Практическая психология. Разрушитель

– Тебе не нужно обо мне волноваться, муж мой, я под присмотром, та новая служанка, которую ты хочешь взять в свою постель, охраняет меня.



Видно, глаза у герцога были настолько выразительными, что Зира, которая пять минут назад рыдала на плече мужа, расхохоталась.



– Прости, Бешеный Кузнечик, это все из-за ребенка, я веду себя как капризная глупышка, то плачу, то смеюсь. Прости. Паулину ко мне приставила Мая. Когда я стала бояться за жизнь нашего малыша, я попросила ее о помощи, Паулина следит за тем, что я ем, что ношу, кто ко мне приходит. Она все проверяет. И учит меня, как себя вести, как правильно есть, разговаривать. Я сейчас не тренируюсь, не убираю в доме, не занимаюсь хозяйством, только учусь. Наши девочки - хорошие воины, но они не умеют распознавать хитрости равнинников, а Паулина умеет.



– Почему я об этом не знал? – прорычал Алан, чувствуя себя полным идиотом. Он решил, что разоблачил очередной заговор, а это не убийца, а телохранитель!

– Не злись, у тебя так много забот, мне не хотелось, чтобы ты волновался о нас. Я жена вождя и дочь вождя, я умею постоять за себя. Не будь я в тягости…



– Набила бы морду вредителю, – улыбнулся Алан, по-новому взглянув на Зиру. – Я совсем не знаю тебя, девочка, – покачал он головой. – Но, клянусь Вадием, такая ты мне нравишься еще больше. Боги, Зира, да ты полна сюрпризов!



Он смотрел в знакомые черты и видел совсем другого человека. Уверенного, гордого, готового к компромиссам и открытого для новых знаний. Зира – тихая, милая, незаметная… Женщина со стальным стержнем и большим сердцем.



– Ласка… – Он уткнулся в макушку, обнял Зиру двумя руками. – Ласка…



– Не оставляй меня в этом месте, когда уйдешь, – шепнула она и лизнула мужчину в шею, от этого по телу прокатилась волна предвкушения.



– Я отвезу тебя к отцу, там ты будешь в безопасности, и мне станет спокойнее.



– А Валия? Ты оставишь ей Дарена?



– Нет, я не готов рисковать сыном, Дарен останется с Туреном, а кирена Валия отбудет со мной в столицу. Врага нужно держать как можно ближе.



– Ты мудр, мой вождь.



Зира не видела, как улыбнулся Алан. Валию ждали сюрпризы, и не факт, что они ей понравятся.



Эту ночь Алан провел с Зирой и ушел от нее только ранним утром, когда на стене запел горн, возвещая о смене ночного караула. Крепость еще спала, только поварихи на кухне гремели кастрюлями да разжигали потухшие за ночь плиты, чтобы поставить варить утреннюю кашу из серой, похожей на перловку, крупы.



Алан в накинутом на нижнюю рубаху плаще скользил по коридору и тихо отдавал распоряжения идущему рядом воину, который сменил на посту Пипа:



– Отправить гонца за Мэтью, и вели передать, чтобы привез Маю. Скажи Оське, что жду его у Лиса. Иверт появился?



– Ночью вернулся.



– После завтрака ко мне. Да скажи барону Семуху, чтобы отправил в порт пару воинов, встретить «Шустрик» и доставить в крепость гостей.




Воин убежал выполнять распоряжение, а Алан, кивнув охране, толкнул дверь в комнату Лиса, через которую, используя потайной ход, прошел в бывшие апартаменты герцога.



Алвис спал, но, стоило герцогу войти в спальню, открыл глаза.



– Как ты себя чувствуешь? – Алан приложил ладонь ко лбу искореняющего. – Слава богу, температура спала.



– Чувствую себя ребенком, и это унизительно. – Голос Длани звучал после сна хрипловато. – Что случилось, кир Алан?



– Женщины.



Алан поворочал кочергой в тлеющих углях камина, подбросил пару кусков сухой коры, подул и только, когда разгорелось неровное пламя, подложил несколько поленьев. Огонь задумчиво притих, рассуждая, нравится ли ему это подношение, но потом лизнул лениво сухой бок полена и, распробовав, весело перекинулся на новое угощение.



– Ты замечал, что пламя похоже на некоторых людей? – глядя на огонь, тихо произнес Алан. – Осторожничает, но если чует слабость, может сжечь дотла.



– Все мы носители стихий, – философски заметил Длань. – Расскажете?



– Скучно?



Алан швырнул плащ на кресло, а сам с размаху плюхнулся на кровать рядом с Алвисом, подпихнул под плечи огромную пуховую подушку – признак богатства - и, заложив руки за голову, уставился в потолок.



– Вы себе не представляете, – вздохнул Длань. – Я тихо ненавижу эту комнату, эти стены, эту кровать, вас и вашего шута. Когда умирал в каменном мешке, было веселее, там хоть можно было общаться с богами и придумывать месть.



– А сейчас? – Алан повернул к нему заинтересованное лицо. – Не общаешься?



– Нет, – коротко ответил искореняющий. То ли не хотел говорить на эту тему, то ли разочаровался, поди пойми по бесстрастному лицу. – Разнообразите мое скучное существование какой-нибудь загадкой? Что там с вашими женщинами?



– Алвис, женщины – зло, посланное нам Вадием, чтобы усложнять жизнь.



Длань секунду молчал, а затем рассмеялся, Алан тоже улыбнулся, подумав, что сам не так давно отрастил яйца и перешел на другую сторону, а как за это время изменились приоритеты. Постепенно на первое место выходит политика и государство, а семья и дети уходят на второе, и это неизбежно, ибо невозможно одновременно служить двум богам. Нет, он так и останется хорошим отцом и другом своим детям, но… Опять это пресловутое

«но»… И чертов выбор.



– Ненавижу Вадия, – пробормотал Алан. – Вчера у меня был день открытий, все началось с Эвелин… – Алан, не таясь, рассказал Алвису все, ему нужно было это проговорить вслух, чтобы понять, почувствовать нестыковки, уловить фальшь. – …И теперь вопрос, кто из них лжет и зачем?



– Горянка лжет или заблуждается, – через минуту ответил Алвис. – Кирена Валия с момента замужества играла на стороне Ратии. Ратии был невыгоден на троне герцогства слишком умный и независимый Ли Вас’Хантер, и она предала его, затем Ратия пожелала получить часть территорий Галендаса, но открыто воевать была не готова, у нас довольно сильная позиция Наместника, и армия на его стороне. Тогда они решили расколоть страну на части и под шумок оттяпать кусок территорий, и Валия внушила герцогу, что он может претендовать на трон Галендаса. Теперь же у нее появился шанс возвысить сына до короля, при этом править будет не он. Турена женят на правильно воспитанной ратийской принцессе... Кирену Валию тоже правильно в свое время воспитали, очень умело играя на честолюбии и природной холодности. Они бы и Эвелин испортили. Но, к счастью, герцог испортил ее раньше отсутствием любого воспитания. Кстати, вы в курсе, что Храм считает, что Эвелин - дочь Валии, а не ее сестры Берики?



– Но это не так? – уточнил герцог.