Супергерой для Золушки

– Разумеется, нет, – несколько раз, будто самому себе, кивнул Артем и медленно заскользил ладонями вверх по моим бедрам.





15.




– Так, все. – Стиснула пальцами его ладони, посмотрела в глаза. – Остановись. – Убрала наглые руки от себя подальше. – Мы здесь, Грин, серьезными вещами занимаемся, у нас тут не дом свиданий.

Он не торопился сходить с места, поэтому пришлось его отодвинуть, чтобы спрыгнуть со стола. И это было моей первой ошибкой.

– Бляха! – Воскликнула, прыгая на одной ноге и теряя равновесие.

Ну, вот, уже ругаюсь. Кажется, терапия по выходу из зоны комфорта прогрессировала слишком высокими темпами.

– Куда ж ты торопишься вечно, – Артем подошел и подхватил меня за талию. – Неугомонная женщина. Говорили же тебе: повязку наложить нужно. И сними вторую туфлю, скачешь на каблуке, опять навернешься.

Позволила ему приподнять себя и освободить от обуви.

– И что теперь? – Вздохнула, неловко одергивая юбку. – Как мне теперь работать?

– Ну… – Гринев пожал плечами, раздумывая. – Наложим гипс, будешь носить калошу… Придется тебе меня слушаться…

– Ага. Конечно, – произнесла недоверчиво, пытаясь считать по глазам, шутит ли он. – Калошу? Гипс?

– Ладно, – рассмеялся он, придерживая меня под локоть, – всего лишь тугую повязку, чтобы немного зафиксировать ногу. Придется тебе походить в тапочках некоторое время. Поехали в травмпункт.

– Вот, блин. – Дотянулась и подхватила со стула сумочку. – А ты меня потом отвезешь к судмеду?

– Буду хоть целый день катать по городу. Куда скажешь.

– Ау-а-ау-а-а-а-у!!! – Застонала, пытаясь встать на поврежденную ногу. Ошибка номер два.

– Пойдем, – довольно улыбнулся, протягивая руки. – Тебя покатает большая черепаха.

– Я сама могу. – Заявила, гордо задрав подбородок. – Чтобы весь отдел пялился, как ты меня на руках тащишь?

– У тебя ж производственная травма. – Подошел ближе. – Что тут такого?

– Нет.

В задумчивости почесал шею:

– Сама тянешь. А где-то преступник разгуливает…

– Вот гад. – Запрыгала на здоровой ноге к двери.

– Упрямица! – Донеслось из-за спины как раз перед тем, как его сильные руки подхватили меня и с необычайной легкостью закинули на плечо. – Не хочешь по-хорошему, будет так.

– Эй! – Задергалась я, невольно разглядывая его крепкую задницу. – Отпусти! Я согласна, согласна, только бери нормально, что ж ты меня, как мешок картошки-то поволок?! – И услышав, что он открыл дверь, перешла на шепот: – Не смей меня тащить через весь отдел в таком виде!

Но Артем не двигался с места. Молчал почему-то.

– Эй, Грин, – прошептала, болтая ногами и думая только о том, сильно ли задралась моя юбка. – Ты что встал?

– Помочь? – Донесся до моих ушей тяжелый выдох Лунева откуда-то из коридора.

– Сами справимся, – усмехнулся Артем, перекидывая меня обратно через плечо, словно куклу, устраивая удобнее на вытянутых руках и крепко прижимая к своей груди. – У Варвары Николаевны производственная травма, растяжение лодыжки.

– Привет, – выдавила, сдувая с лица упавшую прядь и густо краснея.

– Я помогу. – Смерив нас недоверчивым взглядом, сказал Егор.

– Тогда подбери ее туфли и закрой кабинет, – улыбнулся Гринев и посмотрел на меня, – дай-ка ему ключи, капитан.



***




Кучерявые, досиня черноволосые, с хорошо заметными полосками темных усиков над верхней губой, сверкающие раскосыми глазами под густыми бровями и в ярких одеждах: золотистых, огненно-красных, украшенных цветами и желтыми всполохами, будто язычками костра. В теплых платках на плечах и головах. И это в такую-то жару.

Цыганки.

Они тарахтели наперебой и чирикали, словно стая воробьев, окружая Грина плотным кольцом на площади у станции.

– Сейчас оберут до ниточки. – Произнесла, открывая окно и пытаясь прислушиваться. – К вам ведь недавно одного привозили, который им под гипнозом все деньги отдал и даже обручальное кольцо? Помнишь, Руслан?

Обернулась. Парень лежал, свернувшись комочком, на заднем сидении гриневской «мазды» и спал с открытым ртом. Усмехнулась. Бедный. Кто ж выдержит несколько суток дежурства подряд? Постоянные совещания, координация действий, разработки, усиленный поиск решений и зацепок, патрулирование. Мы с Артемом только приехали, а они-то с Олегом всю ночь были на ногах.

Вновь посмотрела в окно. Гринев хохотал, размахивая руками и отчаянно жестикулируя. Вот же ненормальный. Зачем он их, вообще, к себе подпустил? Это еще, наверное, опаснее, чем лезть в лапы к потенциальному маньяку. Оставят его, бедного, без трусов, а я виновата буду. Вон, какой придурковатый вид на себя напустил, явно заболтали. Сейчас начнет наличность из кошелька выворачивать.

А, вообще, забавный он. И с ним весело… Если бы не серьезность дела, над которым работаем, хохотали бы мы, наверное, без умолку.

– Привет, – Егор, вдруг открывший водительскую дверь и севший внутрь, заставил меня подскочить на месте.

– Привет, – улыбнулась, принимая из его рук стаканчик с кофе и что-то завернутое в бумагу. – Что это?

– Заезжал к маме, она испекла пирог. – Он прищурился от солнца. – Передала тебе с наилучшими пожеланиями.

– Ух ты… – Втянула носом чудесный аромат мяса, картофеля и лука. – Спасибо… – Заметила, что зеленые глаза Лунева смущенно скользнули по моему лицу и тут же, словно пожелав спрятаться, уставились куда-то сквозь лобовое стекло. – А ты какими судьбами здесь?

Он нахмурился.

– Так мой душегуб никак не желает общаться. От допроса к допросу мариную его, мариную, а ему хоть бы хрен. Вот настраиваюсь на последний рывок. Знаешь ведь, что они больше всего не любят? Что их слава достанется кому-то другому. Попробую намекнуть ему на это, может, сработает. – Покачал головой, разглядывая табор в двадцати метрах от нас. – Он им гадает. Он, мать вашу, гадает цыганам!

– Кто?

– Твой верный рыцарь. Смотри.

Обернулась и уставилась, не веря собственным глазам. Этот чертов Грин умудрился не только избежать участи быть окученным цыганами, но и сам их развел. Хрустящие купюры одна за другой исчезали в его кепке. Пасы руками, серьезный вид, и вот он уже рассказывал им что-то с видом заговорщика, водя пальцем по ладони одной из черноволосых смуглянок.

– Вот же авантюрист! – Ахнула я.

– Не надоел он тебе еще? – Лунев развалился на водительском кресле, поправляя светлую рубашку. – Толку от него, наверное, никакого.

– Да почему же… – Все так же глядя в окно и ловя каждое движение, промычала. – Толк вроде есть.

– Интересно, какой? – Хмыкнул он. – Возить тебя и забирать утром я и сам могу. – Покосился на спящего сзади Руслана. – Попроси Пороха, чтобы избавил тебя от этого Грина.

Улыбнулась, разворачивая хрустящую бумагу и вдыхая пар, исходящий от горячего пирога.

– Да все нормально.

– Ну, смотри. – Лунев постучал пальцами по рулю. – Я тут немного раскопал…

– Говори.

– Гринев твой родился дважды. Один раз двадцать девять лет назад, а другой раз полтора года назад. Между этими датами только учеба в школе и столичный универ. Больше ничего – стерильно.

– Да?

– Да. Пришлось наводить справки у местных братков. Короче, занимался он цветными металлами, выступил посредником в крупной сделке. Что-то пошло не так, и остался должен твой Артем крупную сумму серьезным людям. Очень крупную, понимаешь? А вот дальше никто не знает, как именно он это уладил: пропал парень, уехал, а фирму перекупил его друг – предприниматель Киселев. Но раз вернулся Гринев в город, значит, никому ничего теперь не должен? Так выходит? Подумаю еще, у кого узнать. – Егор развернулся ко мне. – Не страшно проводить так много времени с человеком с такой сомнительной историей?

– Кхм… – Прочистила горло, переводя взгляд на Гринева. Тот уже направлялся к машине с кепкой, туго набитой купюрами, на голове. – Стал бы Порох подвергать меня опасности? Это же его племянник…

– А ты все равно будь настороже.

– Спасибо, Егор. – Вздохнула, пытаясь отогнать прочь дурные мысли. – Я… твоя должница.

– Ерунда. – Его голос прозвучал расстроенно. – Ничего ты мне не должна, хромоножка. Я просто за тебя переживаю, не доверяю этому Грину…

– Да нормальный он парень, – послышалось с заднего сидения. Руслан заворочался и, зевнув, приподнялся. – Толковый, веселый, надежный вроде. Пристали к нему тоже. – Потянулся, сел и дернул плечами, скидывая с себя остатки сна. – Все нормально, Егор, не дадим мы в обиду нашу Николаевну никому, не переживай. – Вскинул брови. – О, это что? Пирог? Мммм… Угостишь? Со вчера ничего не жрал.



***



– Цыган развести на деньги, это сильно.

– Да я, вообще, находчивый. – Рассмеялся Артем, терпеливо ожидая, пока я не торопясь поднимусь на второй этаж, ступая аккуратно и все еще немного прихрамывая. Он шел следом, готовый в любую минуту меня подхватить. Чего, надо признаться, совершенно не требовалось. – Словоблуд. Кого угодно заболтаю.

– Сейчас ты познакомишься с настоящей словоблудницей, и поймешь, что твои таланты – ничто, по сравнению с ее мастерством. – Обернулась. – Значит, говоришь, они не заметили, чтобы кто-то посторонний терся на станции?