Сила воли

– Не мешай, – отмахнулась старушка, – дай послушать новости.

Через пару минут она заговорила снова:

– Вот и ладно. Хоть на время шишколобые от наших краев отстанут.

– Чего там, прелестница? – спросил хозяин леса, в очередной раз отхлебнув искрящейся настойки.

– Вожак эльфов запретил своим посещать наши угодья. Здорово я их напугала.

– Видать, дошло до шишколобых, что им с нами не тягаться. Надо будет порученцу сказать.

– А еще они теперь ищут Густава и его людишек.

– И на кой они понадобились эльфам?

– Да кто же их, чужаков, разберет? Не смогли одного наказать – решили на другом отыграться, – не стала признаваться кикимора. – Нам до их замыслов дела нет, пущай себе друг дружку мутузят.

– И то верно, прелестница. Главное, чтобы ни те ни другие в наши угодья нос не совали. С днем рождения тебя!



– Мама у меня строгая, но добрая. Вот увидишь, ты ей обязательно понравишься. – Радим волновался.

Парень давно не был дома. Он все собирался перевезти и мать, и двоюродную сестру в Троицкое, где для него строился дом, однако постоянно что-то мешало. Вокруг завертелся такой круговорот, что он не имел ни одного свободного дня, а потом еще пришлось перебираться в Крашен.

Наконец он немного разобрался с самыми насущными проблемами и при первой же возможности отправился в Смоленск, чтобы познакомить родню с невестой и получить родительское благословение.

Данила не стал отказывать в просьбе другу и составил ему компанию, взяв с собой Зарину. Еремееву давно хотелось посетить то место, где он впервые осознал себя в теле молодого парнишки:

«Даже интересно глянуть, что является пульсирующим источником силы? Ведь именно благодаря ему мое сознание совершило тот невероятный скачок!»

– Радим, ты у меня вроде смелый мужчина, а сейчас и сам боишься, и меня напугал, – дивилась Лада. – Ни за что не поверю, что у такого хорошего сына будет не такая же замечательная мама.

– Она, конечно, лучше всех, – неуверенно ответил паренек, – но меня очень долго не было дома. Могу получить заслуженный нагоняй.

– Поэтому ты и взял с собой Данилу?

– Конечно. Он нас с мамой от смерти спас…

– Да ладно тебе оправдываться. У тебя замечательная мама, я же знаю, и она будет очень рада. Только давай сначала посмотрим на алтарный камень, где мы с тобой впервые встретились. – Ереемеву было забавно слышать, как его боевой соратник, прошедший через множество стычек с врагом, явно побаивается собственной родительницы.

Окраины Смоленска за прошедшее время ничуть не изменились: те же полуразвалившиеся здания, грязь на улицах и соответствующие запахи. За последнее время Еремеев как-то отвык от подобных пейзажей.

– До смерти отца мы жили в хорошем районе, – продолжал оправдываться Радим, – но потом имущество отобрали за долги, и мы едва нашли крышу над головой. А вот тут мы познакомились с Данилой.

Все четверо свернули в подворотню. Внутри крутилась местная шпана, но пара слов Радима и брошенная монета заставили оборванцев покинуть внутренний дворик.

«А вот и первый заряженный мною алтарь, я его тогда еще за сортир принял». Александр подошел к будке и положил ладонь на ручку. Легкое покалывание сообщило, что энергия отправилась по назначению.

– Этот камень, похоже, вообще никто не заряжает? – спросил Еремеев.

– Так ты для этого сюда пришел? – спросила Зарина.

– Нет, я хотел одно место найти, а дорогу к нему помню только отсюда.

Вскоре они оказались там, где Еремеев впервые очнулся в этом мире, вооруженный необычным пистолем, который дребезжанием ствола и свечением надписей на нем сообщал о попытках чужого магического воздействия.

«Вроде все верно. Вон виднеется башня, развалины, болотом пахнет… И что тут может являться пульсирующим источником?»

– Что-то потерял, милый? – спросила Зарина. Место ей не нравилось, и почему-то на душе поселилась тревога, хотелось поскорее уйти отсюда.

– Нет, скорее, хочу что-то найти, – задумчиво произнес Александр, тщательно изучая местность.

За исключением торчавшего из земли камня размером с собачью будку, ничего примечательного не увидел. Приблизившись к булыжнику, почувствовал дребезжание необычного пистоля.

«Видать, это и есть пульсирующий источник. Ух ты, это он так меня приветствует?!»

Камень засиял серебристым светом, а в следующее мгновение прямо на нем возник человек.

Еремеев вслух выругался.

Он увидел себя. Еремеева Сан Саныча, каким он был в своем прежнем мире.


– Ну наконец-то! – облегченно произнес появившийся. – Я уже начал думать, что ты здесь вообще не объявишься.

– Ты… я… – Александр – Данила буквально онемел. Было ощущение, что он забыл все слова русского языка – и старинные, и современные. Да и как разговаривать с самим собой, когда находишься в чужом теле и не знаешь, кто занял твое собственное?

– Я тоже рад тебя видеть. Расслабься, это не мираж. Помнишь, кто бросил тебе звездочку в больничной палате? – спросил Еремеев-призрак.

– Лысый старик… Он еще про второй шанс что-то говорил. – Еремеев – Данила отвечал на автомате.

– Правильно, это я и есть.

– Ты?! Но почему?..

– В том теле вернуться в свой мир я не мог.

– А… в этом? – Еремеев – Данила чуть не сказал: «В моем», – но вовремя себя остановил, ведь рядом находились друзья.

– Тело, пусть и неживое, всегда тянется к родному сознанию. Сначала я перебросил дух, потом осталось дождаться, когда ты снова сюда придешь. Дальше – дело техники, – пояснил бывший некогда лысым колдуном.

«Неживое? То-то оно выглядит неважно… Ну да, я там просто обязан был умереть. А этот… Некромант, что ли?»

Мысли в голове Еремеева путались. Встреча оказалась столь неожиданной, что прийти в себя было архисложно. Он даже представить не мог, что доведется посмотреть на себя со стороны. Пока этот взгляд вызывал только нервную дрожь.

– Вижу, здесь ты времени зря не терял, – продолжил Еремеев-призрак. – Магические каналы прокачал на загляденье.

– Так получилось. Иначе бы не выжил, – рассеянно произнес Александр, пытаясь хоть как-то осмыслить происходившее.

– За что тебе огромное спасибо.

– Это я тебя благодарить должен. Там бы я сдох…

– Кстати, о благодарности, – перебил собеседника колдун. – Жизнь тебе я продлил, событиями наполнил… Пора и честь знать.

– Не понял… – Еремеев машинально положил руку на пистоль. – Ты хочешь меня убить?

– Нет, забрать тело. Видишь ли, в чем дело: найти подходящий сосуд для неродного сознания весьма сложно. Такой, считай, один на миллион.

– Но ты же сейчас…

Еремеев был настолько потрясен, что на время потерял связь с реальностью. Рядом стояли друзья и близкие, которые также пребывали в недоумении, а потому просто слушали разговор этих явно знакомых друг с другом людей.

– Меня не интересуют временные вместилища. Где-то можно продержаться месяц, где-то – два, а потом идет отторжение. Жизнь уходит, а пребывать в мертвом теле – удовольствие не из приятных.

– Погоди, а как же я?

– Ты умер еще в тот день, когда мы с тобой встретились. Я подарил лишь небольшую отсрочку, и сегодня она закончилась. Станешь бестелесным духом у меня на службе.

– Думаешь, я вот так просто сдамся? – Александр выхватил пистоль и направил его на собеседника.

«Он только этого и ждет», – промелькнула в голове явно чужая мысль.

– А ты не подсказывай! – повысил голос колдун, бросив озлобленный взгляд на камень. – Или забыл, кто твой хозяин? – Затем он посмотрел на Еремеева. – И чем же ты ему угодил?

– А это не твоего ума дело!

– Зря упорствуешь, Александр. Обмен ведь можно провести и по-другому. Например, с человеческими жертвами. А я знаю, как ты дорожишь друзьями. Думаю, и они тобой дорожат.

– И что с того?

– Для меня – ничего. А вот для тебя… Просто представь – выстрелить в меня может и кто-то из них. Я сразу заберу тело того, кто прострелил твой бывший труп, и снова насяду на тебя. Найдется другой идиот – займу его место… Ты будешь вынужден стрелять в друзей, дабы остановить эту карусель. А ежели это окажется твоя девушка? У тебя нет выхода.

В голове Еремеева молниеносно прокручивались варианты решения проблемы, но все они заканчивались победой того, кто явился сюда в его мертвом теле.

И лишь один выход приводил к ничьей…

– Это ты так думаешь. – Александр приставил ствол к своему виску.

Увидев это, Зарина, сбросив оцепенение, кинулась было к Даниле, но одним мановением руки колдуна была отброшена шагов на пять в сторону.

Еремеев успел только выхватить револьвер и буквально зарычал на негодяя:

– Стоять, урод! А теперь замри и не дергайся! Ведь я могу одновременно спустить два курка, и тогда…

В воздухе повисло звенящее напряжение.

– Ай, как непорядочно платить черной неблагодарностью за добро, – покачал головой владелец неживого тела.