Супергерой для Золушки

Трахались? Вот именно. Но у меня не получилось бы сказать такое вслух даже просто случайной знакомой, а это – Аня. Которая столько раз меня выручала, столько раз протягивала руку помощи, не требуя ничего взамен.

– Трахались, – она сказала это за меня. Беззвучно рассмеялась, сотрясаясь всем телом.

Даже испугался, что она сейчас заревет.

– Прости меня, – подобрал самые банальные слова, – не думал, что так получится. Я не хотел.

– Ты дал мне ключи от своей квартиры, Артем. – Напомнила девушка, повернувшись и одним взглядом требуя ответа.

– Чтобы ты выгуливала мою собаку, когда меня долго нет дома. Разве не так?

Это слова отправили меня прямиком в ад.

– Вот гад, – она скривила губы, судорожно открыла сумочку и бросила в меня связку ключей.

– Прости, – добавил, сглотнув.

Подобрал ключи, убрал в карман.

– Я пошла. – Закинула цепочку от сумочки на плечо.

– Стой. – Перехватил ее руку, собиравшуюся открыть дверь. – Отвезу тебя домой.

– Не нужно!

– Отвезу. – Завел двигатель и направил автомобиль прочь со стоянки. – Аня, я же предлагал тебе тогда деньги за помощь, ты отказалась. Мне хотелось, чтобы между нами все было по-честному. Чтобы ты не думала, что я пользуюсь твоей добротой.

– Теперь ты меня еще и унижаешь. – Она отвернулась, качая головой. – Я помогала тебе по-дружески, мне ничего за это не нужно было. Но потом, когда мы с тобой… когда ты и я… мне показалось, что все может у нас получиться.

– Мы с тобой никогда не были вместе, Аня. Извини, если заставил тебя так думать. – С силой сжал руль. – Я не собирался ни с кем заводить никаких отношений и, между прочим, говорил тебе об этом.

Усмехнулась, пристегиваясь.

– Для нее ты сделал исключение.

Покачал головой.

– Нет.

Решила прожечь меня взглядом.

– Я же видела, как ты на нее смотрел.

Тяжело выдохнул.

– Нет.

Отвернулась, сжимаясь от обиды в комок.

– Больше не переступлю порог твоей квартиры.

Кивнул.

– Хорошо.

Всхлипнула.

– Даже если тебе вдруг очень захочется секса с симпатичной, всегда готовой услужить, соседкой, не смей больше звонить в мою дверь. Даже, когда она тебя кинет.

– Как скажешь.

– Не думала, что ты такой бесчувственный.

– Прости.



Выйдя из машины, Аня сразу метнулась к лестнице. Быстро перебирая ногами по ступеням, взобралась на второй этаж и, метнув в мою сторону последний разочарованный взгляд, направилась к своей квартире. Быстро открыла дверь ключом и скрылась внутри, не забыв хлопнуть ею так, что задребезжали сразу все окна.

Втянул голову в плечи и поморщился. Хороший был дом. Красивый и удобный. По типу американского мотеля, где дверь в каждую квартиру выходила не в подъезд, а прямо на улицу. Не хотелось бы переезжать, но в домишке, где-нибудь на берегу, нам будет определенно лучше. Заодно не буду больше мозолить ей глаза.

Жаль, что так получилось.


Знал же, что плохая идея. И зачем в тот день руки, будто сами, потянулись к ее бедрам? Лежал бы себе, терпел, пока она тебе спину обрабатывала. Вот же чертов дебил. Сам все испортил.

Закрыл машину, неспешно поднялся по массивной железной лестнице и открыл двери своей квартиры. Здоровенный пес, виляя хвостом, подбежал и радостно закружился волчком возле ног.

– Привет. – Похлопал его по спине, присел на корточки рядом, почесал ему загривок. Встал, взял с крючка в прихожей ошейник с поводком. – Пойдем-ка, дружище, прогуляемся. Подумаем, как нам дальше быть.

И пес пулей понесся вниз, не дожидаясь, когда его пристегнут. Я спустился следом, стиснул зубы, решая, принять ли таблетку, или обойдется. Нет. Лучше еще потерпеть. Достал из кармана леденец, избавил его от обертки и быстро закинул в рот. Обогнул дом и направился по дороге вниз, к морю.

– Ты ждешь, – усмехнулся, заметив, что мохнатый остановился возле дерева. Накинул на него ошейник, погладил. – Хороший парень. Хор-р-роший. Ну, пойдем.





14.




Пробовала сопротивляться:

– Нет, мне завтра вставать рано. Еще и кота покормить нужно.

Но была похищена двумя весьма экстравагантными соседками прямо с лестничной клетки:

– Пошли-пошли!

И вот теперь сидела уже второй час на их балконе, развалившись на кресле, попивая холодное белое вино и рассказывая подробности своего свадебного приключения.

Вдалеке, за крышами домов, растянулось бесконечное море, справа на краю мыса мигал с разной частотой белый колпачок маяка, а мы сидели втроем на открытой площадке, огражденной перилами, и любовались всей этой красотой.

– Ох, – наверное, в сотый раз вздохнула Вера, болтая ногами. – Даже не знаю, что сказать.

– Да. – Подтвердила я, покусывая губу. – И где-то там, в моей квартире лежит платье – единственное доказательство того, что этот сон бедняжке Золушке не приснился.

– И ты еще хочешь сказать, что расстроилась? – Вступила Ника, свешивая ноги с кресла и взбивая ими густой вечерний воздух с запахом соли.

– Конечно. – Созналась, разглядывая серебристый лунный свет, преломляющийся в стенках бокала. – Он же мне понравился. И скажу даже больше: я чувствовала нечто такое, чего вообще никогда не испытывала. Поэтому мне немного обидно. Даже не знаю, почему. Хотя… что, вообще, о нем знаю? То, что у него есть девушка, а он позволяет себе спать с кем попало?

– А ты ждала, что ваша ночь потребует от вас каких-то обязательств в дальнейшем?

– Мм… Нет. – Постучала ногтем по стенкам бокала. – Но думала, что мы оба свободные люди, делаем, что хотим, а там, дальше, будет видно.

– Тебе было хорошо? – Задумчиво спросила Ника, максимально выдвинула свой язык изо рта (будто конвейерную ленту) и устроила на нем кусочек сыра.

– Не то слово.

– Тогда фто тебе мефает повтовить? – Спросила она, когда сыр исчез в ее рту.

– Ничего. – Пожала плечами. – Просто он… особенный. С таким мужчиной всегда мало простого телесного контакта, хочется быть связанной и душевно.

– Особенный? – Мечтательно спросила Вера.

Уверена, она мысленно проживала сейчас все пересказанное мною и уже кружилась в танце с прекрасным незнакомцем.

– Да… – Кивнула, закрывая глаза. – А эта ночь… Плевать, почему он сбежал. Плевать, чем все потом кончилось. Это была одна из тех ночей, за которые не жалко и полжизни отдать. И если все вернуть обратно, то я, пожалуй, снова поступила бы так же…

– Я тоже, как его увидела, – рассмеялась Ника, – сразу отметила: не зря мы Варьке средства защиты в клатч подкинули. Это ж какой жеребец, какой вклад в генофонд страны, если охомутать такого!

Почувствовала, как густая красная краска собирается на моем лице от одного только воспоминания о том вечере.

– Может, я дурочка, что такое вам рассказываю… Но с ним… – Допила залпом вино, ощущая волнение, мешавшее говорить. – С ним в первый раз мне было хорошо. Так хорошо.

Уютное гнездышко, свитое нами на балконе, разом превратилось в молчание. Девчонки смотрели на меня непонимающе, а я все никак не находила слов, чтобы простыми словами объяснить такие сложные вещи.

– Подожди, – Ника потрясла головой, будто пытаясь прояснить сознание, и разлила по бокалам остатки вина. – Ты сейчас на что намекаешь?

– Я до этого никогда… – Злясь на саму себя за болтливость, прикусила язык. – Мне, конечно, было хорошо с Альбертом. И все такое…

– Не-е-е-ет!!! – Вытаращила глаза Ника.

– Да ла-а-а-адно! – В ужасе отшатнулась Вера, схватила бокал и жадно припала губами к напитку.

– Ты. Хочешь сказать. – Глаза Ники сверлили меня в ожидании признания. – Что. Никогда. До этого. Ни с кем. Не… – Она склонилась к моему лицу, взглядом, словно клещами, вытягивая признание. И резко воскликнула: – Не кончала?!