Свободные отношения

Любая, но только не Варя. Эта продолжает стесняться сама себя, прикрываться, натягивать ткань на грудь.

— Ты очень красивая, — произношу искренне, не таясь разглядывая ее фигуру.

— Спасибо! — снова скованная улыбка, и Лисовая делает шаг в сторону кабинки.

— Ты куда?

— Переодеваться.

— Зачем? — смотрю на нее в полном недоумении. Я хочу, чтобы сегодня вечером она была в этом платье!

— Неудобно, — Лисовая жмет плечами, — не вздохнуть, не пошевелиться.

А ты не прыгай, как коза-дереза и не дыши как паровоз!!!

— И вот это, — пальцем на свою грудь указывает, — неприлично. Все наружу.

Да все мужики в радиусе километра твои будут! Может я даже поревную, для разнообразия.

— Варь, ерунду не говори! — Очень красиво и ничего неприличного нет! Справедливости ради скажу, что платье действительно красивое и ни капли не пошлое и не вульгарное. Все в нем как надо. Я видал куда более откровенные наряды. — Все. Мы его берем. Прямо в нем и поедешь!

— Ром, — произносит с укором, — ты сам не видишь, что все вываливается?

Вижу! Мне это нравится!

— Не преувеличивай, ничего у тебя не вываливается, — произношу категорично и иду на кассу, оплачивать.

Варя мне в спину чего-то причитает, но я не слушаю, потому что все решил.

Она пойдет в этом платье. Точка.





***


Из бутика выходим в полном молчании. Я раздражен, но вместе с тем испытываю какое-то ненормальное возбуждение, и изо всех сил пытаюсь не пялиться на ее открытую грудь, а Варька красная, как вареный рак идет следом, не оставляя попыток хоть немного, хоть на сантиметр подтянуть выше край ткани. У нее не выходит. Я злорадствую.

Нечего! Пусть выползает из своей норы, и хоть на один вечер скинет с себя привычную шкурку серой Мышки.

Ресторан недалеко, через две улицы, поэтому добираемся до него за пару минут. Я помогаю ей выбраться из машины, галантно подаю руку

Варька тихо смеется и доверчиво льнет ко мне. Такая милая, ласковая, что опять совесть за яйца кусает. Правда не сильно, скорее для виду, чтобы не расслаблялся.

Сам ужин проходит в приятной обстановке. Наш столик в стороне от остальных людей, поэтому Варвара постепенно успокаивается, перестает судорожно дергать несчастное платье, лишь изредка прикасаясь к вырезу рукой, чтобы убедиться, что ее прекрасные титьки не вывалились полностью на всеобщее обозрение.

С ней как всегда хорошо. Можно расслабиться. Не строить из себя самого умного, самого пи***того. Можно просто общаться, смеяться. В такие моменты я ее просто обожаю, за то чувство внутреннего умиротворения, которое она дарит, за свет, которым она так щедро делится, не требуя ничего взамен.

Вечер без спиртного. Я за рулем, а Варе даже бокала вина не заказываю, памятуя о том, во что она превращается, когда выпьет. Нам и так здорово.

Потом едем домой, и в машине будто на высоковольтной линии. Гудит, сверкает от напряжения.

Я хочу ее, и судя по тому, как загадочно блестят у Мышки глаза — она тоже завелась, почувствовала притяжение, искру.

Если у нас все получится, так как мне этого хочется — я буду каждый день ей новые платья покупать и по ресторанам выгуливать.

Едва переступаем через порог, как я на нее набрасываюсь. Жадно впиваюсь в губы, подталкиваю к стенке, наваливаясь сверху. Варя отвечает на поцелуй, но когда пытаюсь забраться ей под юбку, упирается, хватает меня за руки, пытаясь остановить.

— Чего? — смотрю на нее мутным взглядом, а у самого сводит внутренности от нетерпения.

— Пойдем в комнату.

— Не хочу! — снова тянусь к ней, но она уворачивается.

— Рома, тут неудобно.

Все удобно! Вон Ирка как вопила, когда посреди прихожей натягивал… Бл**ь.

Некстати нагрянувшие воспоминания снова породили приступ самоедства, и совесть, злорадствуя, снова высунула свой нос из норы, в которой она пряталась.

Немного стушевался…и отступил. Отпустил. Пошел у нее на поводу.


В результате вечер, на который я так рассчитывал закончился как обычно — сексом в кровати, на простынях. Да, было живее, чем обычно, Варька была отзывчива, как никогда. Но все равно не то. Не так. Я хотел по-другому.





Варенька


— Варь, поднимись ко мне в кабинет, пожалуйста, — просит Неманов по телефону.

— Что случилось?

— Ничего. Рабочие вопросы.

— Хорошо. Сейчас буду, — отвечаю, в недоумении потирая бровь. Он никогда прежде не вызывал меня к себе. Рабочие моменты мы обсуждали обычно вечером, за ужином или после.

Видать действительно что-то важно. Поэтому торопливо собираюсь и бегу к нему.

Пробегаю мимо солидной Роминой помощницы, стучусь в дверь и дождавшись быстрого «да», захожу внутрь.

— Привет, — улыбаюсь искренне, — ты чего хотел…

Рома не дает закончить. Подходит к двери, запирает ее на ключ, берет меня за руку и ведет к своему столу. Я ничего, не понимая, следую за ним, гадая, чего такого важного он собирается мне показать, и к чему такая секретность.

То, что происходит дальше, просто не укладывается в голове.

Неманов без слов разворачивается, впивает в мои губы так, что теряю связь с реальностью. Хватаюсь за широкие плечи, чувствуя, как слабеют и подкашиваются ноги. Он подхватывает меня под зад и усаживает на стол, предварительно сметая с него бумагу. Растерянно смотрю как белые листы, взметнувшись, живописно разлетаются по полу.

— Рома, — шепчу, внезапно потеряв голос, — ты чего?

— Ничего, — нагло тянет низ юбки кверху, — хочу тебя. Здесь и сейчас.

Пока я моргаю, удивленно глядя на него, он задирает подол до самой талии и бесцеремонно накрывает рукой промежность.

Его прикосновение отрезвляет, словно ушат ледяной воды.

— Ты чего??? — шиплю, испуганно гладя на дверь, — у тебя в приемной помощница сидит!

— Она за это деньги получает, — невозмутимо отвечает и снова пытается прикоснуться. На этот раз я на чеку, перехватываю его руку, а сама ноги плотно сжимаю, ограничивая доступ к телу.

— Так нельзя!

— Почему!

— Да, потому что нельзя! — отпихиваю его от себя и соскакиваю со стола. Где это видано, придаваться разврату, когда за стеной другой человек сидит? А если заподозрит чего-то? Если, не дай Бог услышит, чем мы тут занимаемся??? Это же потом стыда не оберешься!

— Варь, ты как ребенок! — Неманов тоже понижает голос, — почему бы не попробовать! Адреналин, азарт. Да и дверь заперта!

— Это неприлично! — сердито грожу пальцем. То, что дверь заперта, это тоже лишний повод для сплетен! Как он этого не понимает.

— Кто тебе такое сказал?

— Это я сказала! — своей выходкой он меня откровенно разозлил. Совсем разум потерял, если такое предлагает. Ладно, понимаю дома, но здесь!!! Уму не постижимо.

— Хватит глупостями страдать! — он пытается схватить меня за руку, снова к себе притянуть, но я сопротивляюсь. В серьез. Без шуток. Отталкиваю от себя его руки.

Наконец Неманов это понимает и останавливается. Смотрит так, что у меня внутри все сжимается. Недобрый взгляд, нехороший. Но мне все равно. Я не собираюсь под него прогибаться и делать то, что считаю недопустимым. Пусть хоть испепелит своими глазищами!

— Вечером об этом поговорим! — произношу строго, поправляю юбку и иду к дверям, — а сейчас мне пора. У меня работа!

— Ну и вали на фиг, — бросает мне в спину, от чего в груди жмет.

Ничего не отвечая на такой выпад, просто выхожу из кабинета. Пулей пролетаю мимо помощницы, очень надеясь, что она не заметит моего румянца, и возвращаюсь к себе, на свое рабочее место.

Оставшийся день у меня все валится из рук и мысли заняты только одним. Предстоящим разговором с Ромой. Это же надо чего удумал! На рабочем столе! Днем! Когда куча народу и в любой момент могут постучать в дверь!





Роман