Путь борьбы
Часть 32 из 47 Информация о книге
– Я не желаю ничьей гибели, – сказал Торино. – Но смерть не остановить! Я лишь одно из орудий её… Человеческие расы сменяются на протяжении миллионов лет, а смерть неизменно хозяйничает на этой планете, испытывая людей на прочность. Немногим удаётся выстоять в поединке с нею и не потерять себя… Андрей Романов способен выдержать любые испытания! И я говорю вам – никакие покушения его не остановят! – он сделал паузу, после чего добавил. – Я знаю, вас подослал ко мне Джеймс Кинг. Он отнял у вас кое-что. Когда сделаете то, зачем пришли, загляните в мой карман и найдёте там утраченное… И тогда Литвинов вздохнул и, покачав головой, поднялся с места, потом взглянул на пламя в камине и, немного помедлив, направился к выходу. В коридоре его остановил голос итальянца: – Александр Михайлович, вы забыли то, что по праву принадлежит вам! Литвинов вернулся. Итальянец сидел на прежнем месте и указал жестом: – Посмотрите там на столе… Литвинов увидел прибор, – тот, что забрал у него Джеймс Кинг. – Мой вам совет, – сказал Торино на прощание, – уезжайте из этой страны, – вы можете укрыться в Южной Америке, например. В США и России вас объявили преступником. Ваш путь борьбы окончен! «Я так не считаю», – мысленно возразил ему Литвинов. Едва хлопнула входная дверь, в гостиной из пустоты появился тот самый незнакомец, что нашёл Стивенсону его сына. – Неужели вы, и правда, думаете, что он уедет в Южную Америку? – Да нет, конечно, – усмехнулся Торино. – Но сегодня он поступил достойно! Пьетро, ты позаботился о Стивенсоне? – Он заливает горе в баре… – Похоже, всё идёт к тому, что завтра церемония не состоится? – Да, именно так. *** Литвинов поселился в гостинице, той самой, где остановился и Стивенсон; он чувствовал усталость и прилёг отдохнуть, как вдруг в пустом гостиничном номере появился незваный гость. – Я вас в порошок сотру! – в ярости закричал Джеймс Кинг. – Да, и что вы можете? – усмехнулся Литвинов, не найдя нужным поприветствовать гостя. – Вы забыли, что у меня ваш прибор? – Этот? – улыбнулся Литвинов и показал устройство, переданное ему Алесандро Торино. Тогда Кинг изменился в лице и тотчас растворился в воздухе. «И как у него это получается?» – подумал с усмешкой на губах Литвинов. Кинг вскоре появился вновь и злобно прошипел: – Для того чтобы уничтожить вас, мне не нужен никакой прибор! И он достал из кобуры пистолет. – Хотите пальнуть из табельного оружия? – усмехнулся Литвинов. Кинг не успел ничего ответить: за окном внезапно раздался какой-то шум. После чего большой огненный шар влетел в гостиничный номер… Литвинов поднялся с кровати. Кинг пронзительно закричал, выронил из рук пистолет и кинулся наутёк. Шар устремился за ним вдогонку и настиг его в шаге от двери. И тогда Кинг вспыхнул, словно факел, покатился по полу и через мгновение притих. А шар вылетел из горящего тела и медленно приближался к тому месту, где неподвижно стоял Литвинов. Он подумал: «Теперь пришёл мой черёд…» Огненный шар завис в воздухе у самого лица его, обдавая чудовищным жаром. Литвинов мучительно ждал конца… Шар облетел вокруг него пару раз и… исчез в окне. Литвинов вздохнул и в бессилии упал на кровать. Сердце закололо в груди его. Когда немного отпустило, он поднялся, взглянул на обуглившийся труп и подумал, покачав головой: «И почему со мной это происходит?!» В тот же день он вылетел в Нью-Йорк… *** Джеймс Стивенсон стоял посреди гостиничного номера и глядел на своё бездыханное тело со стороны. Внезапно он почувствовал необычайную лёгкость и непреодолимое желание летать… В своих детских снах маленький Джим часто парил в воздухе, а утром, вспоминая, говорил чуть не плача матери своей: «Как жаль, что я не летаю как птица!» И вот сбылась его давняя мечта. Он оторвался от пола и словно шарик, накачанный воздухом, понёсся столь стремительно, что не успел остановиться и пролетел сквозь дверь. – Как здорово! – воскликнул Стивенсон. – Свобода… Он светился от радости. Мысли одна веселее другой посещали его. Он воспарил в небо и полетел в центр города. Вскоре перед ним вырос устремлённый ввысь монумент Вашингтона. Обогнув обелиск пару раз, он набирал высоту и попытался коснуться вершины его, но рука прошла сквозь камень. «Laus Deo!»16 – прочитал Стивенсон надпись на монументе. Но вдруг он сорвался и стремительно полетел вниз, беспомощно размахивая руками. «Господи, помоги!» – воскликнул он, но не был услышан. И начались метания рвущейся души его… Сначала в кафе ворвались люди с пулемётами и открыли огонь… Но страх сковал его. Он не мог сдвинуться с места, глядя на происходящее застывшим взором. Потом появился дом №2 по 113-ой чикагской улице. Из-за двери выглянуло небритое лицо головореза Джонни. – Я ищу дом Симпсонов, у них сегодня юбилей. Не знаете, где они живут? Прозвучал выстрел… Пуля пробила грудь хозяина дома. Картинки менялись как в калейдоскопе. Стрельба, погони, кровь и смерть. Казалось, нет конца боли и мучению! – Нет, не надо, – взмолился Стивенсон. – Прошу, не надо… Глядь – военный спрыгнул с лодки и побежал к берегу. Он скатился в окоп, и немецкий офицер получил пулю в лоб… Юноша пытался перезарядить винтовку и с перерезанным горлом упал навзничь… И еще. Вот, Ричард открывает чемодан, набитый доверху деньгами, и сорокалетний Стивенсон заворожено смотрит на пачки с долларами, позабыв обо всём на свете. «Неужели это всё моё?» – думает он. Но теперь эта мысль страданием отзывается в душе его. – Господи, прости меня! Потом всё исчезло. Но появился его младший сын в потёртых джинсах и пёстрой майке. Его взгляд, полный злобы и решимости, прожигает душу насквозь… Стивенсон тщетно пытается закрыть лицо руками. Он видит фотографии учёных. Подвал и люди, стоящие на коленях, которым по очереди стреляют в затылок. – Я… я не знал… Простите меня! – шепчет напрасно Стивенсон. Он принимает из рук Ричарда новые чемоданы с деньгами, обагрёнными кровью невинных жертв… Но вот чёрно-белая картинка меняется цветной. Лицо молодого немецкого учёного показалось из-за двери. – Мистер Шрайдер, вам надо уходить отсюда. Они идут за вами! А в будущем у мистера Шрайдера прекрасная семья: красавица-жена и двое славных ребятишек. Отлегло от души у Стивенсона… Из здания аэропорта выбегает пожилой мужчина, за которым гонятся двое наёмных убийц. Стивенсон останавливает машину у ног его: – Садитесь. Если жить хотите… Сквозь прозрачную дверь гостиницы Гарри он видит: Маргарет подходит с ножом в руке к лежащему без сознания русскому… А вот рыдающая малышка Кэйт. Она осталась одна в том жестоком и беспощадном мире. – Её кто-то обидел, – думает Стивенсон. – Ах, да! Это же я привёл в её дом преступника… Он кричал по телефону: – Я не хочу иметь с тобой ничего общего! А узнаю, где ты находишься, непременно сообщу полиции… – Что же я натворил?! – воскликнул Стивенсон. – Он нуждался в моей помощи, а я отвернулся от него. В моих руках была судьба человека, а я лишь о себе думал! Что же я натворил?! Господи, отправь мою душу в Ад. Быть может, вечный огонь за тысячи лет очистит её от греха… – Он увяз во Тьме! – послышался чей-то зловещий смех. – Он не заслужил Света! Отдай его нам! И прозвучал иной голос: – Он раскаялся и очистился! Тьма не властна над душой его… Вдруг всё пространство залил необыкновенный Свет. – Что это? – подумал Стивенсон. – Где я? Неужели… Как тут красиво и тепло! Это блаженство! И я вновь летаю… Стивенсон взмыл ввысь. Кругом был Свет: мягкий, добрый и живой. Он ласкал нежным сиянием и говорил: – Ты прошёл сквозь чистилище жизни и отныне принадлежишь вечности! Радуйся, твой путь к Свету окончен… Конец второй части