Рок Зоны

– Ты чего? Я же пошутил!

– Что это… было? – выдохнул я, рукой указывая на мертвую тушу.

– Упырь, – буднично ответил незнакомец, оттирая лезвие ножа пучком сухой травы.

– Кровь сосет? – догадался Лева. Он сообразительный у нас.

– Не только, – ответил незнакомец, подходя к убитой гадине. – Еще и мясо любит пожевать.

Перевернув мутанта навзничь, он занес нож над головой и со свистом вогнал его в грудь. Раздался жуткий хруст – это лопнула кожа и стали расходиться хрящи.

– Что вы делаете? – спросил я.

– Не видишь, что ли? Открываю его.

«Открываю?! Это что, консервная банка, чтобы открывать? Черт, да он чокнутый!»

Я глянул через плечо незнакомца и сразу же отвернулся – вид фиолетовых кишок, вываливающихся из раны, меня не привлек.

– Зачем? Он и так уже мертв.

– Ясно дело, мертв, – кивнул незнакомец. – Попробовал бы я его живым вскрыть! Ха! Для того и убил, чтобы железу спокойно достать.

– Какую железу? Что происходит? – вновь начал паниковать Лева.

– Обычную, тимус называется. На черном рынке за нее можно огромные бабки получить.

– Я что-то не совсем…

– Парни, – незнакомец поднял взгляд. – Вы и вправду как с луны свалились. Неужели не в курсе?

– Похоже, я начинаю понимать, – прошептал Лева. – Мы просто сошли с ума. Вот и все объяснение. Понимаете? Ну, вот рубим мы метал, со всеми этими кровавыми текстами, чернухой. Вот вам и результат. Меня ведь бабушка предупреждала, что до добра это не доведет. Даже святой водой на меня брызгали – не помогло. Надо бы еще побрызгать. Где здесь поблизости можно набрать святой воды?

– А вы зачем за мной пошли? – спросил незнакомец.

Ловко орудуя ножом, он добрался до самого нутра мутанта и залез почти по плечи в межреберное пространство. Говорил оттуда. Голос его звучал глухо, замогильно. Я невольно подумал, что если так записать вокал, то это будет самый брутальный альбом тысячелетия. И название сделать что-то типа «Внутри монстра» или «Из чрева черноты».

От этих мыслей я захихикал. Может, Лева и в самом деле прав, и мы все разом сошли с ума, а это коллективная галлюцинация? Ведь не может это быть правдой! Какой-то монстр, который нас чуть не сожрал, потом чувак потрошит его. А сейчас он уже залез почти по грудь в его тушу – да это же просто готовый клип для новой песни группы типа «Devourment» или все тех же «Каннибалов».

Смех уже рвался из меня.

Незнакомец вылез с кожистым мешочком в руке, положил железу в баночку, которую заранее приготовил. Потом смерил меня сухим взглядом, сказал: – Это нормально, смех помогает справиться со стрессом. Только не громко. А то вдруг другие твари пожалуют.

– Послушайте, – голос Левы дрожал. – Мы пошли за вами, чтобы узнать…

– О, а это что у тебя в руке? – оживился незнакомец, завидев у того в ладони финку. – Ножичек?

Охотник беспардонно отобрал оружие, покрутил в руках, сморщился, вернул владельцу.

– Китайская подделка. Такая при первом же выпаде погнется. Или лезвие лопнет. Только хлеб резать.

– Как подделка? – вытянулся в лице Лева. – Я ее купил у мастера!

– Мастер-фломастер, – передразнил незнакомец. – Втюхал тебе железяку, а ты и рад.

Охотник отдал нож обратно Леве с таким видом, будто это был жирный слизняк.

– Кстати, все хотел спросить, да времени не хватало, – сказал незнакомец, пряча баночку с железой в наплечную сумку. – Вы чего все такие волосатые? Вы, случаем, не из этих?

– Из каких? – не понял Лева.

– Ну, из этих.

– Мы – группа, – пояснил Лева. – Тяжелую музыку играем. Это имидж такой.

– Понятно, – протянул охотник, с подозрением косясь на Леву. – А то я подумал… Ладно, ребятки, некогда мне тут с вами лясы точить. Говорите, чего хотели, раз за мной пошли, и разбегаемся.

– Тот дом на курьих ножках – это что? – вклинился я в разговор.

– Ясно что – приманка для упыря. Закидываешь внутрь мясца побольше, зайчатины там или кабанятины – что поймаешь. И ждешь. Упырь, почуяв запашок, не может отказать себе в удовольствии, чтобы не полакомиться падалью. Лезет в избушку и там застревает, крюки и колья специально ведь навешаны. И как вы еще не насадились на них, ума не приложу. Не зря, видимо, бабка тебя святой водичкой окропляла! Ха! Я бы и не стал с этим мутагеном в рукопашку рубиться, если бы вы не выползли. Опять, получается, спас вас.

Меня начало помаленьку отпускать. Вытерев слезы с лица, я спросил у охотника:

– У нас двое из группы пропали. Где тут можно найти ближайший пункт связи – телефон, интернет, не важно? Хоть что-нибудь. Нам надо связаться с… с кем-то, кто вытащит нас из этого ада.


Незнакомец задумался, но ответить не успел – из лесной чащи раздались шаги. Охотник посмотрел в сторону звуков, показав жестом, чтобы мы замерзли.

Кажется, этот добытчик желез монстров что-то говорил о собратьях упыря…

Я невольно поежился. Увидеть еще одного такого гада, живого, жаждущего человеческой плоти, мне не хотелось.

Но это был не упырь. Насколько я понял, эти твари не умеют стрелять. А выстрелы последовали, и весьма плотно, потому что мы едва успели броситься на землю, как над головами засвистели пули, скашивая ветки и кусты.

– Это кто такие? – пробубнил я, сильнее вжимаясь в землю.

– Хотел бы и я это знать, – охотник скинул с плеча ремень автомата. – Сейчас я этих уродов…

– Прекратить стрельбу! – раздался сиплый голос из леса. – Объект взять живым!

В плотном сплетении веток я увидел, как тени начинают окружать нас. Это заметил и охотник, шепнул нам:

– Отступаем к избе! Насчет «три». Раз! Два… Три!

Мы рванули к дому.





12




Их было трое. И они шли по следу, словно охотничьи псы. Все остальные, кто был с ними, лишь безмолвно выполняли их приказы. Безмозглые солдаты, пушечное мясо. Их и людьми-то назвать сложно. Древний культ западной Африки придумал для таких существ отдельное слово – зомби.

Но это были не те зомби из фильмов-страшилок, тупые полуразложившиеся мертвецы, жрущие все вокруг. Вполне опрятно одетые, без следов гниения, может, чуточку бледнее обычных людей. Они могут стрелять, они могут говорить простые слова. А еще они жаждут убивать. Могут сутками напролет идти по следу, без воды, еды, сна и отдыха. Идеальные солдаты.

И управляли этой мини-армией они трое. Поступил приказ: во что бы то ни стало поймать пацанов и привести в Бункер. Иначе Хозяин будет недоволен. А когда он не в духе, толпа его живых подчиненных начинает стремительно редеть, а зомби-войско – пополняться новобранцами.

– Их сопровождает какой-то сталкер, – произнес Первый, пряча бинокль в чехол.

– Знаешь его? – спросил Второй.

Первый покачал головой.

– В первый раз вижу. Но знаю одно – он отличный охотник. Завалил упыря врукопашную.

– Нашел чем удивить, – фыркнул Второй. – Кто-то из местных? Или личная охрана?

– Похоже, что из местных.

– Как думаешь, куда они двинули?

– Похоже, к Затону. Там есть, где укрыться.

– Эр-р-рль, а-р-ль-кх! – проревел Третий.

– Знаю, – кивнул Первый.

– Что он сказал? – спросил Второй, с подозрением косясь на Третьего.

– Что у охотника есть оружие, он чувствует запах пороха.

– И как ты понимаешь его речь?

Первый не ответил.

Второй вгляделся в сгустившуюся лесную тьму, нехотя произнес:

– Двинули дальше. И скажи этим тупым зомбакам, чтобы не палили выше пояса, – снесут башни этим уродам, как потом перед Хозяином оправдываться будем?

Первый промолчал.

Отряд двинулся по следу.