Страна Норы Робертс

— А… да. Он самый младший. Кит, надень шапку.

— А где он живет?

— В пригороде Нью-Йорка. — А потом Пегги резко встала. — Думаю, я присоединюсь к их битве.

Она сошла с террасы и набросилась на брата прежде, чем Мередит успела ее спросить еще о чем-то. Они боролись, но ее удар одной ногой в воздухе сбил его с ног. Он засмеялся и обсыпал снегом ее пальто.

Мередит обхватила себя руками, наблюдая за ними. Пегги как-то странно обмолвилась о другом брате. Мередит задавалась вопросом, почему Таннер никогда о нем ничего не упоминал, но, с другой стороны, она особо и не расспрашивала его о его прошлом, о его семье. Возможно, время пришло.

— Мередит, — позвал ее Таннер, его нос стал восхитительно красным. — Тащи сюда свою задницу и присоединяйся к нашей борьбе.

Хватит анализировать и раздумывать. Несмотря на то, что на ней было надето платье под пальто, она все же решила вступить в снежную борьбу. Она бросилась на него, забросав снегом.

Он нахмурился.

— Приятно видеть, что ты не бросаешься снежками, как девчонка.

Обе девушки на мгновение замерли, прежде чем наброситься на него.

— Предатели! — крикнул он, когда Пегги и Кит присоединились к борьбе.

Мередит прыгнула Таннеру на спину. Прежде чем она успела моргнуть, он сбросил ее на снег, наклонившись над ней.

— Скажи «Сдаюсь», — пропел он, прядь волос упала ему на лоб.

Она встретилась с его взглядом и весело улыбнулась.

— Я сдаюсь.

И для ее исцеляющего сердца это было много.

Должно быть, он вспомнил их разговор в Хэллоуин, потому что его глаза заблестели, и он нежно поцеловал ее в нос. Так как они не могли продолжать целоваться, она быстро засунула свой язык ему в рот и засыпала снегом его шею.

— Эй! — Отпрянул он.

Она оттолкнула его и побежала к дому, ее смех паром клубился в холодном воздухе. На бегу она подняла глаза и увидела родителей, наблюдающих за ней из окна. Они выглядели загорелыми и отдохнувшими. И до сих влюбленными друг в друга.

Она смирилась уже с тем, что у нее никогда не будет такой любви, как у них, но каждый раз, когда Таннер поражал ее больше и больше, она начинала верить, что нашла свою собственную Страну Норы Робертс.



41



Таннер подоткнул одеяло вокруг Кита, который извивался, как червяк, на массивной кровати королевских размеров.

— Спокойной ночи, приятель.

— Не хочу спать, — сказал он, отпихивая одеяло.

Пегги поцеловала его в щеку.

— Плохо. Тебе давно уже пора спать. Скажи спасибо, что День Благодарения мы праздновали не дома. Я бы заставила тебя лечь спать еще раньше.

— Ты такая строгая, мам.

— В комплекте со значком, да. — Она похлопала его по носу. — А теперь поцелуй дядю Таннера на ночь.

Кит обнял его своими маленькими ручками, а Таннер взъерошил ему волосы. Обожание мальчика было лучше, чем вручение Пулитцеровской премией с точки зрения жизненных достижений. Он поцеловал его в голову.

— Люблю тебя, малыш.

— И я тебя. Гюго может спать в моей комнате? Пожалуйста!

Он приподнял бровь, посмотрев на Пег.

— Ладно, но мы все равно не заведем собаку.

— Ноооо, мам!

Ее пристальный взгляд остановил бы вооруженное ограбление.

Он с обидой посмотрел на мать, и остатки зубной пасты в уголке его губ стали еще заметнее.


— Ладно, извини. Мы должны подождать, пока я стану старше, дядя Таннер. Вот чёрт.

— Мы пришлем Гюго к тебе, но, если я услышу разговоры, он вернется вниз.

Таннер подмигнул Киту, прежде чем закрыть дверь, позвав собаку.

— Хочешь чего-нибудь выпить? — спросил он Пегги, когда они спускались по лестнице на кухню.

— Кофе. — Она уселась на барный стул, наблюдая за ним, пока он насыпал кофе.

— Что? — наконец спросил он.

— Я ничего не говорила.

— Да, но ты о чем-то думаешь. Давай выкладывай.

Она откашлялась.

— Ты не говорил мне, что любишь ее.

Он уронил кофейную ложку, рассыпав кофе по столешнице. Выругался и схватил полотенце.

— Это не мое дело, поэтому мне не следовало говорить, но все серьезно, Таннер.

— Господи, неужели ты думаешь, что я этого не знаю?

— Так ты влюблен в нее?

Он сверкнул глазами.

— А что, это серьезное преступление?

— Нет, но я хочу услышать это от тебя.

— Я люблю ее, да. — Даже для его ушей его голос звучал как-то хрипло.

Она всплеснула руками.

— Тогда скажи ей всю правду. Чем дольше ты выжидаешь…

— Думаешь, я этого не знаю? — Он постучал по крышке кофейника.

— Ладно, не буду больше тебя мучить. — Она стала барабанить ногтями по столешнице островка. — У Мередит имеется компромат на Соммервиля.

— Господи, Пег. Как ты это узнала?

— Я поняла из разговора. Она ужасная лгунья, совершенно не умеет врать.

— Я знаю.

Она выгнула бровь, услышав его рычание.

— Лучше бы я спросил, а не ты.

— Она ничего не заподозрила.

Ее фырканье заставило его заскрипеть зубами.

— Прошу тебя, я профессионал. Что ты собираешься делать?

— Я все расскажу ей, когда ты уедешь. Ладно? Отвали от меня. Это достаточно сложно, потому что не знаю, как вся эта ситуация повлияет на Дэвида.

— Он уже взрослый. Любое обещание, которое ты давал маме…

— Не имеет срока давности, сестренка. — Таннер посмотрел вниз, пытаясь сдержать себя.

На кухне воцарилась тишина.

Она отставила кружку с кофе в сторону.

— Хорошо. Я заткнусь на эту тему. Давай еще раз пройдемся по информации, что нам известно об убийствах двух людей. Посмотрим, не упустили ли мы чего-нибудь.

Таннер достаточно разбирался в полицейских тонкостях, чтобы понять, как работает Пегги. Снова и снова просматривая все файлы, всю информацию, пока что-то не всплывет. Через час он вошел в свою комнату, ему захотелось пинком захлопнуть дверь. Ничего не всплыло.