Репортаж из другого мира

* * *





Ковалева Виктория Николаевна:



Пролог.



Мы уже третий час упрямо продвигались по узкой тропинке, со всех сторон окруженной джунглями. Где-то вдалеке виднелись величественные и прекрасные горы, которые словно оберегая, окружили долину Балиен.

Однако, мне уже давно было не до красот Новой Гвинеи, чему активно способствовал едкий пот, раздражающий глаза, и обилие разномастных гнусов, которые несмотря на использованные репелленты, то и дело пытались забиться в нос и рот.

Впереди всех, уверенно шагал наш проводник, - низкорослый темнокожий мужчина по имени Соха.

Следом за ним, стараясь не показывать усталость, шел оператор Вадик, - два метра концентрированного тестостерона, и как следствие, непревзойденной самоуверенности.

Следом, тихо матерясь под нос, едва переставляя ноги, плелась я, а замыкал нашу небольшую процессию, звуковик Сережа, - субтильный молодой человек с извечно красными, чуть оттопыренными ушами.

Путь наш лежал в поселение племени Лани, которые проживали в окрестностях долины реки Балиен. Бывшие людоеды, которые до сих пор жили охотой и земледелием, крайне редко общались с цивилизацией, сохранив тем самым неповторимый, экологически чистый колорит.

Хотя, папуасы охотно принимали от туристов подарки в виде спичек, ложек, и других бытовых мелочей.

Одним словом, репортаж обещал получиться увлекательным.

За годы моей репортерской работы, мне довелось побывать в самых разных местах: от горячих точек, до покрытых вечными снегами полярных станций.

Свою работу я любила безумно, и отдавала саму себя без остатка, что впрочем не помешало мне к моим тридцати двум годам, четыре раза побывать замужем.

В конце концов, я поняла, что семья это не для меня, и после развода с четвертым мужем, больше не вступала в продолжительные отношения с мужчинами.

Авантюристка по натуре, я всегда радовалась новым приключениям.

Сделать сюжет о празднике смерти в Мексике? Не вопрос! Забраться в пещеры Тибета? Да без проблем! Прийти в гости к племени бывших людоедов? Однозначно, да!

Жить именно так, Жить с большой буквы, - это ли не счастье?

Увидеть наш мир, не прилизанно-туристический, а первозданный, полный тайн и опасностей, от которых замирает дух! Вот она, моя Жизнь с большой буквы, и другой мне не надо.

Не сказать, что родители одобряют мою работу, но с нравоучениями не лезут, - и то хлеб. Хотя, когда бы им лезть, если мы с ними видимся раз в два месяца и то по видеосвязи.

Нет, я конечно скучаю по ним, но сердце мое радуется зная, что Ма и Па счастливы в своем уютном домике на берегу Средиземного моря, с непременными пятничными играми в бридж, и золотистым ретривером, по кличке Шерлок.

Одним словом, судьбой своей я была довольна, и менять в ней я ничего не собиралась. Но, как говориться, - хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах...



Деревня Лани мне понравилась сразу. Маленькие, деревянные, круглые хижины-хонаи, - вполне себе симпатичные. Пестрые, взъерошенные куры, оголтело кидающиеся прямо под ноги, худые чумазые свиньи, пасущиеся прямо возле ничем не огороженных домов, - местный колорит во всей своей красе.

Нашу съемочную группу, во главе с проводником, вышло встречать все население небольшой деревеньки. Впереди всех вылез старый, болезненно худой вождь, одетый лишь в котеки, едва прикрывающую пах. Были здесь правда мужчины и женщины одетые в старые, поношенные футболки и платья, но даже такой, относительно современный их вид разбавляли цветные перья и ожерелья из свинных клыков.

Папуасы оживленно гомонили, на режущем слух, стрекочущем языке, не стесняясь тыкать в нас пальцем, но в прочем, не спеша при этом приближаться к нам на расстояние меньше десяти шагов. Только дети, то и дело порывались выбежать к странным белокожим людям, но бдительные женщины успевали вовремя перехватывать сорванцов.

Вождь, перебивая общий шум, пророкотал что-то на своем наречии, и Соха тут же ему ответил, активно жестикулируя и показывая какие-то совсем уж невообразимые пантомимы. Видимо, объяснял старику кто мы такие, и какого хрена нам здесь собственно, надо.

Обернувшись к нам, проводник произнес на ломанном английском:

- Преподнесите вождю дары.

Даров для исправившихся людоедов мы набрали целый рюкзак. Все по списку, который нам выдали еще в городе: спички, ложки, сигареты без фильтра, моток лески, и прочая копеечная дребедень, которая теперь гордо именовалась: "дары".

Папуасы радостно расхватали подарки, а вождь удовлетворенно кивнув, обнажил крупные желтые губы в какой-то обезьяньей улыбке.

- Местных руками не трогать, еду есть только свою, громко не разговаривать, в хонаи не заходить. - В который раз проинструктировала нас Соха, и мы, заверив что все прекрасно поняли и осознали, принялись разбивать лагерь, прямо на окраине деревни.

- Ну что, - Вадик прищурился на клонящееся к горизонту солнце, - завтра можно начать съемки.

- Не по себе мне что-то. - Тоскливо вздохнул Сережа, для которому подобная экзотика была в новинку. - Скорей бы уже отснять и убраться отсюда подальше.

- Ну, быстрее чем за два дня мы вряд ли управимся. - Я почесала кончик носа, и принялась перетряхивать рюкзак, в поиске заветной бутылки с минералкой. Услышав душераздирающий вздох звуковика, насмешливо поинтересовалась: - Неужели так боишься что тебя схарчат?


- Тут и без этого есть чего бояться. - Буркнул явно обидевшийся Сергей. - Дизентерия, малярия и прочая дрянь, которой тут до жопы.

- Тебе, дурья башка, для этого и объяснили, как себя вести. - Вадик закончил устанавливать палатку, и теперь сидел на корточках, попыхивая электронной сигаретой. - И как тебя сюда занесло, такого неженку?

- Разнообразия захотелось. - Буркнул звуковик, чьи уши теперь буквально пылали алым, как революционное знамя.

- Ну, так наслаждайся, приключенец! - усмехнулся оператор, и кивнул в мою сторону, - Вон, бери пример с нашей Крис, - само олицетворение невозмутимости!

Я изобразила шутливый реверанс, который наверное выглядел еще комичнее, учитывая то, что на мне были одеты брюки-карго, с множеством удобных кармашков и тяжелые ботинки на шнуровке.

Парни дружно улыбнулись, а Вадик даже попытался кокетливо подмигнуть, хотя прекрасно знает, гаденыш, что меня этим не пронять, - сказывалась привычка не заводить интрижки на работе.



Вылезла из палатки когда на деревню уже опустилась глубокая ночь. Зябко поежившись, обулась, и стала осматриваться на предмет подходящих кустиков. Таковые нашлись шагах в пятнадцати от нашего лагеря, и я, сделав все свои дела, сонно зевая, поплелась обратно.

Внезапно, внимание мое привлекли рыжеватые отблески огня. Как говорили умные люди: любопытство не порок, а способ качественно вляпаться в неприятности. Но что поделаешь, если дух авантюризма так и подталкивает пойти и посмотреть, чего это там такое интересное горит. Короче, глупый мотылек ринулся на свет.

У потрескивающего костра, обложенного крупными почерневшими от гари булыжниками, курил трубку вождь. Трубка была что надо, - длинная, причудливо изогнутая вверх, цвета жженой глины, со странным красноватым дымом, выходящим из ее нутра. Чего это он интересно такое ядреное курит?

Вождь вдруг посмотрел прямо на меня, и широко улыбнувшись, поманил к себе рукой. Мне бы наверное, как нормальному адекватному человеку, следовало испугаться, и скорее возвращаться к лагерю, но... где вы тут видите нормального и адекватного?

Пожав плечами, я не спеша подошла к костру, и скрестив ноги, уселась прямо напротив старика. О том, что поговорить с ним я не смогу при всем желании, как-то даже не подумалось. Просто было жутко интересно: звездная ночь, деревня бывших людоедов, завораживающий огонь костра, и почти что голый вождь, пускающий кольца красного дыма. Вот бы сюда камеру! Какая интересная сцена бы получилась!

Вождь что-то произнес на своем языке, и хитро прищурился.

- Ага, хорошо сидим! - беззаботно отозвалась я, улыбаясь.

Вновь набор непонятных звуков, и следом громкий хохот. Я аж подпрыгнула от неожиданности. Ага, табачок-то в трубке забористый похоже.

- Эк тебя торкнуло, старче. - Пробормотала я, резко засобиравшись уходить. Ну его нафиг, буйного...

Но не успела я подняться на ноги, как в лицо мне прилетело едкое облако красного дыма, отчего я отчаянно закашлялась и почувствовала, как перед глазами начинают мелькать алые всполохи.

- Ах ты падла! - непослушным языком успела возмутиться я, прежде чем провалиться в темноту.



Глава первая. Кое что из жизни орков, или как я попала в гарем.



Красный дым клубился под ногами, так что не видно было, куда ступаешь. Меня мутило и шатало из стороны в сторону, будто до этого я покаталась в центрифуге. Пространство вокруг напоминало бензиновую лужу, - цвета постоянно менялись, перетекая из одного в другой, от чего голова кружилась еще сильнее. То и дело, из багряных клубов странного дыма, появлялись искаженные, будто изломанные фигуры. Одним словом, - полный сюр и вынос мозга.

Сколько я блуждала в этом странном месте, сказать точно не могла, - время здесь словно остановилось, отчего я чувствовала себя мухой, застывшей в янтаре. Вроде бы и бреду куда-то, едва переставляя ватные ноги, а ощущение такое, что так и остаюсь на одном и том же месте.

Чертов вождь! Чем он меня накачал? А ведь вполне может статься, что пока я тут глюки ловлю, меня папуасы уже к вертелу привязывают...

И где это интересно Вадика с Сережей носит? У них тут подругу, понимаешь, всякой дрянью надышали, а они ни ухом, ни рылом! Тоже мне, соратнички, называется! Хотя, с другой стороны на дворе ночь, я о том, что до ветру собралась, никого не предупредила, так что, как говорится, - сама себе дура.

Вопрос в том, - что мне теперь делать? Как вырваться из этих бредовых видений? Пока я в этой "стране чудес" прохлаждаюсь, меня успеют торжественно зажарить и съесть. Все-таки, племя людоедское, пусть и с приставкой "экс".

Мое блуждание в этой сюрреалистической неизвестности закончились очень резко и неожиданно. Внезапно, опора под ногами пропала, и я испуганно ухнув, полетела вниз. Внутренности тут же скрутило тугим узлом, а из горла, вместо закономерного визга, вырывались лишь невнятные отчаянные крики. Меня вертело и мотало в разные стороны, а сквозь плотно зажмуренные веки пробивался резкий алый свет. С нарастающим ужасом, я ожидала момента удара о землю. То, что не выживу в любом случае, было очевидно, - летела я долго, а упасть с такой высоты и не переломать себе все кости было не возможно. Воздух тугими струями бил в лицо, мешая нормально вздохнуть, отчего начали гореть легкие и меркнуть сознание. Может оно и к лучшему, - не почувствую финала.



***



Первое, что я ощутила, придя в сознание, это тошнота. Мутило так, что хотелось вырубиться снова. Пошевелиться, казалось подвигом достойным быть воспетым в легендах, - тело словно придавила многотонная плита. Внутри черепа, монотонно и раздражающе, работала бригада асфальтоукладчиков, - по крайней мере, шум стоял соответствующий.

Не знаю, сколько я так лежала, борясь со спазмами и болью в мышцах, но постепенно становилось понемногу легче, так, что я даже сумела открыть глаза, чтобы увидеть звездное небо. Либо я пробыла без сознания меньше чем мне показалось, либо, проспала целые сутки.

Слух уловил далекий, но постепенно приближающийся шум. Повернуть голову, и посмотреть на его источник оказалось невозможно, - каждая попытка движения причиняла острую боль, словно тело не просто затекло, а успело основательно закостенеть. Вскоре, я начала распознавать какие-то невнятные выкрики и перестук конских копыт. Это еще что за новости? Откуда в деревне дикарей взяться всадникам? Может это на мне так последствия отравления сказываются? Ну, галлюцинации там всякие слуховые, мало ли...

Наконец, голоса приблизились настолько, что я смогла различить членораздельную речь, правда толку от этого не было, - язык оказался мне не незнаком. Хотя, если подумать, ничего удивительного, - в долине проживало множество диких племен и у каждого из них имелось свое наречие.

Мне оставалось только беспомощно лежать, и слезящимися глазами разглядывать звездную россыпь, отчаянно надеясь что мне все-таки окажут помощь, а не добьют из жалости.

Когда небо заслонил чей-то массивный силуэт, я хрипло прошептала:

- Помогите...