Сильномогучее колдунство

— Ох шельмы, ох уроды темнокожие, вот это они дали! Ухаха!

— Мухаха!

— Мвахаха!

— Джентльмены? — Дверь в комнату раскрылась. Вошел Мистер Лидс. Вид он имел весьма ошарашенный. — Джентльмены, о боги, вы что, пристрастились к этой дряни? Она же сушит мозги и отбирает волю! — Маг поспешно отворил окно, впуская в комнату гостиницы свежий ночной воздух. После чего махнул рукой и весь дым из комнаты вылетел, закрутившись вихрем.

— Мвахаха, Рей, Илая, это мистер Лидс, боги, мистер Лидс, мы наверно, мвахаха, думаешь что мы накурились! Хааахаха! — Ричард держался за живот.

— А мы накурились! Ахахаха! Накурились и поняли что мы никого не утопили, мистер Лидс! Мы так счастливы! — Илая был весел.

— Жерар, хотите апельсинку? — буркнул Рей с набитым ртом.

— Апельсинку, ахаха! Апельсинку! — Ричард стонал и шмыгал носом. — Мы накурились и поняли, что никого не убили, представляете мистер Лидс, Ахаха! А почему мы никого не утопили?

— Ричард, ну и умора, я уже не помню, Ухаха! Но мы на самом деле хорошие, мы никого не убили! Ухаха! — Снова подал голос Илая!

— Лидс, не уходи, мы хорошие! — Рей продолжал опустошать корзину. — И правду ни в чем не виноватые! Это они сами! Понимаешь, сами! Мвахаха! Бульк! А потом возьмут, да всплывут!

— Бульк! Пузиком кверху! Ухаха! — Мистер Салех, хватит, хватит, чертяка, ты что несешь, я же больше смеяться не могу!

— Это отвратительно! Это просто возмутительно! Совсем никого уважения! — Лидс хлопнул дверью и выскочил из комнаты.

Через какое-то время хохот стих.

— Так, джентльмены, тут был Жерар Лидс, или мне показалось? — уточнил Ричард, смакуя какой-то фрукт что целиком состоял из мясистых сладких семян.

— Ага, не показалось. Хотел чего-то. Проветрил комнату и ушел.

— Ну, не важно, завтра спросим! — Илая выкинул ситуацию из головы. Дай те мне вон ту длинную зеленую штуку?

В эту ночь дипломаты спали без сновидений.

Гринривер вышел на террасу потягиваясь. На душе царил мир, в голове оставалась приятная тяжесть и организм требовал лишь чашки местного кофе со сливками и кардамоном.

Вскоре к Ричарду присоединился Рей. Он почесывал бок и подставлял лысину солнцу.

— О чем задумался, Ричард?

Молодой человек сидел за столом, перед ним лежали листы бумаги. Несколько смятых уже валялось в мусорной корзине. Но тонком носу блестело золотом пенсне.

— Сочиняю текст отчета. Нахожусь в затруднении. — Честно признался графеныш, делая глоток кофе из чашки.

— Поделись, мне тоже эти бумажки заполнять. — Рей налил себе лимонада из высокого кувшина.

— Если написать, как было, нам не поверят. К тому же, что мы приложим в качестве доказательства?

— Так у нас эта… трава памяти осталась…

— Не осталось там ничего, все израсходовали, подчистую. А господин Лидс еще и под клятвой даст показания что мы накурились шаманской травы до видений и несем бред, которой позволяет нам заглушить совесть. Боги наши клятвы, конечно, в случае чего, примут, но клясться перед людьми, которые нас сами учили эти клятвы обходить…

— То есть, у нас из аргументов только видения от наркотика? — Рей сделал шумный глоток.

— Если бы у нас было что то, что можно продемонстрировать в качестве доказательства истинности слов… — протянул Ричард

— Без шансов. Это будет выглядеть оправданиями. И перекладыванием ответственности. — Рей был серьезен.

— Ага, альтернатива не лучше, у нас были доказательства, но мы их случайно скурили. — Ричард фыркнул.

— И что предлагаешь?

— Мистер Салех, ну это же очевидно. Будем загадочно молчать. Очень хорошо работает для зловещей репутации.

— Так ты вчера вроде как страдал. Не? Ну, что тебя теперь монстром считают… — Под тем взглядом, который бросил юный Гринривер Рей аж заткнулся.

— Мистер Салех! Вы меня разочаровываете, то есть вы всерьез решили, что мне важно общественное мнение? Мы ведь уже больше года знакомы.

— И? Ты всегда был болезненно тщеславен!

— Я болезненно щепетилен, если незаслуженная репутация меня чем-то обременяла! А если люди желают обманываться насчет того, что они видели, то сама попытка оправдаться будет унизительной. Давайте остановимся что мы всех разыграли! — Ричард аж усмехнулся последней мысли.

— А что, мне нравится! Вполне в нашем стиле. То есть мы вроде как уже так не раз делали, да? — Рей снова заткнулся.


— Я не стал причиной гибели людей, что меня признали и, как я говорил ранее, полюбили. Моя совесть чиста. Этого более чем достаточно. А что до репутации… Как вы правильно сказали, теперь мы ее уже точно ничем не испортим. В нашей работе это может быть ценным. Люди будут более сговорчивы, если мы их о чем-то попросим. — Закончил Ричард мечтательно.

— А еще они будут выкалывать себе уши и выносить мозги, чтобы не слушать звуки твоего голоса. Ты поклялся перед кучей людей что уговорил целый народ добровольно умереть. Напоминаю.

— С чего такие выводы, мистер Салех?

— Я хорошо знаю людей, Ричард, я же вижу, как они на меня смотрят — Громила ухмыльнулся, демонстрируя зубы. — А тебя теперь будут бояться больше.

— Значит, я могу рассчитывать на хорошие скидки у торговцев. — Философски закончил мысль молодой человек.

Он встретил непонимающий взгляд душехранителя и компаньоны звонко расхохотались.

— Джентльмены, доброго утра. — На террасу вышел Илая. — О чем спорите?

— Да так, решаем дилемму, что нам делать, убедительно врать, загадочно молчать или с самым жалким видом говорить правду. — Ответил Ричард, его перо все так же висло над листом бумаги, оставляя кляксы.

— У меня есть встречное предложение! — Илая получил заинтересованные взгляды. — Загадочно говорить правду, в качестве анекдотов, убедительно молчать при расспросах, и угрожающе врать. К тому же, я посмотрю на того, кто попробует наши слова проверить. Меня другое волнует. — Ричард поднял брови в жесте вежливого внимания. А потом снял и отложил пенсне. — Деньги. У нас, между прочим, камни. Как вы меня просветили, их надо очень грамотно использовать.

— Думаю, это подождет. Общественность не поймет, если император собственной персоной приедет пописать на камушек чтобы занять территорию, которую мы с вами наглухо зачистили. От людей и богов. — Ричард вздохнул и потер виски.

— Значит подождем? — Кажется, репортер не был ничуть расстроен.

— Думаю да. К тому же у нас два центнера проклятого золота на складе. Четыре пуда хватит даже очень сильно гулящему человеку, особенно если не играть в азартные игры. Вы ведь не играете в азартные игры, мистер Эджин?

Репортер отрицательно покачал головой.

— Тогда дам совет, обзаводитесь всем приличествующим человеку вашего положения. Обустраивайтесь в столице и нарабатывайте самостоятельную репутацию. — Ричард был собран и деловит. — При случае заедем за остальным золотом. А когда вы станете человеком высшего света, то можно будет обналичивать камни. Лес я думаю, так и останется непокоренным сколько нужно. Общество не простит удачу жалкому репортеришке, что привез из джунглей целое королевство. В вот четыре пуда золота вполне награда по статусу. А когда вы станете сильным мира сего…

— Хорошо, тогда как вы хотите, чтобы я осветил ситуацию в прессе? У меня есть фотографии, эксклюзивный материал, я участник событий, но все же всего лишь репортеришка, хоть и богов ставил на колени… — Усмехнулся Илая. Он обнаружил корзинку с яйцами и сейчас с наслаждением закидывал их себе в рот. Целиком. — Случайный человек осененный светом великих героев.

— А пусть рассказывает, как есть? Только это, Илая, ты нам сначала дай посмотреть. А то как оно есть будет здорово, но я не до конца уверен. — Закончил свою корявую мысль Рей.

— Да, я тут целиком поддержу мистера Салеха. Больше фактов, больше фото, пусть строят домыслы. Будем разыгрывать карту репутации по максимуму.

— Хорошо, вашу долю от прибыли пришлю на счета. Господа, тогда у меня еще одна просьба будет.

— Убить кого? — Деловито уточнил Рей.

— Нет, зачем? Я наверно и сам справлюсь. Просто я планирую нанести ряд визитов, в столице, и был бы очень признателен, если бы вы просто сидели в повозке рядом. И мило улыбались служителям закона, если те прибудут. С меня самый злачный кутеж в столице, за мой счет, разумеется.

— Мистер Эджин, вы уверены? Ваша просьба пустяк, а вот кутеж может легко обойтись в один пуд золота из четырех.

— Я не жадный. — Репортер пожал плечами.

Компаньоны переглянулись, и синхронно кивнули.

— Ладно, джентльмены, мне еще надо поработать с бумагами. Прошу меня не отвлекать, а то канцелярия сожрет меня надежнее мистера Эджина. — Ричард вернулся к бумагам.

— Илая, а это, погнали тогда развлекаться? — Неожиданно предложил Салех.

— И куда?

— Давай в мэрию! Постучимся. На кофе попросимся.

— Так мэр же сбежит!

— Так в этом и смысл! А потом зайдем в воздушный порт, и в банк!

— Ограбим?

— Илая, что за наклонности? Ну, что там мы найдем? Золото? Пуд? Два? Три? Если хочешь, давай лучше мэрию ограбим. Там предметы искусства, они легкие и дорогие… — Рей и Илая удалились.

Ричард послушал стихающие разговоры и ухмыльнулся.

Доклад Ричарда Джереми Гринривера, сквайра, в двадцать четвёртое управление. (отрывок)

… Таким образом нам удалось выполнить задание в полном объеме. Вождь народа Ахаджара принес клятву вечного мира с Империей. В качестве заверителя клятвы выступала божественная сущность, известная мне как Папа О

Должен ответить тот факт, что до момента нашего прибытия в Обсидиан-Тауэр Рей Салех предложил в качестве варианта решения вопроса с аборигенами их полную зачистку. Идея была отвергнута по причине своей низкой эффективности, так как до этого нами было зафиксировано воскрешение мегафауны в лесах севернее Реки Мата-Карта. (подробный отчет по данному эпизоду см. в отчете № 4)

Но в процессе выполнения миссии я случайно обнаружил вариант преодоления божественной силы. Таким образом у меня родился план по геноциду народу Ахаджара.

Необходимость данного плана обосновываю тем, что высочайшая цивилизационная адаптивность указанного народа представляет серьёзную опасность для существования империи, а также делает регион из проживания абсолютно непригодным для колонизации.

Мне удалось убедить вождя что лишь величайшие из людей способны ходить по дну моря. Океан в данном регионе имеет бесконечно большую магическую емкость и легко абсорбирует божественную энергию.