Слезы моря

— Ректор Нарис на днях вызывал целителя. Он говорит, единственное средство, которое маме поможет — это глоток живой воды.

Я с трудом подавила стон. Проще луну с неба достать. Реальней.

Крам грустно усмехнулся, поймав мой взгляд.

— А другие лекарства?

— Они помогают, но до конца не вылечат. Лишь дают отсрочку. Да и стоят… Столько денег мне не собрать, Трин. Я уже занял у всех, кого можно, выплатил аренду дома. Да и Бардос…

— Глава гильдии камнерезов?

— Да. У него к моей маме есть чувства, поэтому помогает и поддерживает. Нанял даже няню для моих младших братьев и сестры.

Я вздохнула.

— Не думай, что жалуюсь.

— Я и не думаю. А добыть живой воды нельзя? — спросила я. — У нас же в пещерах Кардоса есть источник. Я вроде слышала…

Крам рассмеялся.

— Чудная ты! Сразу видно, что здесь не родилась. Все, кто ушли за глотком целебной воды, не вернулись. Поговаривают, источник стерегут нежить и василиск,

— он осторожно погладил меня по руке. — Не думай, что я трус, Трин. Вовсе нет! Но я столько способов перепробовал, столько порогов обил… Сейчас мне хочется побыть с семьей. Маме осталось… — он нервно сглотнул, невольно сжимая мою ладонь, — немного. А потом придется заботиться о семье.

Если бы у меня был хоть один шанс остаться в Военно — морской Академии… Но знаешь, Трин, мечта тем и прекрасна, что она есть.

Крам улыбнулся, поднялся, выпуская мою руку.

— Турнир через неделю. Если получится, я приду посмотреть. Встретимся, да?

Я кивнула, чувствуя, как к горлу подбирается ком горечи.

— Жаль, что ты не участвуешь. Ну да ладно, я пойду…

— Погоди! А с Верховным магом Кардоса ты говорил?

— Он два дня назад уехал.

Я удивленно на него уставилась. Да, Алэрина, действительно, не было на занятиях, но то, что он покинул Кардос, я впервые слышала.

— И Рэм…

— Тоже с магистром Алэрином отправился. Магистр Нарис пытался с ними связаться. У Алэрина и Рэмстина другие возможности и связи, был бы шанс… надежда. Хоть какая‑то. Но отклика нет. Они далеко. Да и чем помогут‑то? Сомневаюсь, что даже им под силу найти столько золота для редких целебных зелий или победить нежить с василиском. Двое людей или магов вместе даже и пойти в ту пещеру не могут. Чары не пустят. Да и отправляться на погибель…

— Маги защищают невинных.

Крам снова вздохнул.

— Знаю, Трин. И если бы у меня был шанс, я бы отправился. Но я — воздушник, а пещера глубоко под землей. Моя магия там почти бессильна. И к тому же, если я погибну, что будет с малышней? Один из приютов? Я не хочу им такой судьбы. А мама отказалась выходить замуж за Бардоса, потому что не хочет на него вешать такой груз, как дети. Он злится, считает опекунство над нами в случае ее смерти лучшим выходом. Но моя мама слишком благородна.

Крам вздохнул и немного помолчал.

— Прости, что загрузил тебя своими проблемами.

— Все в порядке. Выслушать — это малое, что я могу сделать.

Он улыбнулся.

— Когда вернется Верховный маг, ректор Нарис обещал с ним поговорить. Может, ему нужен, если и не помощник и ученик, то хотя бы…

Крам замолчал, явно теряя надежду. Я понимала, что он хотел попасть в патруль. Там неплохо платят, у него появится возможность поддержать семью. Но есть одно — единственное условие: диплом Академии. У Крама его не будет.

Он быстро попрощался и исчез за поворотом. Я осталась сидеть на подоконнике.

Вскоре Крам появился с сумкой, в которой были вещи, вышел из корпуса и медленно, не оглядываясь, направился к воротам. При виде его одинокой фигуры, на глаза навернулись слезы. Как же порой все несправедливо! Борись — не борись, а исправить ничего нельзя. Едва Крам скрылся за воротами Академии, я бессильно облокотилась о стену.

Не может быть, чтобы выхода не было! Я сосредоточилась, представила Алэрина, позвала… Никакого отклика. Не прыгать же мне с башни, чтобы он почуял опасность! Да и переместиться быстро у него не получится. И вполне возможно, не слышит. И что тогда? Левитацию я так и не освоила, она мне совсем не давалась. Не умирать же так глупо!

Я посмотрела в окно, цепляясь взглядом за блеснувшую доску, где висел свиток участников будущего турнира, перевела взгляд на часы, что висели в коридоре. Пять минут до полуночи. И?

Какие‑то неясные мысли закружились у меня в голове. А что если…

Я вскочила, бросилась вниз, выбежала на плац. Свиток сиял. Наверняка сейчас телепортируется! Я судорожно стала искать в сумке чернила и перо, но, как назло, попадалось что угодно, но не нужные вещи. Высыпала все на землю, схватила необходимое. Чернила пролились, пачкая руки, но это уже было неважно. Я вписала свое имя на лист, чувствуя, как начинаю дрожать, и облегченно вздохнула.


Свиток вспыхнул, свернулся.

— Ты хоть понимаешь, что твоего решения даже я не могу отменить? — раздался за спиной голос магистра Нариса.

Я обернулась, поднялась. Смешно, наверное, выгляжу. В чернилах, запыхавшаяся, растрепанная, полураздетая…

— Твое имя в этом свитке — обязательный магический контракт!

— И? Что не так‑то?

— Ты так гонишься за славой и почестями, Тринлейн? Зачем подвергать свою жизнь опасности?

Я удивленно посмотрела на ректора. Из его уст такие слова звучали странно.

— А я ведь даже заклинание отвода нанес, чтобы тебе не пришла такая чудесная мысль! — вздохнул он.

— Зачем?

— Алэрин, — коротко ответил ректор Нарис, как будто это все объясняло.

— Не поняла…

— Я обещал ему за тобой присмотреть.

— И причем тут турнир? — возмутилась я.

— Притом. Твоя жизнь окажется в опасности, Тринлейн Дарэ! Представляешь весь спектр ощущений Ала, когда он почувствует шипы, впивающиеся в спину?

Я нервно сглотнула. Признаться, когда вписывала свое имя в свиток, об этом даже не задумалась. Эгоистично как‑то… вышло. Но мне ведь нужен зачарованный меч, потому что только им можно победить василиска!

— Думаете, Алэрин переместится?

— Это вряд ли. Он далеко уже будет. Сейчас‑то отголоска нет, сколько не зову. И воздушники через ветра Рэму ничего не могут передать, не слушаются потоки…

То есть Алэрин не переместится? Я с облегчением вздохнула. Теперь точно знаю: мое решение было правильным. А за боль от розы… отплачу, как захочет. Должен же Ал понять, что у меня нет выбора!

— А куда он отправился?

— Сама у него спросишь, когда вернется, — ректор как‑то странно на меня посмотрел, перевел взгляд на свиток.

— У вас будут из‑за меня неприятности?

Магистр Нарис усмехнулся.

— Да Ал просто меня убьет!

— Эм…

Я не знала, что сказать. Представить подобное было не в моих силах.

— Ладно, Трин. Иди отдыхать. Сделанного не воротишь и не изменишь. На листе печать стихии, значит, в турнире ты участвуешь. А когда вернется Алэрин… тогда и видно будет.

Я кивнула, быстро собрала разбросанные вещи, подхватила сумку и пошла к общежитию, спиной чувствуя взгляд ректора Военно — морской Академии.

Алэрин.

Я смотрел на спокойное море. Сизое, почти цвета туч, нависших над головой. Волосы трепал холодный ветер, забирался под одежду, жадно кусался. Давно я не плавал на корабле! Даже не вспомню, когда такое было.

Мне нравилось ощущать соленые брызги на губах, взлетать с волнами, иногда поднимать бури. Но сейчас ощущения иные. Как будто сквозь стекло смотришь на море. Вроде бы и близко, руку протяни, да капитан корабля и команда смотрят недоверчиво. Магов опасаются, магов бояться, магам не доверяют… Смешно и нелепо! А ты таких всю жизнь защищай!

Почти неделя пути… Неделя, чтобы ощутить себя частью водной стихии, наслаждаться морем. Еще бы о Трин не думать. Держался от нее весь месяц подальше, старался дать ей время, чтобы разобраться в себе, но… какая же это мука! Сколько раз желал перекинуть Трин к себе на плечо, унести за угол главного корпуса Академии, прижать к стене и… Я бы и хотел забыть, какие на вкус ее губы, да не мог. Оставалось ловить случайные взгляды, унимать на тренировках жар, не дающий спокойно дышать и обещать себе… невозможное.

Вернусь и больше от Трин не отступлюсь. Хватит мучиться!

Вода плеснула о борт, и я вздохнул. На побережье Рэм снова призовет ветра. Они болтливы, и поведают, где искать тайны, что так рьяно прячет Трин. Мне бы и дела до них не было, если бы мое сокровище не начинало дрожать от страха и ужаса, едва речь заходила о ее прошлом. К тому же… это главная причина отказа Трин для отношений со мной. И еще… доказать бы ей, что для меня ее прошлое не имеет значения. Никакого.

— Все же можно было попробовать открыть портал, — заметил Рэм, оказываясь рядом.

— Небезопасно. Я не представляю, куда нас вынесет море. А если на другое побережье? Стихия иногда любит шутить. А обратно — нырнем через любой водоем, представляя волны, бьющиеся о берег Кардоса.

Друг кивнул.

— Я усилил ветер, чтобы корабль набрал скорости. Бури не будет?