Право первой ночи

«Так, все, она сказала «Да». Святой отец, продолжайте церемонию».



Вот… лорд.



Священник: «Объявляю вас мужем и женой!»



Вот… священник.



Гости в самом большом столичном храме:



«Счастья и долгих лет жизни молодым».



Вот… гости.



Первый поцелуй мужа и чуть насмешливое:



«Пропуск в королевскую библиотеку сделаю».



Второй поцелуй в нашей семейной жизни был мой, самый счастливый и ликующий!



Отец Рэймонда до сих пор подсовывает газеты с изображением меня, в свадебном платье и с фатой, радостно кидающейся на шею жениху, и роняющей свадебный букет при этом. «Радость простой деревенской девушки, заполучившей в мужья богатейшего лорда» — гласил заголовок. Догадываюсь, что это был тираж, отпечатанный по личному приказу лорда Хеймсворда, иначе чем объяснить, что у него все еще имелись экземпляры, несмотря на то, что вся армия встала на сторону Рэймонда и его права жениться на «самоотверженной смелой девушке, которая в пылу боя отвлекла порождение друидов Вэлланда на себя, ради спасения жизни любимого генерала войск Великой Алландии». У нас еще свадебный пир не начался, а уже все городские типографии торопливо печатали правильную версию событий, под пристальными и недобрыми взглядами злых и вооруженных «свидетелей тех событий».



Но ничего, я отомстила.



У лорда Хеймсворда, члена королевской палаты Магов, было несколько научных трудов и статей, и я с радостью взяла на себя труд, со всей ответственностью и педантичностью бедной, но гордой, ученой и знающей дочери Вэлланда скрупулезно изучить им написанное, а после издать свой собственный труд, под названием «Ошибки, оплошности и недочеты научных трудов члена королевской палаты лорда Сеймура Хеймсворда». Тираж имел успех, раскупили в первый же день весь. Так что типография допечатывала мою книгу еще девять раз в тот же год, критики отметили ироничность, бойкий стиль и грамотность леди из валлийских долин, а король отдал приказ ввести образование у женщин в Алландии.



Так что у нас со свекром было чем обмениваться — он мне газету, я ему книгу. И всем хорошо, все довольны, все улыбаются. Особенно я. Все же такой контраст — желтая газетенка или всеми признанный и имеющий популярность научный труд на тему его же научных изысканий, которые после привлечения к ним всеобщего внимания, были уже несколько раз опровергнуты великими учеными современности.



Но в какой-то момент мы поняли, что игра затянулась, и это был тот момент, когда мои сыновья прибывшему деду с порога вручили прихваченные в кладовке томики. Нехорошо получилось, особенно учитывая, что во внуках лорд Сэймур души не чаял и всегда привозил им подарки, но на мои нравоучения, старший сын изумленно ответил: «Мама, мы хотели порадовать дедушку, ведь он всегда так широко улыбается, когда ты ему эти книги даришь, мы тоже захотели подарить ему радость». Подарили.



— Пожалуй, давно пора освободить кладовку на первом этаже, — откладывая вышивку, и поднимаясь, сказала я.



— О, вы вышиваете? Ну, наконец-то дело, достойное аристократки! — оживился лорд Хеймсворд. — Вы позволите?



И не дожидаясь позволения, подошел, взялся за ободок и чуть не выронил.



— Друидские руны, — подтвердила я его худшие предположения.




Лежащий у камина зверь поднял голову и пристально посмотрел на моего свекра, недвусмысленно намекая, что хоть одно слово, и предок разберется со своим очень дальним, но все же потомком. Потому что лорд Годрат был джентльменом, несмотря на печальную судьбу и попытку использовать магию друидов, за что те ему и… отомстили.



Но ничего, раны мы ему уже вылечили, а ошейник с друидскими рунами превосходно продлевал жизнь. И в целом, мы были на пути к тому, чтобы лорд Годрат вошел в состав друидского сообщества не как подвластный зверь, а на правах полноправного друида. Белобородые старцы не слишком радостно отнеслись к нашей новой инициативе, но учитывая умение Рэймонда вести переговоры, мы имели все шансы на то, что скоро среди друидов появится как минимум один добрый.



— Я… — потрясенно пробормотал лорд Хеймсворд.



— Останетесь на чай? — вскинулась миссис Этвуд, которая, кажется, души не чаяла в Сейморе Хеймсворде.



— Я… нннет. Пожалуй, если не возражаете, Арити, я заберу детей к себе сегодня, и на последующие два дня, у меня как раз завалялось кое-что, — лорд усмехнулся, — что давно пора сжечь.



— Урра! — завопил Грэгори. — Дедушка, я возьму арбалет, который мама запретила трогать!



— Я меч! — Бартион.



— Я дыхательную трубку с ядовитыми дротиками! — Лейтон.



И они унеслись, вообще никак не интересуясь моим мнением. Все в отца!



— Миссис Этвуд, — простонала я.



— Несомненно, за всем прослежу, — экономка чинно поклонилась мне, и ушла собираться.



Но едва за ней захлопнулась дверь, я услышала ликующее:



— Мальчики, захватите мне лук с ядовитыми стрелами!



Потрясенно посмотрела на свекра. Лорд Хеймсворд несколько смущенно улыбнулся и был вынужден признать:



— Нас ждут веселые выходные.



— Веселее некуда! — возмутилась я.



— Да оставьте, — в свою очередь возмутился свекор, — кто бы говорил! Между прочим, должен напомнить, именно ваш отец, а не я, брал их на ночную охоту на медведя.



— Но это был наш знакомый почти родной медведь! — воскликнула, окончательно возмутившись.



— Вы знаете, чем больше узнаю о Вэлланде, тем сильнее он меня не радует!