«Сандал», которого не было

– Артем Николаевич. – Теперь в голосе молодого офицера звучало недоумение. – Я думал, вы знаете…

– Откуда я могу знать, если ты мне не докладывал?!

– Я не об этом, товарищ генерал. Сразу после предыдущего вашего звонка меня ознакомили с приказом…

– С каким еще приказом?

– С приказом о ликвидации отдела прикрытия и моем незамедлительном убытии в Сибирь, в Н-скую часть СПн! Еще немного – и вы меня бы не застали здесь – нужно в общежитие ехать, вещи собирать. И другие наши ребята сегодня убывают в разные места… Никто ничего понять не может…

«Вот оно как! Вот и начались подлянки!»

Дединец окаменело застыл, с телефонной трубкой на отлете.

– Товарищ генерал, вы меня слышите?

– Слышу, Николай! – Он все-таки вспомнил имя этого лейтенанта. – Спасибо за службу! И удачи тебе!

– Спасибо, товарищ генерал! – Лейтенант, похоже, был разочарован – он явно ждал помощи или хотя бы разъяснений. А для командира хуже нет ситуации, когда в нем разочаровываются подчиненные. Но сейчас речь не об офицерах, отправленных из Москвы в периферийные гарнизоны, – их жизням, по крайней мере, ничего не угрожает, а о пропавшей группе…

Дединец положил трубку, но тут же снова снял ее и соединился с оперативным дежурным Управления специальных операций.

– Подполковник Яснов! – доложил тот.

– Поднимай по тревоге дежурную группу! – приказал он. – Спецбортом в Моздок, дай ШТ, чтоб там встретили и сопроводили в Мохк-Мартан, к скале Ведьмины Зубы. Разобраться на месте крушения вертолета, организовать спасательную операцию, утром доложить!

– Гм… Кх… – Звуки, которые раздавались на том конце связи, не соответствовали ни уставу, ни субординации, ни существующей в УСО железной дисциплине, ни личным отношениям генерала с подполковником Ясновым, который отличался исполнительностью, безукоризненной точностью в исполнении приказов и высокой грамотностью.

– Что там такое, Яснов?! – рявкнул Дединец. – Доложи, как понял приказ!

– Извините, товарищ генерал… Только что поступило распоряжение. – Подполковник говорил коряво и косноязычно, поэтому Дединец понял, что сейчас услышит. –  Вы с сего дня отправлены в отпуск для прохождения медицинского обследования в связи с предстоящим увольнением со службы. Исполняющим обязанности назначен генерал-майор Коцубенко. Так что извините, Артем Никола…

Дединец отключился, набрал несколько министерских номеров, но прояснить обстановку до конца не смог. Удалось выяснить лишь, что катастрофа предположительно военного вертолета в районе Мохк-Мартана действительно произошла, что на месте создана следственная группа, которая ведет расследование, но сумерки вынудили отложить осмотр места происшествия до утра.

– Ну и бардак! – Генерал выругался. – Ну и суки!

Сигнал вскочил на ноги и грозно зарычал, полностью соглашаясь с хозяином. Генерал налил еще бокал, но пить не стал, зная, что за этим последует: он напьется, вызовет Мишу, спросит – готов ли тот немедленно лететь в Мохк-Мартан, Миша с энтузиазмом согласится, к ним примкнут два бойца охраны, он начнет требовать для созданной группы оперативного реагирования спецборт и дело выльется в скандал, который завтра станет предметом обсуждения всего министерства…

Поэтому он, не раздеваясь, лег прямо здесь, на диване, рядом на ковре приткнулся Сигнал, и они заснули, причем оба видели беспокойные сны. Человек иногда вскрикивал и отдавал команды, а пес рычал. Но они не могли ничем помочь «Сандалу», это входило в компетенцию других людей.





Глава 2

Призраки с неизвестного вертолета




Чечня, Ханкала, штаб Объединенной группировки, 2004 г.

Армейские сухпайки, тушенка и макароны военному прокурору Объединенной группировки[8] полковнику юстиции Бордюгову уже порядком надоели. Но сегодня на ужин случилось жаркое из случайно (а может, и не очень случайно) застреленной коровы, и, нужно сказать, оно удалось поварам на славу. Вернувшись из столовой в свой вагончик, прокурор взял одну из лежавших на холодильнике видеокассет, что привез недавно из Моздока, вставил ее в видеомагнитофон, снял камуфлированную куртку, ослабил ремень и уже намеревался прилечь, как зазвонил стационарный телефон внутренней связи.

– Вас вызывает генерал Свиридов! – сообщил дежурный. – Срочно!

– Принял!

Бордюгов вздохнул и принялся одеваться. Торопился, впрочем, он не сильно, поэтому, когда вошел в кабинет командующего группировкой, кроме самого генерал-майора там уже были начальник разведки подполковник Крюков, начальник авиации подполковник Бронеславов и новый руководитель военной контрразведки – полковник Витальев, которого Бордюгов толком не знал.

– В Мохк-Мартановском районе упал вертолет, – без предисловий сообщил генерал.

Присутствующие молчали. Похоже, один Бордюгов был пока не в курсе.

– Чей? – спросил он.

– Со слов очевидцев – камуфлированной раскраски.

– Группа подполковника Нижегородцева?

– Нет. Тот вертолет успешно приземлился в Моздоке и, как докладывает начальник авиации, уже улетел дальше.

Свиридов взглянул на Бронеславова. Подполковник кивнул:


– Так точно, улетел по маршруту.

– А чей? – повторил вопрос прокурор.

Генерал продолжал смотреть на начальника авиации.

– Пока неизвестно, – сообщил тот.

– Как это? – удивился Бордюгов.

Вопрос повис в воздухе.

– Завтра вы это выясните! – после паузы сказал генерал. – Лететь туда в ночь необходимости нет, место падения и выжившие охраняются силами местной милиции. А погибшим мы уже ничем не поможем. Так что полетите утром.

– Начальник авиации! – обратился он к Бронеславову. – Подготовьте к утру проект приказа от моего имени о создании комиссии по расследованию авиационного происшествия!

– Расследование должно проводиться тем подразделением, чье воздушное судно потерпело катастрофу, – попытался возразить Бронеславов. – В группировке, как я докладывал, за истекшие сутки авиационных происшествий не было.

– Вертолет упал на нашей территории, – повысил голос генерал. – Вы предлагаете ничего не делать, сидеть и ждать, пока кто-то начнет его искать? А в Москву сообщить, что в нашей зоне ответственности разбился НЛО?

– Есть подготовить проект приказа!

– Председателем комиссии назначаю вас, – смягчил тон Свиридов. – Остальных включите на свое усмотрение.

– Есть!

– Там есть где приземлиться?

– Так, чтобы прям рядом, нет: холмы со скальными включениями, ровную площадку и не найдешь. Можно на поле сесть и пешком идти, но как бы наш вертолет не обстреляли – слишком привлекательная мишень, а видно его будет издалека…

– Что предлагаете?

– В нескольких километрах оттуда мотострелковый полк дислоцирован. У них там оборудованная площадка должна быть. Если транспорт нам выделят до места от них добраться…

– Выделят! Правильно, лишний риск нам ни к чему, приземляйтесь в полку. Там вас и покормят… И, кстати, что от вертолета осталось, можно будет туда перетащить.

– Понял, – кивнул Бронеславов.

– Так, может, он в тот полк и летел? – предположил военный прокурор.

– По радиосвязи у них трудно что-либо выяснить, – сказал начальник авиации. – Пехота же.

Он осекся и взглянул на Свиридова. Но генерал нелестные слова о пехоте пропустил мимо ушей.

– Уголовное дело вы ведь в любом случае возбуждать будете?! – обратился он к Бордюгову. – Вертолет-то наверняка военный, хоть и залетный.

– Да, будем возбуждать. Потом, если что, передадим по подследственности.

– Вот, значит, вместе завтра все и выдвигайтесь на место! К полудню я должен обладать первичной информацией: кто летел, куда, откуда, какие потери, предположительная причина катастрофы! Все, все свободны!

Выйдя из кабинета, начальник авиации направился к вагончику, где жил авиаинженер группировки.

– Михалыч! – распорядился он. – Бери спецов по «вертушкам» и приходите ко мне.

Бордюгов тоже зашел к своим, предупредил, кому предстоит лететь завтра с ним. Не будет же военный прокурор группировки лично следственные действия проводить – писать протокол осмотра места происшествия, изымать вещдоки, допрашивать свидетелей и прочее…

Вернувшись в кубрик, он лег спать: завтра предстоял долгий и напряженный день. Но мысли о переданном в Главную военную прокуратуру деле по нападению на военную колонну не давали заснуть. Странное дело! Трупы куда-то исчезли, в кузове баранья кровь, загадочный вертолет без установленной принадлежности… Как бы это не он лежал сейчас на Ведьминых Зубах… Столько загадочных событий не могут произойти по отдельности – это звенья какой-то одной, очень хитрой цепи, к которой не давал и близко подойти этот подполковник из Центра «Т» Нижегородцев[9]. Будет неудивительно, если он опять свалится на голову и вновь начнет ставить палки в колеса…

В конце концов усталость взяла свое, и прокурор провалился в путаный и беспокойный сон.





* * *


Утро выдалось неприветливым. Небо затянули серые тучи, а по земле стелился густой туман. Зимой здесь такое бывает. Причем растягивается на недели. Ветер свищет, тучи ходят между горами туда-сюда, словно отталкиваясь от них, как мячик пинг-понга от ракеток.

Представительная делегация, комиссия по расследованию авиапроисшествия и следственно-оперативная группа, стояла на взлетке у печально опустившего лопасти вертолета. Здесь были начальник авиации и три его специалиста, военный прокурор с двумя следователями, начальник контрразведки с подчиненным опером, начальник разведки, шестеро спецназовцев, выделенные для физического прикрытия. Все подняли воротники и, нахохлившись, как воробьи на проводах, переминались с ноги на ногу.

– Похоже, это надолго, – поежившись, сказал начальник разведки. – Может, автомобильной колонной двинемся?

– Не годится! – отрезал прокурор. – Тащить колонну через половину республики… Это когда же мы информацию соберем? Когда генералу доложим? Когда в Москву передадим?