Сестры Спринг

– Кроме меня, на нем никто не играет, я тоже редко подхожу к инструменту. У дедушки он уже тысячу лет, – откликнулся Лори с кровати. – Проходи, Бэт, присаживайся.

Я подошла к креслу в углу. На нем лежала стопка журналов. Лори сделал небрежный жест, дав понять, что журналы можно убрать. Я так и поступила, потом села в кресло и сразу в нем утонула. Черная теплая кожа пахла кедром и табаком. На полу, вдоль оклеенной обоями стены, лежала длинная подушка-валик. Здесь витал дух Нового Орлеана, особняк Лоренсов был куда старше нашего дома. Мередит рассказывала, что в доме, который раньше стоял на месте нашего, случился пожар. Дом выгорел дотла, хозяин получил серьезные ожоги, но обошлось без жертв.

Наш дом был сравнительно новым: серый сайдинг, продолговатое крыльцо. Особняк Лоренсов выстроен в стиле греческого возрождения, на углу улиц Найтшейд и Айрис. За свои пятнадцать лет мне не доводилось видеть столько книг и маленьких сувениров. В доме даже пахло необычно: корицей и клевером. В углах таилась тень, и мне становилось понятно, почему это место так привлекает Джо. Здесь становилось немного жутко, мрак сочился из всех щелей, висел в плотном воздухе.

В комнате Лори было полно самых разных вещей: плакаты, пластинки и книги, ни одного свободного пятачка.

– Бэт, а что ты любишь из музыки? Твоя сестра уверяет, что тебе по душе «Бастилия».

Джо ничего не сказала, и я на нее не взглянула. Лори вел себя очень приветливо, но я всегда испытывала трудности в общении с малознакомыми людьми. Мне становилось не по себе.

Переведя дух, я выдала:

– Нравится. Я играю на пианино и клавишных. Немножко на гитаре, но пока еще очень плохо.

– Ничего подобного, ты прекрасно играешь! – возразила Джо с пола. Она резко свела ноги, хлопнув черными ботильонами. На одном из них отсутствовала застежка. Я давно собиралась их починить, да все забывала. Она оторвалась пару месяцев назад, в тот вечер, когда Мэг с Шайей крепко повздорили. Джо лишь на этой неделе начала их носить, а до того все бегала в кроссовках и ботинках со шнурками.

Меня бросило в жар.

– Да какое там прекрасно!

– Я даже не сомневаюсь. – Лори улыбнулся мне и отложил телефон.

У меня в сумочке затрезвонил мобильник, и Джо поднялась с пола. Зазвучал рингтон на песню Эда Ширана, которую мама каждый день слушала с момента отъезда отца.

– Она звонит. – Я быстро поднялась. Махнула на прощание Лори и направилась к выходу, чтобы подождать Джо у двери.

Джо сказала, что ей надо на минуточку отлучиться. Ну фактически это прозвучало так:

– Я хочу по-маленькому. Спускайся и жди меня возле выхода.

Так что на первый этаж я спустилась одна. Прошла мимо комнаты, которую видела из окна нашей кухни. Хоть мне и не доводилось бывать здесь раньше, я прекрасно знала, что в ней стоит рояль – Джо много раз видела там Лори из окна. Вблизи я рассмотрела инструмент, лишь впервые попав в этот дом. Я беспокойно огляделась по сторонам. В особняке постоянно сновали уборщики, но самое главное – мне не хотелось вновь наткнуться на мистера Лоренса.

Я подошла к инструменту. Лакированный «Зейлер» стоял перед широким эркером в дубовой раме. Сколько раз я видела из окна, как Лори на нем играет. Я провела указательным пальцем по выпуклой черной клавише, и на пальце остался тонкий слой пыли. Я сдула пыль и села на табурет. Размяв плечи, вытянула перед собой руки, и сердцебиение унялось. Я тронула большими пальцами «до» средней октавы. Захотелось узнать, громко ли звучит инструмент, и я нажала клавишу. Звук вышел тихий, и меня стало чуть меньше тревожить, что кто-нибудь застукает, как я трогаю руками чужой рояль. Я давно не играла на приличном инструменте – у меня дешевые клавиши, а с тех пор, как Мередит разрешила мне учиться на дому, я пользовалась лишь старым синтезатором, который родители подарили мне четыре года назад на Рождество.

Пальцы проворно забегали по клавишам, наигрывая мотив песни, которую я сочинила еще в те времена, когда ходила в школу. Я немного поиграла, а потом отняла руки от инструмента и вышла из комнаты.

В коридоре мелькнула тень. Оставалось лишь надеяться, что это была тень Джо или Лори.





Глава 19





Мэг


В тот день я сидела дома и с нетерпением ждала Джона.

В голове не укладывалось, что он скоро будет здесь!

Я считала дни и часы, а теперь и минуты до его возвращения в Форт-Сайпрус. Я нарядилась в длинную черную блузку с сердцевидным вырезом и оголенными плечами. Однажды я при нем уже надевала платьице «пикабу», и он не мог от меня оторваться – все обнимал и обнимал. Надеюсь, в этот раз будет тот же эффект. Я много раз прокручивала в голове возможный ход нашей встречи после долгой разлуки.

Я села перед туалетным столиком и проверила на сотовом телефоне электронную почту.

Пришло письмо. От Джона. Сердце заколотилось, я с нетерпением открыла почту, собираясь прочесть.

Сообщение было отправлено пару минут назад. Тема письма – «Скажи мне».

«Привет, Мэг.

Как дела? Я без конца думаю о том, что будет, когда я вернусь, и, кажется, я больше не вынесу. Я запутался.

Прости.

Младший лейтенант Брук».




Я снова перечитала сообщение. Кровь отхлынула от лица.

Я перечитала его содержание в четвертый раз и отшвырнула телефон, словно ошпарившись. Он проскользил по туалетному столику; баночки, тюбики, кисти – все разлетелось. Они прокатились мимо ног, толстая кисть кабуки замерла у открытых носков моих босоножек от Стива Мэддена. А я-то расстаралась, ногти накрасила на ногах кроваво-красным лаком! Как-то раз Джон обмолвился, что ему нравится мой педикюр.

Я помнила все, до последнего комплимента.

Джон Брук был человеком немногословным. Он чаще молчал, и от того все им сказанное обретало особую ценность.

Я пыталась мыслить рационально, хорошенько все взвесить, чтобы не наломать дров. Но, черт возьми, это было непросто! Как прикажете поступить? Ответить, удалить, переслать кому-нибудь и попросить совета?

С чего вдруг такая внезапность? Джон должен вот-вот приехать, осталось всего два часа! Что такого могло случиться за полтора дня, что он вдруг «запутался»? В прошлый раз, когда мы разговаривали по телефону, он поддразнивал меня на тему моей неприязни к фильмам о супергероях, и я пообещала посмотреть с ним хотя бы один. Он рассказывал о своей маме в Мэне и сестре, которая только что родила третьего малыша. Ничто не предвещало скорый разрыв.

Я сказала, что мне ужасно хочется вновь к нему прикоснуться, и даже рассказала в деталях, какие у меня на него планы. На миг в трубке наступила тишина, он резко втянул ртом воздух и сказал: «О, ты меня убиваешь». Сладко защемило сердце, и захотелось быть с ним прямо здесь и сейчас. Я рассчитывала, что сегодня к десяти вечера мы будем лежать в теплой гостиничной постели. Он войдет в меня и будет шептать, как сильно он по мне истосковался; о том, что я ему нужна и как сильно ему меня не хватало. А утром мы поедим вкусных фирменных блинчиков с фруктовым пюре и сахарной пудрой. Я собиралась кормить его этими блинчиками и искушать, пока он не распалится и не завалит меня на постель, чтобы бурно любить на пышных простынях.

И что мне людям-то теперь говорить?

Что сказать миссис Кинг? Ой, вы знаете, Джон Брук бросил меня, вместо того чтобы сделать мне предложение, и теперь я одна; Шайа помолвлен с Белл Гардинер, а я – все так же одна-одинешенька, батрачу на вас… Я уже говорила, что осталась одна?

Как же он мог так со мной поступить? Да еще по электронной почте? Я была потрясена до глубины души, тело ломило, мышцы болели. То, что мне довелось испытать, выходило за всякие рамки. Мало того что меня снедал стыд из-за собственной неудачливости, так еще все вокруг примутся болтать, что Джон порвал со мной, известив об этом по электронной почте.

Что ж, могла б и сама догадаться! Принцев не бывает. Совершенно типичное поведение. Все мужчины в моей жизни так поступали. Ривер, мой бывший, так и сделал, только он, прежде чем послать мне эсэмэску, разослал мои весьма интимные фотки половине школы.

Я как зашла в компьютерный класс, как увидела свою слепящую наготу на всех мониторах…

Не знаю, кто это сделал – может быть, кто-то из моих так называемых «подруг». Сначала Ривер, потом – они, теперь – Джон. Нечего удивляться: в моей жизни эта схема уже устоялась. История повторяется.

– Что случилось? – Голос Джо до меня донесся словно из колодца.

Я не знала, как ей сказать о том, что творилось в моем мире. Неизвестно, как она по неопытности это воспримет и выдержу ли я ее реакцию. Оглядываясь в прошлое, я понимаю, что слишком много переживала из-за того, что обо мне подумают, но, в конце концов, репутация важнее всего на свете. С тех пор как нас перевели в Форт-Сайпрус, я усердно трудилась, создавая себе новый облик. Не всегда получалось, желаемый образ ускользал, но я крепко держалась и не намеревалась уступать. Я не позволю в очередной раз снять покров со своей частной жизни. Я села, распрямив плечи.

– Ничего, – ответила я, сглотнув. На глаза навернулись слезы.

Я взглянула на Джо, но та на меня не смотрела – она оценивала бардак на полу. Подцепила телефон с туалетного столика, где он лежал оборотной стороной, весь усыпанный белой пудрой.

Джо взглянула на экран. Я не стала вмешиваться, слишком быстро отказавшись от прежних рассуждений: не это ли первые вестники сумасшествия?

– Прочти на экране, – обреченно вздохнула я.

Если Джон «запутался», то я помогу ему разобраться. Если же это не принесет желаемого эффекта, то можно начинать распространять слухи о нашем разрыве, чтобы не дать ему навязать свою версию.

Джо прочла письмо и округлила глаза.

– Что это за ерунда?

– Я не знаю, Джо. – От слез защипало глаза.

– А разве он не должен был вот-вот приехать? – Джо осторожно переступила через раскиданное на полу безобразие и присела на край кровати. – Ты ему ответила?

– Нет! – Я затрясла головой. – А надо? – Мне не хотелось признаваться, что я в полной растерянности.

– Я бы так и сделала, ведь он же твой парень. Ты можешь ему позвонить.

Типа само собой разумеется – позвонить Джону и отговорить его от разрыва со мной только потому, что он мой парень. Эх, Джо, глупышка. Ей еще столько предстоит узнавать о парнях, о любви и об искусстве ходьбы по этому минному полю.

– Ты не понимаешь, – сказала я.

– Почему это?

– У тебя ведь до Лори не было парня.

Она уставилась на меня, шея и щеки у нее залились краской.

– Лори – не мой парень.

– Я не могу просто взять и позвонить. Так не бывает. Если я позвоню, то он сделает одно из двух: либо порвет со мной по-настоящему, либо просто не возьмет трубку. По-любому, я это не вынесу. Пока что он просто «запутался».

Теперь запуталась Джо. Это выглядело так мило и так наивно.

– То есть ты просто будешь ждать?.. – Все это представлялось ей в черно-белом цвете, она совершенно не видела полутонов.

Телефон пискнул в руке Джо, и она чуть не выронила его на пол.

– Письмо, – тихо проговорила она. – Опять. От Джона Брука.