Солнце

Я согласилась только потому, что я слышала ее музыку.

И ее музыка была прекрасной.

Я верю, что прекрасную музыку не сможет написать ужасный человек.

Дастин говорит, что я - невероятная, но я лишь качаю головой.

Мы сидим в машине, припаркованной неподалеку от отеля, и ждем. Диана и Кристиан должны приехать примерно с получасовым опозданием. И вместе с Мунлайт мы проведем короткую, но, уверена, сенсационную пресс-конференцию. Правда, сегодня пресс-конференция будет не только у нас. Лилит также решилась пойти на отчаянно смелый шаг. Она звонит мне и сбивчиво рассказывает, что собирается показать всем свое лицо. Сегодня. Совсем скоро.

- Ты сможешь сделать это, - говорю я, понимая, что она ищет поддержки. - Сможешь несмотря ни на что. Только не отступай, хорошо?

- Хорошо. И ты сможешь, Санни, - отвечает подруга, будто чувствуя, что и у меня сегодня судный день. О том, что мы готовим, я расскажу ей чуть позднее.

- Мы обе сможем. Мы будем сильными до самого конца или останемся слабыми навеки, - пою я строчку из песни Элинор Фелпс. Дастин почему-то улыбается. Кажется, ему нравится мой голос.

- Знаешь... Я звонила Кирстен, - добавляет Лилит. - Мы долго разговаривали и ревели в трубку. Она очень скучает по тебе. И очень жалеет, что поссорилась с тобой. Поговори с ней тоже, ладно?

- Конечно, - обещаю я. Я тоже скучаю по Кирстен. Я скучаю по тому времени, когда мы жили втроем, и все было хорошо. Я скучаю по нашей дружбе.

Мы прощаемся, еще раз обещая друг другу быть сильными.

Я жду появления Дианы и Кристиана. Нервы натянуты до предела. Я надеюсь, что мы сможем осуществить задуманное.

Однако все идет совсем не по плану.

Во-первых, миссис Мунлайт действительно прислала охрану. Мы с Дастином и Хью замечаем несколько машин с тонированными стеклами, которые припаркованы неподалеку от входа в отель, а также мужчин в костюмах и с рациями, которые осматривают дорогу. Посторонние могут предположить, что это охрана отеля, но это не так. Это люди, которые ждут появления Дианы Мунлайт по приказу ее матери - я узнаю одного из них в лицо.

Во-вторых, Кристиан безбожно опаздывает, и какое-то время мне даже кажется, будто Диана передумала. Если она не решится на этот шаг, все пропало.

И, в-третьих, Диана Мунлайт все привыкла делать по-своему.

Мы нетерпеливо ждем.

Шесть часов.

Десять минут седьмого. Двадцать.

Я вижу, как из отеля выходит один журналист за другим, и мысленно молюсь, чтобы Уилшер и Мунлайт быстрее приехали, и мы попали на эту проклятую пресс-конференцию.

Тридцать минут седьмого. Мои нервы на исходе.

- Да где же их носит?! - бьет кулаком по сидению Дастин. Он тоже нервничает. Дозвониться до них мы не можем. Диана отключила телефон еще у меня дома, а Уилшер недоступен.

Сорок минут седьмого. Сорок пять.

- А если они не приедут? - спрашивает Хью. - Или их уже нашли люди Эммы Мунлайт?

- Если бы нашли, эти бы тут не стояли, - кидает на охранников быстрый взгляд Дастин. - С ними или что-то случилось, или, что более вероятно, Диана передумала.

Я не хочу в это верить, и я терпеливо жду.

Без десяти семь.

- А вон и Пес пасется, - фыркает Хью и указывает на молодого мужчину со светлыми вьющимися волосами и цепким лицом, который разговаривает с кем-то по телефону.

- Кто? - не сразу понимаю я и вглядываюсь в едва знакомое лицо.

- Маршалл «Пес» Ленингтон. Самый противный папарацци этого города. Долго рыл под Дастина. - В голосе Хью отвращение.

- Я его вспомнила! - восклицаю я. - Это тот тип, который сделал то самое фото на крыше! Мы потом за ним гнались, помнишь, Дастин?

- Помню, - ухмыляется он. - Можно сказать, благодаря Псу мы завязали длительные отношения. Знал бы Ленингтон об этом, завязался бы в три узла.

- Он, кстати, о тебе кое-что написал, - опасливо замечает Хью. - Очередной бред. Но не волнуйся, мы работаем над тем, чтобы удалить это из интернета.

- Это как-то связано с Санни?

- Нет... - Мнется Хью.

- Тогда я даже спрашивать не стану, что этот блохастая скотина написала обо мне, - отозвался Дастин. - А вот и они!

Я облегченно выдыхаю.

Диана и Кристиан неожиданно и эффектно появляются на мотоцикле перед зданием отеля - охрана, которая, видимо, решила, что Диана уже не приедет, даже не успела вовремя среагировать. Диана соскакивает с сидения и снимает с головы шлем, а следом за ним - рыжий парик. Папарацци, которых на улице к тому моменту столпилось великое множество, тотчас начинают фотографировать ее. А еще - Криса Уилшера, который не отпускает ее руку. И следом за сотрудниками отеля они идут в конференц-зал. Охрана миссис Мунлайт уже ничего не может сделать - не станут же они похищать Диану прямо на глазах у огромного количества журналистов?


Мы с Дастином и Хью выходим из машины и быстрым шагом направляемся ко входу в отель. Диана видит меня но, вместо того чтобы подождать, как мы договаривались, быстро скрывается в холле. Папарацци буквально преследуют ее и Кристиана, и охрана отеля едва успевает сохранять дистанцию.

Когда мы забегаем в конференц-зал, в котором то и дело мелькают вспышки и щелкают затворы камер, Диана уже стоит на сцене с микрофоном в руках - не дождавшись меня.

Журналисты внимательно слушают ее заявление.

***

Лилит сидит в машине рядом с Октавием. Мимо них проносится город. И всеми своими окнами, знаками, вывесками этот город с любопытством заглядывает в глаза Лилит, словно спрашивая, сможет ли она идти вперед до самого конца или нет.

Она уверена, что сможет. Особенно после разговора с Санни.

Сегодня состоится первая в ее жизни пресс-конференция - об этом Ллилит мечтала уже много лет. Однако вместо того, чтобы надеть красивое вечернее платье, туфли на каблуках и изящные украшения, Лилит надела обычные джинсы, майку и кроссовки. Из украшений - лишь тот самый браслет на ее руке. Как и она Октавий одет демократично - тоже джинсы, футболка, кеды. Ничего особенного.

Лилит знает, что он нервничает, но при этом улыбается. И от этого ей, сходящей с ума, становится немного спокойней. Она ему верит.

В пути Октавий читает в Интернете новости. И открыв одну из страниц, начинает весело улыбаться.

- Бесстыжий Лестерс,  говорит он.

- А? - отрывается от своих тяжелых дум Лилит.

Октавий протягивает ей телефон, и она видит короткую статью о нетрадиционной ориентации Дастина Лестерса, которую тот бережно скрывает. К статье прилагаются несколько фотографий, на которых Дастин сидит рядом со светловолосым парнем с круглым лицом и покатыми плечами. Вот Дастин смеется вместе с ним, вот кладет руку ему на плечо, а вот они и вовсе лежат друг на друге. Качество фотографий плохое, они обрезаны, и непонятно, где они были сделаны - то ли на улице ночью, то ли в каком-то темном помещении.

Лилит становится смешно.

- «Звезда соблазнила своего менеджера», - читает она заголовок вслух. - Забавно. Вы ведь друзья, да? - спрашивает она у Октавия.

- Иногда вместе бываем в барах и делимся историей-другой, - отвечает Октавий. - Я учил его играть на гитаре и пытался научить быть рок-стар.

- Получилось?

- Не уверен, - хмыкает он. - Дастин не бунтарь по натуре.

- А ты? - лукаво спрашивает Лилит.

- Еще какой.

- Ты тоже его парень, - объявляет она спустя несколько секунд. - Смотри, новая статья. «Сладкие мальчики». Боже, кто это придумывает?

- Что-о-о? - изумляется Октавий. И они вместе читают еще одну статью - совсем свежую, в которой сказано, что у актера Дастина Лестерса и бывшего поп-певца Ричарда Фелпса не просто тесная дружба - между ними почти любовь.

«Неофициальный источник сообщает, что Лестерс и Фелпс одновременно вернулись в родной город, чтобы провести время вместе,  говорится в статье. - Также известно, что Лестерс и Фелпс тесно общались в Нью-Йорке. Близкий друг Фелпса, пожелавший остаться неизвестным, признался, что Ричард все больше и больше отдаляется от него в сторону нового увлечения - известного актера»...

- Знаю я, что за близкий, мать его, друг, - скрипит зубами Октавий.

- И кто же? - уточняет Лилит.

- Кезон. Кроме него некому оставаться неизвестным. Вот урод! Встречу - получит по морде, - возмущается Октавий.

-Знаешь, мне не нравится этот тип, - фыркает девушка. Все еще помнит прошлогодний спор. Она и гитары. Подумать только!

- Не переживай, он никому не нравится, - успокаивает ее Октавий. - Порою даже сам себе.

Он с недовольным видом откладывает телефон, смотрит в окно, а потом поворачивается к замолчавшей Лилит и спрашивает:

- Страшно?

- Очень, - признается она.

- Хочешь, отменим? - предлагает Октавий. - Еще есть возможность. Ты еще можешь избежать этого.

- Нет, - отказывается Лилит, и это слово дается ей с трудом. В предложении Октавия большой соблазн, и больше всего на свете ей хочется повернуть машину, вернуться домой и спрятаться под одеялом. Но Лилит находит в себе силы отказаться от этого.

Она должна идти вперед. До конца.

- Больше не предлагай мне это, хорошо? - просит она. - Не говори об этом. Я боюсь согласиться. Это слишком большое искушение.

- Хорошо, не буду. Я не подумал об этом.

- Но, Ричард... Если ты не хочешь - ты не должен в этом участвовать. Не стоит ради меня поступаться собой.

- Это не ради тебя, - сквозь зубы говорит Октавий. - Это и ради себя.