Прекрасная стерва

– Прямо по коридору – спальня. Марш туда. Если ты вздумаешь снять трусики, я сам собой займусь, а ты просто будешь лежать и смотреть, как я кончаю.

Хлоя расширила глаза. Казалось, из них плеснула влажная тьма. Без единого слова Хлоя бегом бросилась в спальню.



Так завершился тот день. Ночь была самой жаркой, самой откровенной за всю мою жизнь. Наши отношения перешли на новую стадию. Еще утром мы собирались попытаться, теперь мы расставили все точки над i. Наверное, я никогда не привыкну к изменчивости Хлои, к переходам от полной беззащитности к властному, командному тону. В ту ночь Хлоя позволила мне привязать себя к кровати. Я вылизывал и кусал ее всю, с головы до ног.

Когда теперь такое повторится? Мысль обожгла меня, я схватился за телефон. Написал смску:

«Пообедаем вместе?».

«Не могу, – ответила Хлоя. – У меня встреча с Дугласом. С полудня до трех. Кто-нибудь, застрелите меня».

Вот черт. Я посмотрел на часы. 11.36. Я отложил телефон, вернулся к статье. Работа не клеилась. Мысли были заняты Хлоей.

Минуты через две я снова принялся ей писать, на сей раз используя наш тайный код.

«Экстренный вызов», – вот что я написал.

Хлоя ответила без промедления: «Уже бегу».



По соседству с моим кабинетом открылась и закрылась дверь, впустив знакомый цокот каблучков. Раньше Хлоя работала через стенку от меня, но после того, как получила степень магистра, перебралась в кабинет в восточном крыле. Приемная пустовала. Я пытал счастья с другими ассистентами, но каждый раз безуспешно. Андреа постоянно плакала. Джесси имела привычку барабанить карандашом по столу, и мне казалось, что рядом поселился дятел. Брюс не умел печатать.

Поистине Хлоя в свое время проявляла в отношении меня просто ангельское терпение. Я недостаточно это ценил.

Дверь открылась, и вошла очень серьезная Хлоя. Тайный код мы с ней использовали, когда возникали критические ситуации на работе. Мне вдруг стало страшно: уж не перегнул ли я палку?

– Что стряслось? – спросила Хлоя, остановившись в футе от меня и сложив руки на груди. Наполеоновскую позу она принимала, когда намеревалась выступить на защиту моих профессиональных интересов. Сейчас от нее требовалось участие в более личном деле.

– В плане работы всё нормально, – сказал я и потер подбородок. – Просто мне…

Тут я замялся. Лицо Хлои меняло выражение: глаза чуть сузились, губы сосредоточенно сжались. Какая же у нее мягкая кожа. А затем мои глаза, конечно же, скользнули в вырез ее блузки. Интересно, знает ли Хлоя, как зазывно выглядит ложбинка между ее грудями, когда она вот так скрещивает руки?

– Ты что, на мою грудь пялишься?

– Вообще-то да.

– Ты направил мне экстренный вызов, чтобы попялиться на мою грудь?

– Успокойся, огнеопасная моя. Я послал его, потому что соскучился.

Хлоя опустила руки по швам, стала теребить край кофты. В голосе появилась легкая дрожь.

– Соскучился? Мы вроде только утром расстались.

– Ну да.

Вполне в стиле Хлои в любой ситуации упрямиться самосохранения ради.

– Мы все выходные вместе провели.

– Ну да, вместе. Вместе с Джулией и Скоттом, вместе с Генри и Миной. Не наедине. У нас было слишком мало времени на нас двоих.

Хлоя отвернулась, стала смотреть в окно. Впервые за несколько недель выдался замечательный, солнечный денек. Хотелось отправиться с Хлоей гулять и где-нибудь… просто посидеть.

– В последнее время я постоянно по тебе скучаю, – прошептала Хлоя.

Тугой узел в моей груди стал чуть слабее.

– Правда?

Она кивнула и снова взглянула на меня.

– У тебя ужасно хреновый график поездок… – Выгнув бровь, Хлоя наклонилась ко мне. – И ты меня сегодня перед уходом не поцеловал.

– Нет, поцеловал. Просто ты слишком крепко спала.

– Значит, поцелуй не считается.

– Хотите поссориться, мисс Миллс?


Хлоя передернула плечами и подавила улыбку.

– Лучше пропустим ссору, и вы уделите минут десять моему члену.

Хлоя немедленно повисла у меня на шее, уткнулась носом в шею и шепнула:

– Я тебя люблю. И мне ужасно нравится, что ты использовал экстренный вызов лишь потому, что соскучился.

Я замер. Наверное, я чересчур долго молчал, но все-таки выдавил:

– Я тоже тебя люблю.

Не могу сказать, что Хлоя не эмоциональная. Более эмоциональной женщины у меня не было. Но свои чувства Хлоя выражает не словами, а с помощью тела, и чаще всего – в постели. Ее словесные признания в любви можно пересчитать по пальцам. В принципе, мне их достаточно, однако всякий раз, когда Хлоя выдает «Я тебя люблю», на меня находит ступор. Ее признания всегда неожиданны, но тем сильнее они действуют на меня.

– Нет, серьезно, – шепнул я, стараясь взять себя в руки. – Кажется, мне просто нужно по-быстрому трахнуть тебя на столе.

Она усмехнулась, качнула головой и потянулась к моей ширинке. Мне эта игра была хорошо знакома, вполне вероятно, Хлоя собиралась сделать что-то одновременно ужасное и возбуждающее. Я приготовился к сексуальному ультиматуму, но Хлоя, вместо того чтобы пронзить меня таящим опасность взглядом, лизнула мою шею и прошептала:

– Как, по-твоему, я пойду на деловую встречу с Дугласом, если от меня будет на милю сексом разить?

– Думаешь, обычно от тебя сексом не разит? – парировал я.

– Может, и разит, но просто сексом, а не сексом с тобой, – пояснила Хлоя, прежде чем снова лизнуть мою шею.

– Черт возьми, как ты права.

Давненько мы не занимались сексом в офисе; мне этих ощущений очень не хватало. Хотелось сорвать с себя штаны, задрать на Хлое юбку и разметать аккуратные стопки бумаг, бросив Хлою прямо на них.

Сжалившись, она поцеловала меня в щеку и заскользила на пол, одной рукой держась за меня, а другой – приподнимая юбку, но не высоко, а ровно настолько, чтобы удобно было стать на колени.

Я не угадал ее намерений. Уже оказавшись на полу, Хлоя продолжила возню с юбкой. Сунула руку себе между ног. Другая рука тем временем ловко расстегивала мой ремень и ширинку. Я закрыл глаза, желая чуть-чуть успокоиться, а в это время Хлоя ловко достала мой член и потянула его в рот. Я и так был возбужден, но прикосновение ее языка заставили мой член вытянуться еще сильнее. Теплый, влажный, остренький язычок Хлои прошелся по всей его длине, и, когда она взяла его в рот во второй раз, сила стояка удивила даже меня самого.

Я чувствовал порывистое дыхание Хлои у себя в низу живота, а до ушей доносились смачные влажные звуки – свободной рукой Хлоя двигала у себя между ног.

– Ты ласкаешь себя?

Она чуть поменяла положение головы, чтобы кивнуть.

– То есть ты уже пришла сюда мокрой?

Хлоя на мгновение замерла, затем высвободила руку и подняла над головой. Я наклонился, взял в рот два ее пальца.

Срань господня.

Да она изнывает от желания! Я отлично знал, какова Хлоя на вкус, когда желание в ней еще не созрело, – например, если она засыпала до моего возвращения домой. Тогда мой рот получал ощущения, совершенно не схожие с теми, что бывали после прелюдии, казавшейся вечностью. Сейчас у влаги на ее пальцах был такой возбуждающий вкус, что у меня закружилась голова. Как долго Хлоя томится по сексу со мной? С самого утра? Впрочем, продолжить мысль она мне не позволила. Ее рука вернулась в тайное местечко между ног.

Сверху я видел характерные движения ее головы. Ее губы скользили по моему члену, забирали все посторонние мысли и ощущения. Странное дело: даже во время таких ласк, даже во время полноценного, глубокого проникновения мне хотелось большего. Я жаждал обладать Хлоей сразу везде. Это было невозможно, но не останавливало моего воображения. Перед мысленным взором вихрем сменялись позы и звуки: я одновременно касался руками волос, бедер, ягодиц Хлои, мои пальцы проникали ей в рот и между ног.

Я схватил Хлою за волосы, дав понять, что ей нужно ускориться. Когда мои бедра стали дрожать, Хлоя догадалась: финал близок, игры и провокации неуместны. Тем более что у нее с минуты на минуту должна была начаться деловая встреча.

Внезапно я вспомнил, что дверь не заперта. Хлоя думала, что я зову ее по рабочему вопросу, и не позаботилась закрыться. И дверь приемной тоже только притворена.

– Вот дерьмо! – простонал я. Мысль о ежесекундной перспективе быть застуканными добавила жару. – Хлоя…

Оргазм получился внезапный, бурный. У меня даже ноги подкосились, по позвоночнику прокатилась горячая волна, а пальцы крепче сжали пряди волос Хлои. Она выгнула спину, ее рука дрогнула. Чавкающие звуки стали громче. Хлоя тоже была близка к оргазму.

Я открыл глаза. Хлоя смотрела мне в лицо. Наблюдала за мной. Ну конечно. Она всегда так делала. Зрачки у нее расширились, но взгляд был мягким и словно бы зачарованным. Я не сомневался: точно такое же выражение лица бывало у меня, когда я видел, как она кончает от моих прикосновений. Чуть помедлив, чтобы восстановить дыхание, я заставил ее разжать губы и встал на колени лицом к ней. Рукой я надавил на ее руку. Хлоя вздрогнула, впустила два моих пальца внутрь. Я старался проникнуть как можно дальше, и Хлоя, чтобы не потерять равновесие, навалилась на меня грудью. Обнимая ее бедра, прижимая ее к себе другой рукой, я впился ей в губы – распухшие, еще более яркие, чем обычно.

– Я почти… еще чуть-чуть… – пролепетала Хлоя, обхватывая меня свободной рукой за шею.

– Обожаю, когда ты меня об этом предупреждаешь.

Я ждал, что она кончит от равномерных движений, но при каждом нажатии на клитор Хлоя всем своим телом умоляла усилить интенсивность и ускорить темп.

– Еще чуть-чуть, – шептала она. – Еще… чуть-чуть… Я хочу…

Она так и не договорила. Но это было и не нужно. Я задействовал третий палец и увидел, как бессильно откинулась ее голова, губы раскрылись и все тело сотрясла судорога бурного экстаза, звуки которого она старалась приглушить.

Несколько секунд Хлоя лежала в моих объятиях, и я вдыхал запах ее волос. Мы оба представляли, что находимся совершенно в другом месте – например, у меня дома, в гостиной, или у нее в спальне – только не в офисе.

Хлоя, наверно, одновременно со мной вспомнила о незапертой двери. Она натянула трусики, одернула юбку. Я помог ей встать. Меня поразила тишина вокруг. Задумался, удалось ли нам хоть раз по-настоящему от всех спрятаться. Хлоя огляделась чуть затуманенными глазами, и ее губы тронула ленивая усмешка.

– Мне теперь будет еще труднее не заснуть на встрече.

– Думаешь, я буду извиняться? – произнес я и поцеловал ее в шею.