Солнце

- Правда.

- Тогда почему я постоянно вижу ее рядом с тобой? - щурюсь я.

- Эй, Франки, - устало говорит Дастин - эта тема ему не очень нравится, - я мог бы просто соврать тебе и сказать, что был на дне рождения какого-нибудь продюсера, о котором ты никогда и не слышала. А я сказал тебе правду. Не люблю ложь.

Я нахожу его слова рациональными. И ценю за откровенность.

- Ты нравишься ей.

- Я многим нравлюсь, - пожимает он плечами. - Лучше заранее скажи, когда будет второй урок?

Мы договариваемся на свободный для обоих день, и я даю ему домашнее задание.

- Ты плохой ученик, Лестерс, - добавляю я. - Но гитара у тебя - самая лучшая из всех, что я видела в своей жизни.

- Тогда давай меняться, - вдруг предлагает он.

- Что ты имеешь в виду? - хмурюсь я.

- Ты мне свою гитару, а я тебе - эту.

звонко смеюсь.- С ума сошел? Я представляю, сколько может стоить эксклюзивный «Мартин» из ограниченной партии. Нет.

- Да. Не спорь.

- Я не принимаю такие дорогие подарки.

- Это не подарок. А бартер, глупая ты рыжая голова, - ласково гладит меня по лицу Дастин. - Кстати! Подарок! Я сейчас.

Он вскакивает и убегает, а через минуту возвращается с огромной белой подарочной коробкой, которую несет с видимым трудом. Бант на ней тоже гигантских размеров. А улыбка на лице Дастина крайне подозрительная.

- Это тебе, Франки, - бухает он коробку на пол прямо передо мной.

- Там что, человек? - с опаской спрашиваю я. Размеры впечатляют.

- Не совсем, - ухмыляется. - Ты распаковывай, распаковывай.

И он снова делает себе коктейль, смешливо поглядывая на меня.

Я с трудом сдираю бант, открываю крышку и вижу... еще одну коробку. А в ней - еще одну. И еще. И еще...

В каждой коробке обнаруживается новая - только меньшего размера. И это просто какое-то издевательство, правда, надо признать, веселое. Я не могу сдержать смех, а Лестерс комментирует каждое мое действие.





Глава 6.3. Научи меня любить




В конце концов, я дохожу до самой маленькой коробочки - совсем крохотной. И, открыв ее, нахожу там цепочку с золотым кулоном в форме солнца, заключенного в круг. Я удивленно разглядываю подарок - это тонкая и кропотливая работа.

- Спасибо, - тихо говорю я. - Это так... неожиданно. Но безумно мило.

- Я решил быть романтичным до самого конца! - объявляет Дастин и добавляет: - Знала бы ты, сколько часов мы запаковывали это вчера ночью. И все для тебя, рыжая. Повернись.

Он берет украшение в свои пальцы, поднимает мои волосы и осторожно надевает цепочку с кулоном на шею.

- Как ты все это придумал? - спрашиваю я.

- Мне помог один человек, - признается Дастин. - Майкл.

- Майкл? - приподнимаю я бровь. - Наверное, он знаток девушек.

- Скорее, знаток парней, - усмехается Лестерс. - Майкл из другой команды.

- Мне ревновать? - интересуюсь я, дотрагиваясь до солнечного кулона, висящего теперь на моей груди поверх футболки.

- Не стоит. - Дастин склоняется ко мне, кладет руки на талию и целует в плечо.

- Я собственница, - предупреждаю его я, наслаждаясь прикосновениями.


- Я тоже собственник.

Его губы скользят по моей шее вверх, снова спускаются вниз, к ямкам над ключицами, касаются их. Дастин - сама нежность.

Я поворачиваюсь к нему и обнимаю, привычно уже прижимаясь щекой к его груди. Это так странно - я сама себя не узнаю. И прекрасно - чувства к этому человеку дарят мне крылья.

Эта ночь - одна из самых чудесных в моей жизни. Закутавшись в одеяла и обнявшись, мы смотрим на ноутбуке новые серии любимого обоими сериала, хрустим попкорном, пьем «Колу», шутим и просто наслаждаемся друг другом. Время бежит быстро - оно словно пуля, вылетевшая из пистолета. И я и глазом моргнуть не успеваю, как наступают предрассветные сумерки.

Серия прерывается на самом интересном моменте - у ноутбука садится батарея, и он гаснет.

- Черт! - раздосадовано восклицает Дастин. - Сейчас схожу за зарядкой.

- Не уходи, - мне совершенно не хочется отпускать его.

- Боишься темноты? - спрашивает он весело. - Веришь, что в ночи разгуливают ведьмы? Ничего, Франки, твой рыцарь всегда с тобой.

- Рыцарь? - насмешливо переспрашиваю я и беру его за кулон-пулю, чтобы притянуть поближе к себе. Наши губы соприкасаются, и кажется, что между ними проносятся электрические разряды. Мои пальцы бегут по его щеке, убирают жесткие темные волосы за висок, поглаживают скулу.

- Докажи, что ты - мой, - шепчу я.

Однако не даю ему сказать ни слова - закрываю рот поцелуем. Это настоящее искушение - и для него, и для меня. Я не контролирую себя и упиваюсь ощущениями. Мне кажется, что я лечу.

Я снова оказываюсь у Дастина на коленях, пытаясь уронить на спину. Между нами завязывается короткая борьба, в ходе которой я оказываюсь внизу, а Дастин нависает надо мной. Однако его рука, согнутая в локте, возле моей головы - пальцы ласково перебирают волосы. Вторая упирается в пол, касаясь моего предплечья. Дастин смотрит на меня внимательно - в его глазах я без труда читаю с трудом сдерживаемое желание быть со мной. И осознание этого росчерком молнии пронзает меня, вызывая еще большее влечение к нему. Влечение, которое вот-вот перерастет в вожделение.

- Ты точно уверена, что ты хочешь, чтобы я это доказал? - спрашивает Дастин тихо.

Я обхватываю его за шею.

- Да, - говорю я, закрываю глаза и снова его целую - жарко и настойчиво. Вкладывая всю свою нерастраченную нежность.

Это какое-то безумие.

Прекрасное безумие.

Я срываю с него футболку - моя, смятая, уже валяется на полу.

Я знаю, что Дастин на пределе. Но и сама едва сдерживаюсь, закусывая губу. Каждое его прикосновение к моей обнаженной коже заставляет дыхание и пуль учащаться. А когда он целует меня чуть ниже солнечного сплетения, прокладывая дорожку еще ниже, моя спина выгибается - я просто окончательно перестаю себя контролировать.

Дастин хотел, чтобы я научила его играть на гитаре, а я хочу, чтобы он научил меня любить.

Мне кажется, что я целую небо. Сквозь облака, солнечные лучи и звезды. Мое небо. Акварельное, безбрежное, хрупкое. Самое прекрасное.

Возможно, небо - не только музыка. Небо - это еще и любовь.

Происходящее между нами сводит меня с ума.

Логика пропадает. Мыслей нет. Остаются лишь чувства - оголенные, как провода.

В какой-то момент я понимаю, что полностью сосредоточиться на ощущениях мне что-то мешает. Словно сквозь пелену я слышу, как громко и назойливо звонит телефон. Мой телефон.

Этот звонок похож на крик. И этот крик не прекращается.

В меня словно ударяет током, я вздрагиваю и пытаюсь подняться, освободиться от рук Дастина.

- Не бери, - просит он.

Я бы и рада, но звонок не прекращается. Тьму громко разрывает песня известной рок-группы.

- Надо взять, - беспокойно говорю я. Наше личное волшебство куда-то пропало, превратилось в искры и растворилось в сумерках. Лишь в голове остается серебряный туман, из-за которого мысли все еще нестройные.

- Окей, - соглашается Дастин - кажется, он сильно раздражен, что нас прервали. - Разговаривай. Я - на кухню. Воды не осталось.

Он легко целует меня в нос и уходит, а я наконец беру телефон в руки.

- Да.

- Санни Ховард? - уточняет незнакомый женский голос.

- Верно.

- Мэган Винтер и Эштан Винтер - ваши родственники?

У меня холоднеют кончики пальцев. Не знаю, что случилось, но нехорошее предчувствие захлестывает с головой. Словно в лицо плеснули ледяной водой.