Ставка на ведьму

– Условие Горианны. Да и над лесом искажающий щит поставлен, координаты сбивает. Портал-то в принципе открыть можно, только неизвестно, куда тебя из него выбросит. Ты же не хочешь в стене оказаться? Или на дне океана?

Я не хотела, поэтому нервно помотала головой и пошла вперед по знакомой тропе. Правда, слишком уж интересно было, с кем мы только что общались, так что от расспросов удержаться не смогла. Едва мы отошли от дома, сразу же полюбопытствовала:

– А кто она вообще такая?

– Горианна – старейшая из темных ведьм на данный момент. Инициацию она проходила еще во времена моего прадеда.

– Ого!

Нет, я подозревала, что ведьма стара, но чтобы настолько? Ей же под четыреста лет, получается! Учитывая, сколько за это время темных ведьм было уничтожено, просто удивительно, как ее не тронули.

– Спокойная, в магические конфликты и заговоры никогда не вмешивалась, потому и жива до сих пор, – легко догадавшись о причинах моего восторга, пояснил Алистер. – Как и ты, кстати, растения любит.

– Да я уж заметила, – я кивнула и покосилась на ближайшую шипастую лиану. Та, правда, теперь никакого интереса к нам не проявляла, как и вся остальная окружающая растительность. – Значит, вы давно знакомы? Поэтому она вам помогать стала? Ведь это у нее вы рецепты темных зелий для меня брали?

– У нее, – Алистер кивнул. – Но лично мы познакомились недавно. Собственно, твое появление и подтолкнуло меня к поиску подходящей опытной ведьмы. Благо архивы наша семья ведет тщательно, так что сложностей с выбором не возникло. Варить необходимые зелья она, правда, отказалась наотрез именно из-за правила ни во что не вмешиваться. Но рецептами делилась, а потом заинтересовалась тобой.

«Уверена, не без вашей помощи», – мысленно хмыкнула я. Как я уже убедилась, лорд Алистер хорошо понимал людей и их слабости, а потому неспроста для контакта именно старуху Горианну выбрал. Такую, для которой избавление от мук смерти наиболее актуально. Затем в нужный момент рассказал обо мне, получив учителя и потенциальное усиление собственной ведьмы. И ведь надо же, ради этого в такую глухомань забрался!

– Сложно, наверное, было ее в этом лесу отыскать? – я с уважением взглянула на него.

– Нет, – Алистер улыбнулся. – Вот это как раз самое простое. Мы при желании можем найти любого инициированного мага, артефактника или ведьму, кто когда-либо выходил из стен академии Черного дракона. Метка, которая появляется во время обряда, остается в ауре до конца жизни.

– То есть вы следите за всеми сильными магами?! – ахнула я.

– Вот делать нам больше нечего, – фыркнул ректор. – Нет, конечно. Мы вообще нейтралитет храним, если ты помнишь. Однако большая сила может привести к большим бедам. Например, поедет у какого-нибудь сильного мага или ведьмы кукушка, и начнут они творить всякое. Да не напрямую, а спрятавшись в таком вот лесу-болоте. С меткой их хотя бы отыскать можно, главное, узнать кого.

– А-а, понятно, – протянула я и тут кое-что вспомнила.

Зелье! То самое зелье подтверждения владения, указывающее хозяина вещи, которое у меня не получилось сварить! Ведь я тогда все удивлялась, зачем оно Алистеру. Думала, он просто вынуждал меня согласиться на инициацию. А ведь если он действительно кого-то ищет и у него есть улика, но не хватает прямых доказательств, то это зелье и впрямь актуально как никогда! Всего-то надо будет взять список подозреваемых и использовать подтверждение владения. Затем по метке переместиться к истинному виновнику, и все, дело закрыто!

– Вы того, кто на Кры… э… на леди Камиллу напал, ищете, да? – тихо спросила я.

Во взгляде лорда Алистера промелькнуло что-то странное, но потом он кивнул.

– Да. Ищу его.

– Значит, улику вы все-таки на…

Споткнувшись, я осеклась и инстинктивно ухватилась за ближайшую ветку с крупными белыми бутонами. А в следующий миг в покусанный змеей палец снова что-то вцепилось!

На этот раз мой вопль был куда сильнее, как и боль. Причем источник этой боли – белый зубастый цветок – внаглую повис на пальце и не желал с него стряхиваться!

Помогло лишь вмешательство Алистера. Выругавшись сквозь зубы, он перехватил мою руку, сорвал с нее возжелавшую ведьмаческой плоти флору и швырнул на землю. Замахнулся ногой, чтобы придавить, но перепачканный в крови цветочек увернулся. Отскочил на двух тонких ножках-корешках сначала в одну сторону, потом в другую, а затем шустро метнулся под корягу и сжался там едва заметным комочком.

– Спалю, пожалуй, – задумчиво произнес Алистер и щелчком пальцев вызвал небольшой огненный шар. – Явно очередная случайная мутация, причем ходячая. Нехорошо. Может убежать отсюда и кого-нибудь тяпнуть, а у Горианны потом проблемы будут.

Цветочек при виде огненного шара отчетливо задрожал. И мне вдруг так жалко его стало! Маленького, перепуганного, несча-астного! Даже палец почти болеть перестал.

– Не надо! – я быстро вцепилась в мужскую руку. – Он же безобидный! Я его лучше себе возьму!

– Себе? – На меня посмотрели с искренним изумлением. – Вот эту вот фигню на ножках? На кой демон?

– Жа-алко, – выдавила я и во все глаза уставилась на мужчину. – Ну пожалуйста! Можно?

Огненный шар погас. Лорд Алистер равнодушно пожал плечами.

– Ну попробуй. Только не удивляйся, если оно тебя еще раз укусит.

Вот это вряд ли. То есть он, конечно, может, но скорее всего этот цветочек такой же плотоядный, как Гремучая. А на этот случай у меня уже методика отработана.

Я присела на корточки и нежно заворковала:

– Иди сюда, маленький, не бойся.

Цветочек отрицательно помотал ну-у… условно своей цветочной головой и сжался сильнее.

– Да не буду я тебя ругать, наоборот, пожалею. Смотри, а у меня чего есть!

Покопавшись в поясных сумках, я вытащила утренний пирожок с мясной начинкой и, разломив, протянула ему.

Цветочек недоверчиво потянулся вперед, будто принюхиваясь, а потом в мгновение ока оказался рядом, выгрыз начинку и сыто икнул.


– Ор-ригинально, – прокомментировал наблюдавший за нами лорд Алистер.

А мне вдруг подумалось: цветочек-то и впрямь необычный. Живой? Безусловно. Магический? Бесспорно. Значит, вполне способен справиться с резервом силы, причем немаленьким. А что еще от фамильяра надо?

Да, это не жемчужный или лиловый барс, но какая в принципе разница? Зато не буду от милости Самаила зависеть. И вообще, цветочек маленький, так что всегда при мне сможет находиться.

Я еще додумывала последнюю мысль, а губы уже шептали первые слова привязки.

– Лиана?

На оклик ректора не обратила внимания: заклятье следовало читать непрерывно. Тем более цветочек потихоньку начал забираться на протянутую руку, цепляясь корешками за пальцы.

– Лиана!

Не слушая, дочитала привязку до конца. Замолкла, лишь когда над цветочком вспыхнуло голубое сияние, а сам зубастик мирно скрутился в бутон на моей ладони. В душе разливалось новое, странное, но приятное чувство единения. С улыбкой на губах посмотрела на лорда Алистера и наткнулась на хмурый взгляд.

А затем мне крайне недовольным тоном сообщили:

– Лиана, ты дура.

Так сразу обидно стало!

– Почему это? – вскинулась я.

– Да потому, что я мог найти тебе любое существо для привязки. Любое! – выдохнул тот. – А ты из всего разнообразия потенциальных фамильяров выбрала жалкий, мелкий, бесполезный цветок. Ну и что из него вырастет?

– Что вырастет, то вырастет, – я пожала плечами. – Я все равно в завоеватели мира не стремлюсь.

– Да он тебя даже защитить не сможет!

– Почему? У него вон зубы есть.

В подтверждение моих слов цветочек тотчас оскалился и храбро ими клацнул.

А ректор на это посмотрел-посмотрел и… заржал! Не обидно, скорее обреченно, смиряясь со всей нелепостью ситуации и ее неизбежностью.

– Кахор с ним. Хочешь этого зубоцвета оставить – оставляй. Только потом не удивляйся, что над тобой опять смеяться будут.

– Над Гремучей, между прочим, уже не смеются, – буркнула я, бережно прижимая цветочек к себе. – Наоборот, завидуют даже.

– Метла была экспериментальной, и там ее бонусы были хотя бы теоретически возможны, – парировал Алистер. – А цветок… а-а, что уж тут говорить, – он раздосадованно махнул рукой и пошел дальше.

– Клац! – выдал ему вслед цветочек.

– И нечего на меня огрызаться! – не оборачиваясь, произнес ректор.

– Клац, – прозвучало уже не так громко.

– Я все слышу!

– Щелк, – совсем тихо, с опаской, но все же сообщил Зубоцвет и посильнее вцепился лапками в кулон.

Упря-ямый! Меня аж гордость взяла. Тем более Алистер, по моим ощущениям, на самом деле не так и недоволен был, как пытался показать.

Когда мы переместились обратно в академию, на ночном небе уже ярко светила полная луна, отчего снег вокруг блестел и искрился. Романтика-а…

«Вот будет тебе романтика, если Самаил все-таки узнал, что тебя опять не было в академии!»

Я ойкнула и резко остановилась. Рука невольно потянулась к кулону. Да уж, вовремя вспомнила, ничего не скажешь!

– Если будут спрашивать, где ты была, скажи, что для подготовки диплома тебе дали доступ в закрытый раздел библиотеки, – заметив это, произнес Алистер. – Я еще при нашем перемещении к Горианне в него эти координаты заложил.

Уф-ф!

Облегченный вздох вырвался сам собой. Что ж, когда Алистер говорил принцу о моей легкомысленности и забывчивости, он в очередной раз оказался прав.

Смущенно поблагодарив ректора, я со всех ног помчалась в общежитие – оправдываться. Однако мне сегодня явно везло: по заверениям Котелка, Самаил меня вообще не искал. Видимо, в подземельях и впрямь нашлось что-то интересное. Что ж, тем проще.

Затем наступил момент знакомства домового и Гремучей с Зубоцветом – вспомнив определение ректора, я решила звать цветочка-фамильяра именно так. Но если метелка отнеслась к нему с обычным любопытством, то Котелок выдал лекцию ничуть не хуже, чем до этого лорд Алистер. Мол, столько возможностей было, а ты взяла какую-то немощь размером с ладонь.

Спорить и доказывать что-либо Котелку не хотелось, слишком уж в сон клонило. Особенно учитывая, что и завтра предстояло ночь не спать, разумнее было обсудить все утром.

– С хранением силы цветочек справится – все ж магическое существо, а большего мне и не надо, – буркнула я. – И вообще, эта «немощь» тоже пользу приносить может.

После чего ссадила Зубоцвета на стол и забралась в кровать.