Солнце

- Скажи, что любишь меня, детка, - просит Чет. - Скажи. Слышишь?

- Я люблю тебя. - Елена приподнимается и, опираясь ладонью о его грудь, склоняется к Чету и целует его.

Их время все-таки слишком быстро кончается. Серебряной стрелой пролетает над небосклоном. И когда луны из окна номера больше не видно, Елена начинает собираться.

- Я должна быть дома к утру, Чет, - с сожалением говорит она. - Я уеду сейчас. А ты отдыхай в своем номере. Выспись и позавтракай утром.

- Останься со мной, - просит он, зная, что она не сможет этого сделать.

- Прости, - Елена обхватывает его лицо ладонями и внимательно смотрит в красивое лицо, будто запоминая его. Зачем - и сама не знает.

- Однажды ты будешь моей, - обещает Чет. - Только моей, поняла?

Ей остается только улыбнуться. Глупый мальчишка. Уверенный в себе и... лучший на свете.

Перед тем как попрощаться, они долго целуются в полутемном коридоре, не в силах отпустить друг друга.

Елена выходит из номера, проходит несколько шагов - мелодичный стук ее каблуков разносится по сонному этажу - и оборачивается. Чет, не закрыв дверь, все еще смотрит на нее. В его лице столько сожаления, что сердце ее сжимается от боли. Но Елена не показывает вида, как ей плохо. Она лишь улыбается Чету и посылает воздушный поцелуй. Он «ловит» этот поцелуй в кулак и несколько раз стучит по сердцу.

Хоть Елене и грустно, но ее душа ликует.

Если это не любовь, то что?

Она последний раз смотрит на Чета и поворачивает за угол. Еще дюжина шагов, и будет лестница, ведущая на первый этаж.

Однако стоит ей повернуть, как она останавливается словно вкопанная. И, застыв, понимает, что это конец. Перед ней стоит Аарон. Ее муж. За его спиной - один из охранников.

Его лицо, как и обычно, ничего не выражает. Но в голубых глазах холодная злость. Битый лед.

Аарон все знает. Знает про Чета.

Эта мысль словно стекло режет Елене душу. Она не в силах сказать ни слова. Просто стоит и молча смотрит на мужа, который до сих пор одет в черный элегантный смокинг с бабочкой. Ей кажется, что это кошмар.

Аарон, так же ничего не говоря, открывает дверь в ближайший номер и кивком приглашает Елену войти туда. Она не может не подчиниться. И шагает за порог, не чувствуя ног. Страх завладел всем ее телом. От кончиков пальцев до волос. И даже дышать сложно.

В этом молчании, в этих жестах гораздо больше трагедии, чем в словах.

Дверь закрывается.

Аарон садится в кресло и закидывает ногу на ногу, не сводя с Елены взгляда. Он явно ждет, что говорить начнет она - это психологический прием, способ, заставляющий почувствовать вину.

Елена, из последних сил держа себя в руках, садится в кресло напротив. Рядом весело трещит электронный камин. Аарон постукивает пальцем по деревянному подлокотнику. Но Елена слышит лишь звуки своего отчаянно бьющегося сердца.

Аарон застукал ее с другим мужчиной.

Это конец.

Но она молчит. Минуту, вторую, третью.

На исходе третьей минуты Аарон смотрит на наручные часы и все-таки говорит первым:

- Долго я должен ждать объяснений, Елена?

Его тон довольно скучающий.

- Каких именно объяснений, Аарон? - спрашивает она, стараясь сделать так, чтобы голос не дрожал. Получается плохо.

- Мы довольно давно знаем друг друга, - морщится Аарон, не сводя с жены ледяных голубых глаз. - Не стоит играть, притворяться или иными способами отнимать мое время.

- Что ты хочешь, чтобы я сказала? - нервно спрашивает Елена, пытаясь высчитать, какой тактики ей следует придерживаться.

- Правду.

- Думаю, раз ты здесь, она тебе известна.

- Я хочу, чтобы ты подтвердила это. Или опровергла, - спокойно продолжает Аарон.

Елена молчит, глядя в окно - рассветает.

- Или мне стоит говорить за тебя?

Она все так же смотрит в окно.


Аарон устало потирает переносицу.

- Елена, думаешь, я ни о чем не знал? - спрашивает он спокойно. Но это спокойствие напускное, страшное. Елена сжимает на коленях пальцы в замок - они начинают трястись. А она должна выдержать этот разговор. И не подать виду, как боится мужа.

- Мне все о тебе известно, - продолжает Аарон все тем же голосом. - Все, за исключением, разве что, твоих снов. И мне было любопытно, как долго ты будешь возиться с этим мальчишкой. Я ставил на месяц, но ты продержалась дольше.

- Что ты от меня хочешь? - резко спрашивает Елена. - Извинений? Слов о том, как сильно я сожалею?

- Зачем мне это? - пожимает плечами Аарон. - Свои слова ты можешь оставить себе. И свои сожаления - тоже.

- Тогда чего ты хочешь?

- Чтобы ты знала свое место, - подается вперед Аарон. - Ты - моя официальная жена. Та, которая носит фамилию Мунлайт. И каждая собака в этой стране должна знать, что наша пара крепка и чудесна. Идеальна. А что делаешь ты, дорогая? Встречаешься с молодым парнем. Бедным, но гордым, верно? Изменяешь.

Елена, погруженная в свои страхи, пропускает тот момент, когда Аарон оказывается у нее за спиной.





Глава 8.3 Вересковая долина




- Ты изменяешь не мне, Елена, - размеренно произносит Аарон, кладя холодные руки на ее плечи. - Ты изменяешь нашей легенде. Легенде об идеальной семье.

Его пальцы перемещаются на ее шею, которую недавно горячо целовал Чет.

- Что скажут люди, если узнают об этом? Ты не думала, что репутация семьи Мунлайт может пострадать? - Аарон склоняется и говорит это Елене на ухо - по ее рукам бегут мурашки. Но она не двигается. Сидит, расправив плечи, словно каменная статуя.

- Ты же знаешь, что наш брак - это сделка. Я даю тебе деньги. Ты мне - титул. А мой отец благословляет нас. И мы все счастливы.

Аарон поглаживает ее шею - без тени нежности или эротизма. В каждом его жесте - опасность.

- Верно? - спрашивает он. - Ну же, что ты молчишь, Елена? Скажи хоть слово.

- Верно, - тихо отвечает она.

- Я никогда не нарушал свою часть сделки, - продолжает Аарон. - Я давал тебе столько денег, сколько ты хотела. Сколько хотел твой отец и милые сестры. Дома, драгоценности, платья, благотворительность - я хоть раз отказывал тебе, дорогая? - его руки чуть сжимают шею Елены. Ей не больно, но страшно. Ужасно страшно.

- Нет.

- Верно, ни разу. Так какого черта ты вытворяешь? - вдруг громко спрашивает Аарон, и его пальцы еще сильнее сдавливают шею Елены. Она видит его отражение в окне - муж больше не скрывает эмоций. На его лице гнев.

- Решила, что можешь жить так, как тебе хочется? Забыла о своих обязательствах? Забыла о том, кто ты?

Елена порывается встать, но сильные руки стоящего за спиной Аарона удерживают ее в кресле, давя на плечи.

- Сидеть. Если бы твои отношения с этим панком всплыли, поверь, всей вашей семье пришлось бы несладко. Источник денег, до которых ты и мой драгоценный тесть так охочи, моментально бы перекрылся. А кредиторы появились бы вновь, - говорит Аарон. Его глаза блестят. - Чем ты думаешь, нарушая договор? Чем думаешь, считая, что можешь обвести меня вокруг пальца? Мне казалось, ты умнее, Елена. Я ведь выбрал тебя не только за твои красоту и титул.

Его пальцы оказываются в ее волосах и тянут их вниз - так, чтобы голова Елены задралась. Мышцы на ее шее натянуты до легкой боли. И она вынуждена смотреть на Аарона снизу вверх. Унизительно.

- Ты когда-нибудь думала, что будет с твоими чудесными сестрами, если они лишатся денег и покровительства Мунлайтов? Возможно, им останется только один путь - в публичный дом?

- Перестань.

- А что случится с твоим отцом? У него и так здоровье подорвано тем образом жизни, который он вел. Ему придется доживать свой век в приюте для стариков. Ему - барону Манфорду. Какой позор, верно?

- Хватит.

- А виной всему будет твоя слабость, Елена, - задирает ее подбородок еще выше Аарон. - Как же так? Для чего?

Он резко отпускает ее волосы и отряхивает ладони.

Елена встает. Теперь она чувствует не только страх, но и злость.

- Ты видел когда-нибудь во мне женщину? - спрашивает она. Аарон удивленно приподнимает бровь.

- Что ты имеешь в виду?

- Я тебе настолько противна?

Аарон внимательно смотрит на нее. И улыбается - совсем как отец.