Противостояние

– Занесу к тебе в каюту и отпущу, – улыбнулся я. – И у тебя ведь есть меч – так что можешь меня убить!

В золотистых глазах Вэллэри что-то загорелось, но она промолчала. Поэтому я пошел к лестнице, которая вела наверх, в жилые каюты. Не знаю, что мне дальше делать, но дочь Рона нужна как воздух в качестве союзника.

– Не тяжело? – через некоторое время спросила она, когда я поднимался по почти вертикальной лестнице, при этом продолжая нести ее на руках.

– Ты как нежная пушинка и почти ничего не весишь. Правда, это пока во мне демонская кровь, а потом я снова стану слабаком.

– Что это за кровь? – поинтересовалась она, а в ее глазах загорелся интерес.

– Обычная золотистая кровь демона, которую мне иногда приходится пить. – Я поднялся наверх и осмотрелся, это уже был коридор с каютами. – А где ваша с отцом комната?

– Еще выше. Только смотри не надорвись.

Вэллэри впервые улыбнулась, а значит, мой план сработал.

– Постараюсь! – ответил я и пошел в конец коридора.

По крайней мере, на «Бешеном толстяке» именно там находилась лестница.

– А это что, ваше с Роном третье судно? – спросил я, заворачивая за угол.

– Второе. Самое маленькое отец две недели назад продал.

– Даже так? – удивился я. – А как вы к нам в Дарвэн будете плавать?

– На «Бешеном толстяке». Папа как узнал, что вы с Шэвером там натворили, так «Дракона» и купил. Говорит, эти два безумца или скоро погибнут, или удержатся надолго. Но если второе, тогда будем расширять торговлю. Если первое, то нечего там делать, поэтому и мелкий корабль ни к чему.

– Безумца? Так вот вы с отцом какого мнения обо мне со стариком…

– Это папа так сказал! – рассмеялась Вэллэри.

Я подошел к лестнице и, не опуская на пол девушку, а помогая себя только пальцами правой руки, начал подниматься на следующий этаж. Причем в нормальных условиях у меня такой фокус с почти вертикальной лестницей никогда бы не получился.

Ведь, несмотря на полутораметровый рост и наличие тонкой талии, накачанная Вэллэри с ее мышцами весила ну никак не пятьдесят килограмм. А еще тяжелые доспехи добавляли как минимум двадцатку.

– А теперь куда? – спросил я.

– Только прямо! – улыбнувшись, ответила златовласка. Что ни говори, а волосы давали Вэллэри половину красоты. А в своей комбинации с такого же цвета глазами они поражали даже больше, чем большущие и перенасыщенные цветом глаза альвиек.

– А почему Рон нас считает безумцами? – поинтересовался я.

– Ну а кто в своем уме убивает отца Айланты Тайлер, а потом остается у нее на службе? – ответила девушка и рассмеялась.

– По сути согласен. Если честно, собирался к вам в Цварг-холл сбежать. Мне демон даже обещал портал в горы открыть.

– И почему не сбежал? – с какой-то иронией поинтересовалась Вэллэри.

Я попытался на лице отобразить, что расстроился.

– Да Шэвер разнылся: давай останемся, нам все простят… Тем более цварги все равно доверять людям не будут.

– Ну и зря. У нас тебя бы с радостью приняли, ведь о битве с ташцами уже балладу сложили. Так что на данный момент ты самый популярный герой из людей! – улыбнулась Вэллэри.

– От героя до вора – один шаг… – тяжело вздохнул я и, остановившись, кивнул на дверь перед собой: – Эта?

– Возможно. – Девушка загадочно улыбнулась, и мне пришлось зайти внутрь.

Здесь, конечно, оказалась более шикарная обстановка, чем на «Бешеном толстяке». И вроде мы уже пришли, однако еще слишком рано отпускать Вэллэри. Ведь так гораздо проще вести с ней переговоры.

Поэтому я подошел к панорамному кормовому окну и, уставившись в него, остановился. Половина пути пройдена, Вэллэри на моих руках, и ее это не напрягает. Так что теперь нам нужно найти общий язык, хотя обычно все происходит в обратном порядке.

– Интересно у вас бухта запирается! Это же какая мощь должна использоваться, чтобы такая скала поднималась и опускалась…

– А ты через океанские ворота проник?

Девушка в моих руках явно удивилась.

– Да, – я кивнул, – прицепился снаружи к одному из ваших кораблей.

– Хм. Как же тебя Далгараталл не заметил? – задумалась она.

– Не только он, но и ошэн ваш проморгал! – ответил я. А потом замолчал и просто смотрел на бухту. Для меня критически важно, чтобы именно она задала следующий вопрос. Причем определенный; и девушка не подвела.

– Долго меня будешь держать? – с улыбкой поинтересовалась Вэллэри.


– Мне просто нравится это делать! – Я пожал плечами и посмотрел на нее. – Если тебе противно, то могу отпустить.

– Да нет, не противно. Обожаю сильных мужчин… – Она немного смутилась от своих слов, а потом так же уставилась в окно. – Твои где-то недалеко?

Я отрицательно покачал головой:

– Слишком далеко. Так что если сдашь меня своим, то мне придется сражаться в одиночку. Но если честно, очень хотелось бы этого избежать. Поверь, я даже свое оружие не брал, так как ни один из цваргов не должен был пострадать этой ночью. Мне очень нравится ваш народ.

– Верю. – Она повернула голову и посмотрела мне прямо в глаза. – Я это почувствовала, когда сражалась с тобой. Даже удивилась, что это за странный такой барлэец, который избегает убийств.

– Барлэец? Это из-за плаща невидимости? – предположил я.

– Ага, – она кивнула, – их цвета.

Девушка протянула ко мне руку и аккуратно сняла капюшон. До этого я ведь только маску вниз опустил, голова же оставалась прикрытой.

– А это что за отвратительная штука? – поинтересовалась она и дотронулась до той части гидрокостюма, что прикрывала волосы.

– Защита от холода. – пояснил я. – Прикрывает почти все тело и не дает замерзнуть в ледяной воде.

– Понятно… – с какой-то задумчивостью в голосе произнесла она.

Мы постояли некоторое время в полной тишине. А потом Вэллэри вытянула руку и показала куда-то правее ее судна. Я посмотрел в ту сторону и увидел военный корабль, который прибыл вместе с моим «купцом».

Он уже снялся с якоря, развернулся и на веслах постепенно отдалялся от набережной. а значит, вроде направляется к выходу. Так что вот он – реальный шанс выбраться отсюда без всяких убийств.

– Это «Горный забияка», – сказала девушка. – Он единственный, кто этой ночью покинет нашу гавань. Следующий по расписанию будет мой «Дракон» – но это только утром, когда явится весь экипаж.

– Ты намекаешь, что мне пора? – поинтересовался я, но Вэллэри почему-то отрицательно покачала головой.

И тогда мне пришлось задать новый вопрос:

– Мне нельзя уйти?

– Можно, – ответила девушка. – Правда, если ты это сделаешь, то, возможно, меня казнят.

– За что? – удивился я.

Дочь Рона пожала плечами.

– Наши маги восстановят картину всего, что произошло, и мне будет трудно объяснить, почему, оставшись в живых, я не подняла тревогу! – ответила златовласка и показала мне какой-то диск на цепочке, зажатый в ее ладони.

Я вспомнил эту цепочку: она сорвала ее с шеи, когда оказалась в моих руках.

– И ты не подняла до сих пор тревогу? – задал я уточняющий вопрос.

– Нет.

– Почему?

– Во время боя времени не было, ведь это не так и быстро. А до этого думала, что это один влюбленный придурок ко мне пожаловал.

– Ну а после боя? – поинтересовался я.

– После боя меня терзали сомнения, а сейчас вообще не хочу, – ответила девушка и кинула диск за мою спину, а потом посмотрела прямо мне в глаза.

– И что теперь будешь делать, Артур? Свяжешь меня, оставив на смерть, и уплывешь?

– Нет! Но заранее выскажу тебе свой протест: ты поступаешь нечестно! – ответил я и улыбнулся.

– Жизнь состоит из нечестности… – сказала Вэллэри и, отвернувшись, уставилась на плывущий военный корабль.

Так мы и наблюдали за тем, как скала опускается и открывается проход, через который проплывает «Горный забияка». А потом снова наглухо запечатывается вход, и мой шанс выбраться наружу окончательно пропадает.

– И почему? – поинтересовалась она.

– Наверное, по той же причине, по которой ты не подняла тревогу. – Я пожал плечами. – Главное теперь, чтобы никто не пострадал.

Вэллэри посмотрела на меня каким-то теплым взглядом. А потом протянула руки и стала аккуратно срывать засохший гель с моей головы. И хотя она уничтожала мою способность длительное время плыть в ледяной воде, я не сопротивлялся.

Вэллэри освободила мою голову полностью и выкинула ткань, защищавшую волосы. А потом наши губы снова встретились. Причем это были очень жадные поцелуи с обеих сторон. Поэтому я аккуратно поставил дочь Рона на пол и прижал к себе.

Разгоряченная девушка начала снимать мой маскхалат невидимки. Я же более грубо, так как руки буквально дрожали от охватившего меня возбуждения, пытался избавить малышку от доспехов.