Рунические войны Захребетья

Дверь распахнулась… Дзинь-нь! Отлетевший от неё запор ударился об какое-то препятствие в начале вагона. Там, куда девчата задвинули стол.

Все замерли на мгновение, а потом пронзительно завизжали. Писец! Млин!

– Пфр! Пфр! – заявил мой Братан, протиснувшийся в распахнутую дверь.

Конь взял, да и улёгся прямо так. Частично в тамбуре, частично на переходе между вагонами и частично тут, в нашей сплочённой, общей компании. Той частью, где голова, естественно. Охрененное прибавление в коллективе.

Но и это не всё! Просто сразу визжащие от неожиданности девчата, да и я тоже, не всё заметили.

Заявился мой боевой товарищ не с пустыми копытами, а точнее, не с пустым ртом. Он меланхолично встряхнул гривой и поставил в центр накрытой поляны корзинку с яблоками, чем вызвал общий восторг.

Напугать надолго пьяных девушек сложно, посему моего Братана немедленно окружили заботой и вниманием. Я даже ревновать начал, смотря на его довольную и наглую, лохматую морду.

– Ну, коли все познакомились и никто не против, – я взял слово, но, не вставая, а прямо с места. – Продолжаем наше мероприятие!

– Ур-а!

– Здорово!

– Гуляем девоньки! Ух-ха-а-а!

Меня поддержали боевым кличем и пир продолжился.

– Ну, Феликс, – Натаха толкнула меня в бок. – Удивил! Вот чест слово!

– П-прошу извиненье! – к нам обернулась та девица, что с косой до колен. – Э-эть! – она икнула и отхлебнула глоток из кружки. – Перловская… По перловской… Тьфу! – барышня расстроилась и просто показала рукой на буржуйку с котелком.

Её поняли быстро, причём все абсолютно и даже конь, который разложил свою пышную гриву сразу на нескольких парах девичьих коленей. Ловелас блин, молчаливый! Подлиза!

Активистки проверили готовящееся и все чуть-чуть успокоились.

Выпив крепчайшего и закусив, мы вспомнили о рассказах про армейские тяготы и суровые будни защитников далёких и холодных рубежей Родины.

Ну а источником важных данных оказался Ефим, как единственный из всех присутствующих уже повоевавший в Захребетье.

– Девоньки, вот как вы справитеся со злыдней ледяною? – Ефим задал вопрос с подтекстом и усмехнулся.

– Всем ясно, как с нею поступать надобно, – деловито проговорила мелкая девчонка. – Рунных боеприпасов коли нету, то пригвоздить её можно исполнив вязь солнечного ветра…

– Или копьё сотворить, огненное, – подсказала дополнительное решение длиннокосая деваха.

Ефим самодовольно откинулся к стене, а мой конь всхрапнул. Во, блин! Ещё один вояка нарисовался.

– И что вы сдавать понесёте в гарнизонную приёмку, али в нелегальную скупку? – подсказал несуразицу Ефим. – Правильно! – он сам начал отвечать. – Токма черепушку чёрнуя, что апосля ваших ударов-то и останется. Дешёвка это!

Он прервался, дав возможность девчатам задать наводящие вопросы.

– Дык, а это… Ну… – смутилась синеглазая красавица с солидным тесаком на красивой подвязке у самой лодыжки. – Дед Ефим, не стравливай горе! Выпьем? – она подняла кружку и ударила ей об соседский сосуд с выпивкой.

По вагону пронеслась череда глухих ударов деревянной посуды и пару мгновений держалась немая пауза. Потом забулькала разливаемая жидкость, что послужило намёком к огласке правильного решения проблемы старым воякой.

– Вот чой я вам скажу, девоньки, – начал ликбез Ефим. – А чевой такое, да поболее всего ценится в твари ентовой? Правильно! – он поднял указательный палец для акцента. – Сердце да печень у чёрных скупщиков вам по червончику златному принесёт, да спасибо в клювике, – пояснил дед и подкрутил ус, довольный от произведённого эффекта.

– Понятно, – протянула мелкая.

– А как уберечь-то тварюгу эту от солнца иль свету дневного, да и чем бить? – правильный вопрос задал кто-то.

– Дык, в мешок её, тока убивать исключительно боеприпасом рунным, али холодным оружием надобно, – отмахнулся Ефим. – Да и делов-то! А скупщик тот, так сам ужо всё ценное изымет, да и сплюсует к общей выплате.

Все закивали, соглашаясь и принимая к сведению простоту решения проблемы, а я сижу не в зуб ногой, что за злыдня этакая присутствует на повестке всеобщего интереса.

– А почему вы хромаете? – пискнула мелкая девчушка.

Разумеется, что по росту она мелкая, а не по возрасту.

– Да! Да! Расскажте нам! – подхватили девчата переливным многоголосьем.

– Просим! Просим!

Старый вояка выпрямил ногу, засучил штанину и отстегнул протез, расписанный причудливыми иероглифами, рунами и украшенный несколькими камнями малахита. Артефактными, судя по исходящему свечению, еле приметному для глаз даже в скудном освещении вагона.

– Нет ноженьки пониже колена-то, – пояснил дед и так понятное. – Токма протез с магической начинкою для ходьбы сподручной, то и есть…


Бум-бум-бум-бум…

Глухие удары в дверь со стороны головы состава не позволили Ефиму поведать нам о своих злоключениях.

– Так, парни, – я обратился к Эдику и Михаилу. – Это для нашего трио сигнальчик. И я надеюсь, что вы готовы к выступлению! Встали! Огнестрел не берём!





Глава 8. Эшелон идёт на восток…




Бум-бум-бум-бум…

В дверь начали барабанить более настойчиво.

Бум-бум-бум-бум…

– Потерпите, скоро откроем! – крикнул я фальцетом, пародируя девчоночий голосок.

Это подействовало, как ни странно, и снаружи затихли.

– Не терпится кому-то огрести люлей, – пробубнил я уже тише.

Такой вывод созрел, когда я внимательно посмотрел на выражения лиц гостеприимных Эдика и Михаила. Они просто жаждут пожать что-нибудь такого, или продырявить. Ведь обнажённое оружие на такое настроение очень красноречиво намекает.

Причём, у нашего молчуна и не шпага вовсе, а нечто этакое, самурайское, и в двух экземплярах. Две двуручные сабли, может, чуть-чуть покороче моего боккэна. Ну, а так-то да, почти один в один, как мой деревянный вакидзаши для тренировок.

Надо будет обязательно поинтересоваться у этого молчаливого парня, откуда у него такое оружие и каким боком он знаком с восточными системами боя.

Глядя на него, я нащупал свои нунчаки, размещённые в удобном чехле на левом предплечье. Из бабонек моих, новых подданных, кто-то пошил чехольчик, и посему я их ношу. Не мешают, а порой и очень выручают. Может, потом попросить какого-нибудь специалиста заклеймить их рунами и ввинтить пару артефактиков боевого назначения?

Тьфу! Ну, что за мысли перед ответственным моментом в голову лезут?!

А почему именно на нунчаках я решил остановиться в выборе вооружения для встречи гостей? Просто убивать призывников нет у меня никакого желания! Я же так и не научился останавливать боевую рунную вязь, а точнее, ударное построение для рунной шпаги, презентованной Артуром в своё время. Я как-то раз уже раздолбал что-то в саду, на заднем дворе антикварной лавки. Вдрызг и в каменную пыль раздолбал!

– Так, девушки, милые вы наши, – начал я нарочито спокойно, чтобы не будоражить их души, и не раздражать лишними эмоциями своего нервняка. – Продолжайте беседовать на интересные темы, праздновать и…

– Угу, – кивнул Михаил, как всегда блеснув красноречием. – Продолжайте, – добавил молчун, совершив подвиг в общении.

– Покушайте там, закусите и про перловскую не забудьте, – напомнил Эдуард, находясь на своей волне. – Чтобы не подгорела. А мы это, мы значится, скоро к вам присоединимся.

Мы с Мишей переглянулись, выразительно подняв брови домиком и начиная подозревать, что кроме еды у толстячка вообще никаких забот нет на сегодняшний вечер. А эти, ну, которые в дверь ломятся, так они для паренька просто недоразумение, мешающее вкусно поесть, и отвлекающий фактор от приятного общения с девушками.

Тем не менее, его непринуждённость мне понравилась, особенно, её успокаивающее воздействие на девчат. Ну, я и решил перенять её и на себя.

– Да, кстати, вы поглядывайте там за готовкой, девчата, – я небрежно поддержал Эдика в лёгком беспокойстве на кулинарной почве.

Высказав важное, на взгляд каждого, мы потеряли интерес к девчатам и начали скорёхонькую подготовку к встрече нетерпеливых визитёров.

Миша с Эдуардом чуть-чуть отодвинули стол от двери, вместе со мной, стоящим на нём. Ровно на столько, чтобы иметь возможность приоткрыть дверь всего лишь наполовину. Ну, ок!

– Наташ, – я позвал свою новую подругу, не оборачиваясь.

– Что? – раздался её ответ прямо за моей спиной, заставив вздрогнуть от неожиданности.

А обернувшись, я увидел перед собой абсолютно трезвого человека.

Во, девка даёт! Или она микстуру приняла намагиченную, или просто держится так, контролируя себя внешне? Всё может быть.

– А-а, так ты тут? – я как-то запоздало среагировал.

– Сами велели за перловской по-пловскому следить, – она кивнула на буржуйку с котелком. – А эта, так она в аккурат у начала вагона…

– А-а, ну да, – я поспешил согласиться, и прервал её пояснения. – Ты, вот что, Натали, девчат можешь попросить кое о чём?

Наша шебутная подруга подобралась и переместилась поближе, дабы не упустить нечто важное. Это мое серьёзное настроение так подействовало на неё.

– Конечно, Феликс! – она чуть не козырнула, выставив грудь колесом. – А куда это ты пялиться удумал! А?

Тьфу ты… Не хватало ещё! Я немедленно отвёл глаза от её распашонки, чересчур тонкой и просвечивающейся.