подруги не успели свинтить домой и еще раз отполировали до блеска мое хозяйство, а я в этот момент видел перед собой не их, а фантазировал о том, как стащу страшную бабушкину блузку с Мышки.

Это уже ни в какие ворота не лезет! Кому расскажи, засмеют! Я! Зациклился на девке! И не на какой-то супер-модели, а на непонятном сером нечто! Уму не постижимо! Да я даже не знаю, как ее зовут! Серая Мышь! И все!

На работу шел злой, дерганый. От меня народ в стороны шарахался, испуганно к стенам жался. А мне плевать, меня все бесит, готов раздавить любого, кто хоть слово против скажет.

Даже работа не помогла переключить. Смотрю на цифру три — и вижу титьки, взгляд на диван — и во всех красках представляю, что на нем можно сделать с обладательницей этих самых титек.

Паранойя, мать ее. Наваждение.

Надо с этим завязывать.

Только как?

Подойти к ней и в наглую за грудь помацать? А вдруг у нее сердце слабое? Хлопнется в обморок, или вообще помрет от счастья? И что тогда? Или, может, наоборот девица только с виду чахлая, а на самом деле мастер спорта по карате. Тогда плакали мои бубенцы. Пойти стандартным путем? Поухаживать? На хрен надо! Я не горю желанием с ней общаться. Меня исключительно ее сиськи заинтересовали и то, только потому что обнаружил их случайно и до сих пор не могу поверить, что они существуют на самом деле.

Все. Хватит. Пока окончательно умом не тронулся, надо что-то делать с этой проблемой.

Нашел на столе папку, ту саму, что Мышка принесла пару дней назад. Я так и не удосужился посмотреть эти документы, все некогда было, а вот теперь, пожалуй, самое время.

Так что тут у нас? Проект договора? Отлично! Есть за что зацепиться.

Начал читать, буквы расплывались перед глазами, но я упорно себя заставлял вникать в суть. Мало того вооружился карандашом и безжалостно чиркал, выделяя спорные места. По большему счету, это просто придирки. Константиныч — мужик опытный, в компании уже лет десять, не меньше, знает все нюансы и подводные камни. Даже мне есть чему у него поучиться, но конкретно сегодня я ищу повод докопаться.

Наконец переворачиваю последнюю страницу, делаю последнюю пометку и набираю его внутренний номер.

— День добрый, — раздается спокойный ответ человека, не привыкшего ни перед кем юлить. Это качество мне у него нравится.

— Юрий Константинович, добрый день, — здороваюсь бойко, — руки наконец дошли до твоих документов. Посмотрел, полистал, замечания есть.

— Много? Серьезные? — он не стал упираться, бить себя кулаком в грудь и доказывать, что все у него с документами в порядке, сразу перешел к делу. Уважаю.

— Нет, — поспешил заверить, потому что игры играми, а работа работой, — обсудить можно за десять минут. Ерунда. Но надо сделать сегодня. Сейчас.

Специально так говорю, чтобы он расслабился. А то ведь прискачет сам, а мне он здесь на хер не сдался. Мне Мышь Серая нужна, для более тщательного досмотра.

— Да, — с сомнением тянет он, — дел невпроворот. Хотя кому я рассказываю, ты и так все прекрасно знаешь.

— Да знаю я, знаю, — соглашаюсь и наигранно устало вздыхаю.

— Слушай, если там мелочи, то давай я помощницу свою пришлю.

Вот и я о чем! Отправляй ее сюда, пока я сам за ней не пришел! А в слух произношу:

— Уверен? — и сомнения побольше в голос, — ты же знаешь, что бестолковых сотрудников я терпеть не могу.

— Конечно уверен. Варька у меня умница-разумница. С ней можешь говорить как со мной. Все поймет, все исправит, все сделает в лучшем виде.

При фразе «в лучшем виде» фантазия снова дикую картинку выкинула: я за столом, а Мышь передо мной на коленях и рот ее занят далеко не разговорами.

Вот дурак. Что ж меня так плющит-то? Кто-нибудь может объяснить?

— Ладно, раз ты в ней так уверен, то присылай свою умницу-разумницу, — милостиво соглашаюсь.

— Хорошо. Сейчас подойдет.

Отлично! Жду не дождусь. Надеюсь, эта встреча окончательно развеет безумие, разгулявшееся у меня в голове.


Сейчас посмотрю на нее, убежусь, что ничего интересного там нет, что сиськи мне просто почудились, и все наладится. Отвернусь и забуду.

Кивнул сам себе, своим мыслям, поднялся из-за стола и к окну подошел, настраиваясь на встречу с умницей-разумницей.

Значит Варька? Варвара-краса, длинная коса? Точно не про нее. Ни косы не заметил, ни красы.

Главное не начать на нее открыто пялиться, а то мало ли что потом себе нафантазирует. Скажет еще, что я то в лифте ее зажимаю, то прелести не целованные покушаюсь.

Самому смешно стало. Ладонью глаза прикрыл и рассмеялся. Я точно чокнутый, раз такая хрень в голове крутится.



Она появилась через пять минут, оповестив о своем приходе аккуратным стуком в дверь:

— Роман Евгеньевич, — произнесла скованно, осторожно переступая через порог, — меня Юрий Константинович прислал. Сказал, какие-то проблемы с документами.

— Да. Проходи, присаживайся, — кивнул в сторону стула, с высокой спинкой. Сурово так кивнул, по-взрослому, чтобы сразу поняла — я с ней тут ни в игры играть собираюсь. У меня серьезная цель. Срочно надо рассмотреть, что она там под своей безобразной кофтой прячет.

Сегодня Мышь одета еще хуже, чем вчера. Серая несуразная юбка, расширяющаяся к низу и блузка цвета…эээ…кабачковой икры? Или баклажановая? Плохо разбираюсь в овощах. Даже головой тряханул, пытаясь придти в себя от такого великолепия.

Ей самой-то нестыдно такое носить? Или ее бабушка одевает? Молодая ведь девка, а выглядит, как старая перечница из села Большие Лапти.

А прическа? Что это за кокон на голове? Зачем скручивать волосы в такую шишку, что аж глаза на затылок уезжают? У нее наверняка под вечер голова от боли раскалывается. Я, конечно, понимаю, красота требует жертв, но не настолько же! У меня даже руки зачесались. Захотелось подойти и вытащить все шпильки из этого безобразия.

Впрочем, какое мне дело, до ее прически?

Меня интересует то, что ниже.

А там, как назло, опять ничего не видно, ибо рюши — наше все! П***ц.

И вот из-за этой прелестницы я второй день себе места не нахожу??? Точно больной!!!

Так, спокойствие, только спокойствие, сейчас что-нибудь придумаем, выведем ее на чистую воду.





Глава 2





Роман


Она садится, складывает руки на коленях, как прилежная ученица, и смотрит на меня с готовностью слушать, вникать, исправлять ошибки.

Даже растерялся. Я привык совсем к другим взглядам. А тут видно, что нервничает, что ей не по себе в моем присутствии, но держится, решив доказать всему миру, что она взрослая, профессионал, способный удивить.

Ой, девочка, я таких профессионалов в свой жизни уже столько повидал, что удивить меня в принципе невозможно…разве что баклажановой кофточкой, и наличием под ней… Ладно, хватит про сиськи, а то снова закоротит. Я ее позвал не для того, чтобы снова залипнуть, а чтобы наоборот в себя прийти.

— Вот договор, — пальцем толкаю в ее сторону папку с бумагами, — там все помечено.

Она кивает и с видимым облегчением переводит взгляд с меня на документы. Нервничает Мышь, ой как нервничает. Аж лапки тонкие подрагивают.

Я ей задачу облегчать не собираюсь. Сижу, смотрю в упор. Рассматриваю, и она это прекрасно чувствует, краснеет.

Хм, она, конечно, блеклая, но в принципе-то милая.

Высокий, чистый лоб, брови в разлет, ресницы густые, трепещут, когда взглядом по строчкам водит. На носу легкая россыпь светлых, едва заметных веснушек. Губы не слишком пухлые, четко очерченные. Кожа светлая, гладкая, словно светится изнутри.

С исходными данными у нее все в порядке, при определенных усилиях вполне могла бы превратить себя если уже не в принцессу, то во вполне достойную представительницу женской половины рода человеческого. Но, видать, ей это не надо. Она предпочитает быть умной, а не красивой. А может просто ленивая. Что ж, ее выбор. Мне плевать.

Спустя пять минут, насмотревшись на это Чудо Чудное я снова подал голос. Спросил грозно:

— Все понятно?

Она вздрагивает от неожиданности и вскидывает на меня темный взгляд.

Вот глаза у нее красивые, однозначно. Темные, выразительные, мерцающие.

Пожалуй, это единственный неоспоримый плюс.