Прекрасные

Хотя прямо сейчас звонок стационарного телефона напугал меня до

полусмерти. Кроме мам и назойливых агентов, мне на него никто никогда не

звонил, и поэтому я ответила – уверив Леле, что ужин с Марком оказался

вполне предсказуемым и что нет, я не лежала сейчас с ним в постели.

Но потом телефонная трубка в руке тоже начала меня соблазнять.

Покопавшись в сумке, я нашла списки Ханны, развернула их и, сев на

кровать, провела пальцем по его напечатанному имени.

Человечество знает миллионы примеров, когда девушка звонила парню.

И миллионы раз она вот так же нервничала – до тошноты – минут десять

гадая, насколько удачная эта идея.

У нас было начало двенадцатого, а это означало, что он мог быть дома

или в пустом офисе и… Возможно, увидев лондонский номер, Дженсен

понадеется, что это я, и ответит.

Правильно ведь?

Я аккуратно нажала каждую цифру. На мобильном было бы куда проще

– взять и кликнуть его фото. Но мне сейчас этого не хотелось, потому что на

том фото мы вдвоем, подвыпившие и в соломенных шляпах на одном из

виноградников. То фото тут же вызовет поток воспоминаний. Зато на трубке

домашнего были только кнопки с цифрами – безликие и требующие

установленного порядка. Я же математик и каждый день имею дело с

цифрами. И если я не буду торопиться, то не дам пальцам запомнить свои

движения. Так что случайно позвонить ему однажды точно не смогу, как и не

сохраню в памяти последовательность цифр его номера.

Я нажала на последнюю кнопку и подрагивающей рукой поднесла

трубку к уху.

Пауза.

Гудок.

Мое сердце заколотилось с такой силой, что стало трудно дышать.

Еще гудок, но он прервался.

Он сбросил, словно посмотрел на экран, увидел английский номер и

сбросил.

Возможно, тут есть иное объяснение, но мой мозг не мог ухватиться ни

за что другое.

Он же видел мой звонок. И отклонил вызов.

Я начала вышагивать по квартире. Может, во время работы он

перенаправлял звонки на голосовую почту после первого гудка. Может,

сейчас у него разгар встречи, и он автоматически сбросил звонок.

Я включила себе фильм и не переставала гадать на всем его протяжении,


после чего заснула на диване. Когда проснулась, за окном было еще темно, а

часы над камином показывали 03:07. Первая мысль, что пришла в мою

голову, была о Дженсене.

https://vk.com/beautiful_bastard_club

У него сейчас начало одиннадцати вечера.

Не дожидаясь полного включения мозга, я нашла телефонную трубку и,

глядя в список Ханны, снова набрала его номер – не так аккуратно, как в

прошлый раз. Услышала один гудок. Второй. А затем в середине третьего

гудка опять включилась голосовая почта.

Он действительно отклонил вызов.

Я уговаривала себя закончить звонок и уже почувствовала, как

напряглись мышцы моей руки, готовой отбросить телефон, но не смогла.

Ненавидя саму себя, я слушала его голос, широко распахнув глаза и стиснув

зубы.

«Вы позвонили на голосовую почту Дженсена Бергстрома. Я сейчас не

могу принять звонок или за рулем. Пожалуйста, оставьте ваше имя, телефон

и краткую информацию, и я вам перезвоню».

Бип.

Тяжело дыша, я почувствовала, как неожиданно защипало глаза, после

чего резко повесила трубку.



***

Спустя две недели после возвращения из Бостона я переехала к мамам.

Коко убрала вещи из своей комнаты для шитья – которая раньше была моей

спальней – и рядом с Леле, работающей в юридической фирме, и Коко,

пишущей картины на чердаке, я ощутила, будто ко мне вернулось мое

детство.

У меня уже были телефонные собеседования с шестью разными людьми,

а впереди оставались еще три компании. Я была на двух свиданиях: один

парень из Р-К, с которым я когда-то давно общалась – но только по-

дружески, а сейчас я вроде как снова свободна… м-да – а с другим мужчиной

я познакомилась в метро. В начищенных туфлях и в строгом костюме, он

напоминал мне Дженсена. Оба свидания удались, мне было приятно. Но в

обоих случаях я отказалась от поцелуя на ночь и ушла домой одна.

Я часто слышала и так же часто насмехалась над идеей, что на

расстоянии нежные чувства только укрепляются. Потому что расстояние с

любыми из моих предыдущих мужчин всего лишь заставляли мои глаза