Прекрасные

– Мог бы и вчера вечером это сказать, – сказал я, уже открывая меню

обслуживания в номерах.

– Я так налакался, что уговаривал официанта вместе открыть

винодельню, – ответил он. – Думаю, вчера ко мне прислушиваться не стоило.

– Ладно, – со вздохом сказал я. – У меня есть над чем поработать. Так

что звони, когда встанешь, и пойдем вместе завтракать.

– Ой, нет, никакой работы, – в трубке послышался шорох простыней и

матраса. – Черт возьми, нет. Ни за что не позволю тебе сидеть там за

ноутбуком. Твоя сестра меня четвертует.

Так значит, Уилл тоже был вовлечен в программу опеки над Дженсеном.

Я скрипнул зубами.

https://vk.com/beautiful_bastard_club

– Хорошо, – согласился я. – Никакой работы. Тогда побегу один, и

встретимся с тобой позже.

– Нет, ты прав. Давай встретимся через пятнадцать минут в лобби.

Заметано?

– Заметано.



***

Мой номер располагался в торце дома и окнами выходил на лужайку и

крытый переход, ведущий от главного здания к строению, чем-то похожему

на амбар. Небо было еще темным, но предрассветных сумерек было

достаточно, чтобы заметить крытую медью беседку и патио, где – согласно

информации в брошюре Зиггс о всем нашем путешествии – рядом с

открытым огнем большую часть вечеров подавали ужин.

Внизу, где горел камин и куда из кухни просачивались запахи

готовящегося завтрака, было куда оживленнее.

Уилл уже ждал меня, рядом с входной дверью о чем-то беседуя с

менеджером отеля.

Увидев меня, он помахал мне рукой и попрощался с менеджером.

– Доброе утро, – произнес он.

– Доброе. Зиггс еще спит?

– Без задних ног, – ответил он с веселой улыбкой, разгадывать которую я

даже не буду пытаться. Начав надевать перчатки, он слегка фыркнул. –

Смотрю, ты забрал назад свою толстовку.

Я глянул на свою толстовку университета Джона Хопкинса, которую

раньше часто носила моя сестра. Местами она выцвела, местами протерлась.

Манжеты истрепались, а один из рукавов начал расползаться по шву, но она


была одна из моих любимых. Зигги частенько заявлялась ко мне и таскала

вещи – еще с тех пор, как выросла и могла дотянуться до ручки дверцы

шкафа. И единственная причина, почему толстовка досталась мне назад, –

это, наверное, потому, что она когда-то переодевалась у меня и забыла ее.

– Кажется, ты наезжаешь на мою толстовку, Уильям. Это ведь классика,

между прочим. Твоя жена вот в курсе, поэтому и вечно носила ее.

– Нет, просто Ханна, как и ты, до странного сентиментальна. Вы двое

единственные из моих знакомых, кто может выбросить тарелку, лишь бы ее

не мыть, но при этом лет двадцать будете занашивать до дыр старую

толстовку.

Он был прав.

Мы вышли на улицу через заднюю дверь, не дожидаясь, пока ароматы

кофе и жареного бекона уговорят нас остаться.

Нас тут же окутал холод. Уилл надвинул шапку пониже и оглядел двор.

– А тут красиво, – заметил он.

Я проследил за его взглядом. На заборе вдалеке повис туман, деревья в

ярких осенних оттенках выделялись на фоне бесцветного неба. Мы оставили

https://vk.com/beautiful_bastard_club

гостиницу позади – с белыми стенами с бледно-голубой отделкой и медного

цвета башенкой, сверкающей, словно новенький пятак.

Я согласно кивнул.

В кармане кофты Уилла зажужжал телефон, и, достав его, он сухо

хохотнул.

– Беннетт разослал групповое сообщение: «Хлои принесла мне завтрак

в постель. Потом по прошествии двух часов так и не попросила меня

починить измельчитель отходов. Что, жены всегда ведут себя так… по-

доброму? Поясните, кто-нибудь».

Я засмеялся, покачав головой.

– Как думаешь, он действительно сбит с толку или придуривается?

Засунув телефон назад в карман и застегнув его на молнию, Уилл

ответил:

– Думаю, первое. И сдабривает происходящее юмором. Просто она и

правда совершенно изменилась. У них двоих была особая энергетика в

отношениях, а сейчас, когда Хлои стало целых полторы, он выбит из колеи.

– Жалеешь, что ты не в Нью-Йорке и не лицезреешь это лично?

– Вообще-то, да, – ответил он, делая наклоны в стороны, чтобы размять

спину. – Это реально странное зрелище. Но увлекательное.