Супергерой для Золушки

– Эй, – его руки сжали мои плечи.

– Артем, – хватая ртом соленый морской воздух, склонила голову. – Позволь мне… Можно я… Мне…

– Говори уже, Варь. – Выругался и прижал меня к себе крепко. – Все нормально, это просто первый раунд. Партия будет за нами.

Постаралась не разреветься, всхлипнула, изо всех сил удерживая слезы, рвущиеся уже из глаз, хотя и знала, что он мне их обязательно простит. Не могла быть слабой. Не имела права. Какой угодно: злой, в бешенстве, расстроенной, удрученной, но только не разбитой. И только не при своих подчиненных. Выпрямилась, сжав руки в кулаки, и подняла на него взгляд.

– Можно мне сесть за руль? – Ужасно хотелось его обнять, но в трех шагах от нас отъезжали от дома машины с оперативниками.

Артем уставился на меня, не понимая.

– Да… – Не отрывая глаз от моего лица, вложил в ладонь брелок. – Но в таком состоянии…

– Просто, – сжала губы, не позволяя им дрожать. – Это меня обычно успокаивает.

Моя грудь высоко вздымалась от частого дыхания.

– Конечно, – тихо сказал он, кивнув.

Отошел, позволяя мне пройти. Застыл, наблюдая за каждым движением и, кажется, боялся даже выдохнуть. Обошла его и села за руль, завела двигатель. Артем опустился на пассажирское сидение, заложил руки за голову и уставился вдаль.

– Боишься, Грин? – Спросила, делано усмехаясь, и сдала задним ходом. Вырулила и направила автомобиль по дороге вниз.

– Нога у тебя опять заболит, – перемещая ладони на уставшее лицо, произнес он. – Беспокоюсь.

А я думала, за машину свою боится.

Выехала на набережную и добавила скорости.

– Доверяешь мне? – Спросила, хватая ртом воздух. Опустила до предела стекло со своей стороны. Больше воздуха, больше ветра. Меня ощутимо трясло. – Доверяешь?! М?

Он не смотрел на меня.

Сильнее вдавила педаль газа. Обогнала сначала одну машину, потом другую, повернула на извилистый горный серпантин, откуда открывался обалденный вид на море и на город.

Лучше бы я поревела. Эмоции, бушевавшие в душе, отчаянно просили выхода.

– Все ожидаемо, Варя. – Артем задумчиво потер пальцами пробивающуюся щетину на лице. – Кто-то слил информацию о том, что мы вышли на Валеру, он же предупредил, что у нас ордер. Подумай хорошенько, кому ты можешь доверять.

– Господи, – немного снизила скорость, въезжая в крутой поворот. Ветер безжалостно хлестал меня по щекам, взлохмачивал волосы, царапал шею. – Да мы же все вместе, мы под пулями ходим, мы друг друга своими спинами готовы прикрыть в любую секунду… Как я могу им не доверять?!

– А Лунев?

Посмотрела на него удивленно и покачала головой.

– Нет.

– Почему? – Черные глаза усмехнулись.

– Просто нет. – Пожала плечами, отвернулась к дороге. – Нет и все.

– Потому что он тебе нравится?

Чуть не нажала одновременно на газ и на тормоз. Во рту пересохло.

– Не поэтому, – ответила, часто моргая. – Я его… чувствую. Знаю. Он не мог.

– Чувствуешь… – Теперь его глаза не смеялись, смотрели уязвленно.

– Это не он. – Повторила упрямо.

– Удивительная штука – женская интуиция. Она видит все, кроме лежащего буквально на поверхности.

– Перестань.

– Да пожалуйста, – развел руками.

– Это здесь, – немного притормозила, рискуя останавливаться на таком участке дороги.

– Что? – Он приподнялся и посмотрел вокруг.

Горы, узкий серпантин, поворот, крутой обрыв. И море.

– Мой отец…


– Останови. – Сказал твердо.

Взяв себя в руки, отдышалась, сбросила газ, прижалась к обочине и заглушила двигатель. Внутри все клокотало, хотелось закричать от бессилия и свернуться в комочек от жалости к себе одновременно. Дернула на всякий случай ручник – на таких крутых склонах это не бывает лишним. В салоне повисла тишина, лишь через открытое окно доносился мерный гул волн внизу.

Артем решительно открыл дверь и вышел. Последовала его примеру.

Ветер разыгрался не на шутку. Каждым дуновением старался сорвать с нас одежду, больнее ударить в лицо, сбить с ног. Или просто так казалось потому, что мы были теперь на возвышении. Справа тянулся длинный мыс, на нем виднелся одинокий маяк и белеющий над высоким обрывом памятник погибшим на пароходе «Адмирал Нахимов». Металлические трубы разной высоты врезались в небо, словно оборванные человеческие жизни, бетонный круг опоясывал их у основания точно беспощадная волна, захлестнувшая судно одним резким ударом в тот роковой день.

Мы подошли к краю и уставились вниз. Пароход все еще лежал где-то на дне, скрытый глубинами от посторонних глаз. Почти так же, как и тайна гибели моего отца, он оставался похороненным здесь навсегда.

– Папа ехал оттуда, – указала на дорогу рукой, пытаясь прятать лицо от ветра за собственным плечом. – Потом… – Провела пальцем траекторию к краю обрыва. – Раз… и все…

Артем подошел опасно близко к краю и посмотрел вниз, туда, где шумные волны, словно голодные звери, набрасывались на горную породу.

– Высоко… – Поставил передо мной преграду своей рукой, не давая приближаться. – Но…

Задумался о чем-то.

– Это так несправедливо. Неправильно. – Простонала, не в силах больше сдерживать эмоций. Вцепилась в рубашку Артема дрожащими пальцами. – Был человек, и не стало. Даже не смогли попрощаться, не было похорон, ничего. Хотя бы увидеть его обезображенное тело, хотя бы прикоснуться в последний раз… Обнять… Так больно…

Новый порыв ветра буквально швырнул меня к краю, но сильные руки вовремя перехватили и оттащили подальше. Мимо пронесся, чуть не задев нас, автомобиль. Громко посигналил. Заметила, как Артем, прижимая меня к себе, показал ему неприличный жест. Вытерла ладонью слезы и уставилась в темнеющее небо. Холодной щекой прижалась к горячей шее Гринева и почувствовав, как его руки гладят спину, зажмурилась.

– Похороны… – Тихо произнес он. Словно перестал дышать. Затем огляделся по сторонам и потащил меня за руку к машине. – Садись, Варя. Я вспомнил.

– Что? – Размазывая соленую влагу по лицу, спросила я и послушно устроилась на пассажирском сидении.

– Похороны. – Он завел двигатель, закрыл окна и резко развернул автомобиль. – Я видел Стручкова на похоронах первых жертв.



***



Мы поднялись по ступенькам в небольшое здание, находившееся на одной из центральных улиц. Двухэтажное деревянное строение прошлого века, куча офисов, решетки на окнах и старенькие кондиционеры, висящие словно тяжелые скворечники над ними.

Артем приветственно махнул сонному охраннику и увлек меня за собой по коридору. Наконец, мы вошли в просторный и очень светлый офис, заставленный столами и разнообразной оргтехникой. Внутри было очень уютно: белые стены, дающие простора при не очень высоких потолках, жалюзи на окнах, массивные лампы вдоль по периметру потолка.

– Привет! – Как-то облегченно и даже радостно, вдруг воскликнула черноволосая кудрявая мулатка с пухлыми губами, встала из-за стола, заваленного газетами, и бросилась моему спутнику на шею.

Другие сотрудники тоже заметно оживились. Меня, кажется, никто даже не замечал. Некоторые повскакивали со своих мест, хватая на ходу кипы бумаг и планшеты, окружили Гринева и принялись, перекрикивая друг друга, задавать вопросы. Как я сразу поняла, по работе.

– Сейчас-сейчас, подождите. – Он высвободился из объятий «мулатки-шоколадки» в облегающих джинсах и коротком топе и жестом попросил тишины. – Не все сразу, давайте по порядку. И… – Отыскал глазами меня, стоящую скромно в углу и сгорающую от ревности, сделал шаг и взял за руку. – Знакомьтесь, это Варя. Нам с ней нужно сейчас уладить кое-какие дела, потом решим все вопросы, хорошо?

Все дружно закивали и принялись здороваться со мной.

– Варя? – Откинув волосы назад, кудрявая красавица уставилась на меня с неподдельным интересом. Посмотрела на Артема, снова на меня, широко улыбнулась и протянула мне руку. – А я – Изабелла.

Пожала ее.

– Приятно познакомиться…

– Многое сразу стало мне понятно, – она, очевидно сделав для себя какие-то выводы, несколько раз кивнула. Обернулась и посмотрела на Артема. – Можно теперь не ждать твоего возвращения? – Рассмеялась, вгоняя его в краску. – Складываешь полномочия и передаешь газету мне?

Гринев тяжело выдохнул.

– Варя, Изабелла – моя сестра.

Мулатка принялась хохотать.

– Обожаю этот момент! – Хлопнула меня по плечу. – Ты бы себя видела! Что, мы с ним разве не похожи?

– Нет… – Выдавила, смущаясь.

– Сводные, – пояснила девушка, подмигнув. – У нас отцы разные. Ну, ты проходи, будь как дома. Чай, кофе?

Улыбнулась.

– Нет, спасибо.

– У нас срочное дело. – Артем увлек меня за собой в помещение со стеклянными перегородками в самом углу. – Входи.

Не маленький, но и не просторный. Кабинет. Я огляделась и села на вращающийся стул. Кругом царил настоящий беспорядок. Бумаги, газеты, макеты, повсюду, даже на стенах клейкие стикеры с какими-то напоминаниями. Но Грин, похоже, хорошо во всем этом ориентировался. Включил компьютер и принялся что-то сосредоточенно искать у себя в столе.