Противостояние

После этих слов мне стало понятно, что такое настоящее дьявольское искушение. Оно мощнейшим потоком захлестнуло часть моего разума, а потом, объединившись с телом, потребовало от мозга срочно привести несколько аргументов в оправдание нарушения моральных принципов.

Начиная с того, что все происходящее здесь – вполне естественная жизнь для этой планеты, и нечего лезть к местным со своими правилами. И заканчивая тем, что такая прекрасная девушка полностью беззащитна в жестоком мире.

Поэтому я как мужчина просто обязан взять ее под свое крыло. И она будет безумно счастлива жить в полной безопасности. Ведь лучше быть моей, чем снова попасть к какому-нибудь маньяку Замбэру.

«Артур, не вздумай! Она человек, а не робот».

Эта мысль внезапно заставила меня собраться и подумать не о сексе. А ведь ее мелодичный и какой-то едва заметный монотонно-механический голос, а также довольно интересное слово «настроен» – намекают на механизм.

«А вдруг передо мной стоит кукла? Ну а почему бы в мире, где есть магия, и не предположить наличие такой секс-игрушки?»

– А ты вообще человек? – спросил я.

– Нет, господин, не человек, – мелодично ответила Райлина.

И у меня как гора упала с плеч, ведь сегодня кто-то оторвется – и плевать, что передо мной настоящая кукла. Айланта же говорила про приятный сюрприз, так что, может, это такие забавы у местной элиты.

Поэтому я выкинул из головы мысли про покушение и поставил винтовку сбоку. Поднявшись с дивана, притянул к себе красотку и обнял ее за талию. Это удивительно, но мои руки почувствовали практически настоящее тело девушки, никакого тебе ощущения силикона.

Притом она обладала не только великолепной внешностью, но к тому же приятно пахла. Так что мне в нос ударил нежный запах чего-то хвойно-сладкого. Как же было классно даже просто вот так обнимать ее.

А если, смотря на эту куколку, оценить весь масштаб проделанной ее создателями гигантской работы… то, думаю, они и с ощущениями от секса не должны были подвести. Поэтому я не торопясь приблизил губы к ее соблазнительно подрагивающим устам и неосознанно прошептал:

– Боже, да какой же крутой маг смог создать такую нереальную куклу? Ты прямо как настоящая.

– Не маг, господин… Мама с папой, – тихо ответила она, так как практически касалась моих губ. – И я не кукла, а альвийка.

Последние слова не сразу пробились сквозь мое опьяневшее восприятие. Женская красота, особенно если она настолько божественна, очень сильно влияет на скорость операций мужского мозга.

Однако когда раскаленное шило в виде понимания услышанного вонзилось в мой залитый похотью мозг, то там все моментально испарилось. Так что руки отдернулись от тела девушки, словно получили ожог, а я сам отступил на шаг назад.

– Так ты что… живая?

– Да, господин. Живая.

– Игрушка Замбэра? – быстро поинтересовался я.

– Можно сказать и так, господин.

«Вот урод, не зря же ты сдох», – подумал я про альбиноса.

Сам же от греха подальше отступил назад и прямо-таки рухнул на диванчик. Где со злостью сунул ноги назад в бассейн, расплескав по полу немного воды. Ведь не вырвись из меня этот вопрос – мог бы запросто изнасиловать несчастную девушку.

– Ты его настоящая жена, Райлина?

– Почти. Мы поженились по обрядам одной из религий. Но с определенными ограничениями, которые оговорены в специальном указе лорда Драгара Тайлера, изданного по просьбе господина Замбэра. Это была его маленькая месть всем Марвэлам.

– А ты выходить замуж, естественно, не хотела?

– Я живу лишь желаниями тех, кому принадлежу, господин.

– А говорить правду можешь?

– Да, господин.

– Так говори. Как ты в реальности относилась к Замбэру?

– Презирала и ненавидела, господин.

В мгновение ока остатки моего сексуального возбуждения окончательно улетучились. Вот теперь я ни разу не жалею, что сжег в камине ту тварь. Бессмысленные убийства, а также насилие над детьми и женщинами – эти три злодейства меня больше всего бесят в жизни.

«Такое ощущение, что в дерьме каком-то побыл», – подумал я и, наклонившись, помыл руки в бассейне.

Потом вспомнил, что посланец Айланты еще кое-что передал, и подтянул к себе лежащую рядом разгрузку. Порывшись в кармашках, наконец-то нащупал небольшой ключик на золотой цепочке. Его и показал Райлине.

– Ты знаешь, что это такое?

– Ключ от моего тавора, господин.

– Тогда возьми и сними этот рабский ошейник.

– Не могу, господин, – отрицательно покачала она головой.


Я смотрел на нее и понимал, что хоть и нет больше похотливых мыслей, но с каждой секундой этот ангел мне начинает нравиться все больше. Особенно после того, как стало понятно, что она находилась в рабстве у какого-то скота и столько пережила.

– Почему не можешь, Райлина?

– Госпожа Айланта это запретила и приказала мне предупредить вас. Тавор – магический амулет, который полностью блокирует мой дар и контролирует все поступки. Снятие его будет грозить вам смертельной опасностью.

– Ты убьешь меня, если этого тавора на тебе не будет? – удивился я.

– Обязательно попытаюсь, господин. И скорее всего, исходя из моих умений и навыков, вы, к моему сожалению, умрете.

Зажав в кулаке ключ на цепочке, я задумался, и в груди что-то сильно заныло. Может, обида какая-то, что она меня просто зарежет как свинью и рука даже не дрогнет. Ну а так получается, что у нас с ней довольно неприятный ребус нарисовался.

– Но почему ты меня захочешь убить, Райлина? Я ведь тебе ничего плохого не сделал.

– Я убью вас, чтобы снова увидеть свою семью, господин. – ответила она.

И слова девушки очень сильно резанули по моему сердцу. И дело не только в том, что любой мужчина был готов помочь такой красотке. Просто и мне бы хотелось вернуться к своим и жить так, будто ничего не произошло.

– Я тебя прекрасно понимаю.

Вот тебе и сюрприз от Айланты… Лучше бы Тали с Хелой ко мне отпустила. Девчонки были бы рады поселиться в таком шикарном доме, а мне не было бы сейчас настолько плохо. Хотя все правильно она сделала, и я могу теперь помочь этой несчастной.

– Скажи мне вот что. А твоя семья живет на южном берегу реки Проклятых?

– Можно и так сказать, господин. Наш клан обитает в двух днях пути в сторону крепости вайхэнцев Марэборг.

– Знаю такую. Правда, сейчас там, наверное, все ваши собрались, преследуя вайхэнцев. Но это не относится к нашему делу. Ладно, Райлина. Можно ли сделать так, чтобы для начала я снял с тебя эту проклятую штуку, но ты на меня при этом не напала?

– Нет, господин.

– Ну а если ты сегодня будешь освобождена?

– Я все равно нападу, господин.

– Послушай, надоел мне этот проклятый «господин». Давай без него. Пусть будет Артур или никак не говори.

– Хорошо, Артур.

– Почему ты нападешь? – спросил я. – Ведь с моей помощью сможешь получить свободу.

– Людям нельзя верить, поэтому стоит использовать первый появившийся шанс, чтобы сбежать.

– Понятно. Скажи, если ты окажешься на противоположном берегу реки, то насколько тебе будет сложно добраться до дома самостоятельно?

– Очень легко, Артур. Лес помогает нам. Хотя… – девушка чуть прикусила губу. – Это в прошлый раз не сработало.

– Отлично. Ты ведь при наличии ключа сможешь снять в лесу этот тавор?

– Если таково будет ваше желание, то смогла бы. Но он не даст мне покинуть пределы участка, окруженного металлической оградой.

– А если мы поедем с тобой в карете?

– Тогда тавор доставит мне очень сильную боль.

– Вот же дерьмо! – выругался я и, вынув, ноги из бассейна, встал с диванчика. – У тебя в этом доме есть одежда, в которой было бы удобно передвигаться по лесу?

– Да, Артур, – кивнула Райлина.

– Тогда иди и по-быстрому переоденься. А также захвати с собой все те вещи, которые могут тебе пригодиться для возвращения домой.

– Хорошо, Артур.

Альвийка кивнула и, словно механическая кукла, развернулась, поплыв к лестнице.

– Райлина.

Девушка снова повернулась и присела в поклоне.

– Да, Артур.

– Тебя так разговаривать и ходить что-то заставляет? Или же это твое естественное состояние?

– Господин Замбэр настроил мою манеру общения и походку с помощью тавора.

– Понятно. Что нужно сделать, чтобы ты себя вела естественно?